54. (1) Близлежащий город Милы154 был так хорошо укреплен, что надежда на неприступность защитных сооружений придавала его обитателям особую отвагу, и они, не довольствуясь тем, что заперли перед царем ворота, позволили себе дерзко бранить царя и македонян. (2) Это разъярило врагов, пошедших на приступ, а осажденных, не рассчитывавших на пощаду, воодушевило к обороне. (3) Три дня с равной храбростью одни нападали, другие защищались. Но македоняне благодаря своей многочисленности легко могли и сменяться в бою, а горожане, день и ночь без отдыха защищавшие стены, теряли силы и от ран, и от бессонных ночей, и от непрерывных ратных трудов. (4) На четвертый день, когда нападающие приставили со всех сторон к стенам лестницы и начали штурмовать ворота со все большей и большей яростью, горожане, прогнанные со стен, бросились защищать ворота и сделали внезапную вылазку. (5) Этот порыв был вызван скорее слепой яростью, чем действительной уверенностью в своих силах, – изнуренные и малочисленные бойцы, не выдержав натиска свежих сил штурмующих, обратились вспять и во время бегства впустили неприятеля в распахнутые ворота. (6) Так город был взят и разграблен, а свободные граждане, уцелевшие от резни, были проданы в рабство. Разрушив большую часть города и опустошив его огнем, Персей двинулся дальше к Фаланне155, а оттуда на следующий день проследовал к Гиртону. (7) Узнав здесь, что Тит Минуций Руф и фессалийский претор Гиппия вошли в город с гарнизоном, он прошел мимо без всякой попытки напасть на него и, объявившись внезапно у Элатии и Гонна, занял их, воспользовавшись растерянностью горожан. (8) Оба города, и главное Гонн, расположены в ущелье, по которому идет путь в Темпейскую долину. Поэтому царь оставил в Гонне усиленный гарнизон из пехоты и конницы и вдобавок укрепил его тройным рвом и валом. (9) Сам же, достигнув Сикурия, решил дожидаться здесь приближения неприятеля; тут же войску был дан приказ добывать хлеб в смежных неприятельских владениях. (10) Надо сказать, что Сикурий расположен у подножия горы Оссы, южный склон которой обращен к Фессалийской долине, а противоположный – к Македонии и Магнезии. (11) Это благоприятное местоположение соединяется со здоровым климатом и обилием пресной воды, поступающей из многочисленных окрестных родников.

55. (1) В эти же дни римский консул Лициний, направлявшийся с войском в Фессалию, шел сначала удобным путем через Эпир, (2) а затем, когда перешел в Афаманию, область гористую и почти бездорожную, небольшими переходами с трудом добрался до Гомф. (3) И если бы в то время, когда консул вел недавно набранное войско и люди, и лошади его были сильно измучены, Персей бы загородил ему путь со свежим войском, готовым к битве, в удобном месте и в удобную минуту, то римлянам пришлось бы понести большие потери, чего не отрицают и они сами. (4) Зато, беспрепятственно добравшись до Гомф, они преисполнились радости по случаю перехода через опасное ущелье и, кроме того, прониклись презрением к врагу, не умеющему использовать свои преимущества. (5) Совершив надлежащим образом жертвоприношения и распределив между воинами хлеб, консул задержался здесь на несколько дней, чтобы дать отдых вьючным животным и людям, а когда узнал, что македоняне в беспорядке бродят по всем уголкам Фессалии, опустошая поля союзников, то повел достаточно уже отдохнувшую армию к Ларисе. (6) На расстоянии примерно трех миль от Триполя, известного под именем Скеа156, он разбил лагерь на берегу Пенея. (7) В то же самое время Эвмен на кораблях прибыл в Халкиду вместе с братьями Атталом и Афинеем, еще один брат его, Филетер, был оставлен в Пергаме для защиты государства. Из Халкиды Эвмен и Аттал явились к консулу с четырьмя тысячами пехотинцев и тысячью всадников, (8) оставив в Халкиде две тысячи пехотинцев во главе с Афинеем. Сюда же на помощь римлянам сошлись и другие вспомогательные войска от самых разных народов Греции, большая часть которых уже предана забвению по причине их малочисленности. (9) Аполлонийцы прислали триста конников и сто пехотинцев. Этолийских конников было тоже не более одной алы157 – столько их явилось от всего племени; (10) не более трехсот всадников прислали в римский лагерь фессалийцы158, от которых ожидали вначале всей конницы. Ахеяне прислали до тысячи пятисот молодых людей, преимущественно в критском вооружении159.

