а. Как
б. Рассмотрение, в каком виде
в. Европа явилася совсем
Венеция вдруг показывается перед глазами всей Европы сильнейшею своим богатством и всемирною торговлею и выводит за собою другие республики, Геную и Флоренцию.
После “богатством и”: торгов
Венеция вдруг показывается перед глазами всей Европы сильнейшею своим богатством и всемирною торговлею и выводит за собою другие республики, Геную и Флоренцию.
за нею
Вся морская торговля захвачена Венецией, сухопутная Ганзейским союзом, постоянно останавливая покушения быстро образовавшегося португальского перехватить торговлю.
делится между
Вся морская торговля захвачена Венецией, сухопутная Ганзейским союзом, постоянно останавливая покушения быстро образовавшегося португальского перехватить торговлю.
португальцев
Государи мимо папского покровительства, становятся сильнее, потому что получают мало-помалу непосредственное управление народом, благодаря крестовым походам, истребившим множество сильных вассалов.
несмотря на иго
Во Франции Филипп Август и Людовик кладут крепкое основание монархической власти; возрастает вдруг до неограниченной власти волею странного и мудрого тирана Людовика XI, и совершает уничтожение феодализма.
После “совершает”: самовластное
Испанские властит глубокою религиозностью облекают свою власть и делают ее неограниченною.
монархи
Австрийский дом тоже посредством браков усиливается и непомерно превышает прочих германских феодалов.
остальных
Время покушений на низвержение папского ига.
ослабление
Избрание разом двух пап, и раздоры от этого объемлют Европу и ослабляют всеобщее мнение.
Перед “Избрание”: Уни
Университеты, алхимики и начало возрождающихся знаний быстро помогают тому и приготавливают Европу к всеобщему взрыву.
После “знаний”: как
Образ преподавания, влияние их на Европу.
их влияние
Суеверие, раздуваемое нищенствующими монахами, их корыстолюбие и жадность.
После “нищенствующими”: корыстолюбивыми
БИБЛИОГРАФИЯ СРЕДНИХ ВЕКОВ
Одни, обнимающие вполне все события, собственно всеобщие истории средних веков.
ЛБ25 — Одни, ближайшие к нам, обнимающие
Причиною этому необыкновенное обилие и разнообразие предметов, из которых сложена средняя история, обнять которых вполне почти невозможно или требует глубокого многостороннего гения.
ЛБ25 — многосторонность
Причиною этому необыкновенное обилие и разнообразие предметов, из которых сложена средняя история, обнять которых вполне почти невозможно или требует глубокого многостороннего гения.
ЛБ25 — составлена
Причиною этому необыкновенное обилие и разнообразие предметов, из которых сложена средняя история, обнять которых вполне почти невозможно или требует глубокого многостороннего гения.
ЛБ25, ПД9 — и требует
Однако же многими, исполненными таланта и больших сведений, были сделаны попытки, замечательные и важные во многих отношениях для истории средних веков.
а. одаренными истинным талантом и большими сведениями;
б. учеными, исполненными таланта и больших сведений ЛБ25
Прежде всего должно упомянуть о Гиббоне, которого История упадка римской империи, сочинение, означенное глубокою ученостью, увлекательною силою повествования и многосторонним умом, первая проложила путь для создания истории средних веков, объяснила и открыла начала ее еще в недре древнего мира.
После “Прежде всего должно упомянуть”: о Всеобщей истории Иоганнеса Миллера, сочинении исполненном [Несмотря на недостаток стройного плана, сочинение отличается замечат] наблюдательности, ума, верного взгляда и высокой простоты изложения. Она формою своею более похожа на собрание отдельных замечаний и при внутреннем глубоком достоинстве своем не имеет наружного плана и системы, нужных для руководства ЛБ25
Прежде всего должно упомянуть о Гиббоне, ~ древнего мира.
ЛБ25 — Гиббон в сочинении своем История упадка римской империи, сочинении, означенном глубокою ученостию, познанием и практическим познанием жизни человечества, с увлекательным красноречием изобразил картину средних веков, хотя, верный своему предмету, он показал их в отдалении, сколько нужно Для главного сужета
Прежде всего должно упомянуть о Гиббоне, которого История упадка римской империи, сочинение, означенное глубокою ученостью, увлекательною силою повествования и многосторонним умом, первая проложила путь для создания истории средних веков, объяснила и открыла начала ее еще в недре древнего мира.
После “в недре древнего мира”: Гизо в своей Истории европейской цивилизации раскрыл первоначальные стихии гражданственности средних веков и сделал много исследования в отношении ЛБ25
Сочинение Гюльмана: История городов в средние веки исполнено с необыкновенною отчетливостию и бросает свет на всю средину средней истории, на сильнейшие пункты их гражданственного развития.
После “пункты их”: образо ЛБ25
История Галлама под названием: Европа в средние веки замечательна в отношении конституционных перемен.
ЛБ25 — сочинение очень замечательное и хотя есть более история
История Галлама под названием: Европа в средние веки замечательна в отношении конституционных перемен.
После “конституционных перемен”: в разных государствах христианских, хотя самой жизни народной, произведшей эти перемены, не видно, что в сочинении такого достоинства очень важно ЛБ25
История средняя Демишеля, которой вышло два тома, показывает в авторе много начитанности, вмещает много фактов, но не имеет единства и достоинств историка.
ЛБ25 — кажется, будет полнее других и, хотя не показывает глубокого таланта, но составлена человеком ученым, которому не чужды новые открытия и который обращал внимание на все явления
История средняя Демишеля, которой вышло два тома, показывает в авторе много начитанности, вмещает много фактов, но не имеет единства и достоинств историка.
ЛБ25, ПД9 — высокого единства
Его сокращение средней истории, изданное в одной книге, вмещает почти все события, хотя в сухом и сжатом виде.
После “хотя”: и несколько ЛБ25
Присоединив сюда историю среднюю Лудена, замечательные во многих отношениях записки Миллера, можно окончить небольшой итог собственно всеобщих историй средних веков.
ЛБ25 — История средняя Лудена писана человеком размышляющим, но в виде результата и не соединяет живого фактического представления с художественным планом. То же самое сказать и об истории Ротека, отличающейся в некоторых отношениях небольшим фанатизмом и пристрастием к некоторым идеям
Присоединив сюда историю среднюю Лудена, замечательные во многих отношениях записки Миллера, можно окончить небольшой итог собственно всеобщих историй средних веков.
ЛБ25 — Иоанна Миллера