56. (1) Около того же времени претор Гай Лукреций, под начальством которого находился флот, стоявший у Кефаллении, приказал брату своему Марку Лукрецию вести флот в обход мыса Малеи к Халкиде, а сам на триере направился в Коринфский залив с целью предупредить события в Беотии. (2) Вследствие слабого здоровья претора плавание его совершалось весьма медленно. (3) Марк Лукреций тем временем прибыл в Халкиду и, услышав здесь, что Публий Лентул осаждает Галиарт160, направил туда гонца, который от имени претора приказал ему снять осаду. (4) Легат Лентул, затеявший это дело при содействии части беотийского отряда, стоявшего за римлян, отошел от стен. (5) Одну осаду сняли для того, чтобы на том же месте начать другую, новую, ибо Марк Лукреций тотчас окружил Галиарт десятью тысячами моряков, прибавив к ним две тысячи воинов царя Эвмена, находившихся под началом Афинея. Когда они приготовились уже идти на приступ, прибыл из Креузы161 претор. (6) Почти в то же время подошли к Халкиде и корабли союзников: две пунийские квинкверемы, две триеры из Гераклеи Понтийской, четыре – из Халкедона, столько же – с Самоса и, наконец, пять родосских квадрирем. (7) Но так как на море не было никаких военных действий, претор отпустил эти корабли назад к союзникам. После захвата Алопы Фтиотийской162 и штурма Ларисы, именуемой Кермасте, подошел на судах к Халкиде и Квинт Марций.

(8) Так обстояли дела в Беотии, а тем временем царь Персей, чей лагерь, как было сказано раньше, находился тогда под Сикурием, собрав хлеб со всех окрестных селений, (9) послал воинов опустошать Ферейскую область, рассчитывая, что ему удастся захватить римлян врасплох, когда они слишком далеко удалятся от лагеря, чтобы помочь союзным городам. (10) Заметив, однако, что набеги его нисколько не волнуют противника163, всю награбленную добычу, кроме людей, – а состояла она большей частью из всякого рода скота – он разделил между воинами на угощение.

57. (1) Затем одновременно консул и царь держали совет, с чего начинать военные действия. (2) Допущенное римлянами опустошение Ферейской области ободрило царское войско, и поэтому македоняне думали, что теперь надо немедленно двинуться на лагерь врага, не давая ему времени на размышление. (3) Со своей стороны и римляне полагали, что медлительность позорит их в глазах союзников, которые сильно негодовали на то, что не была оказана помощь ферейцам. (4) Когда они обсуждали, что предпринять, – а в совете этом принимали участие также Эвмен и Аттал, – прибыл встревоженный гонец и доложил о приближении большого неприятельского отряда. Военный совет тотчас же был распущен и дан приказ взяться за оружие. (5) Тут же распорядились, чтобы из вспомогательного войска пергамского царя выступили вперед сто всадников и столько же пеших стрелков. (6) В четвертом примерно часу дня Персей, находившийся на расстоянии немногим более тысячи шагов от римского лагеря, приказал пехоте остановиться, а сам двинулся вперед с конницей и легковооруженными отрядами; вместе с ним шли перед строем Котис и предводители остальных вспомогательных войск. (7) Менее пятисот шагов отделяли их от римского лагеря, когда они увидели вражеских всадников в составе двух, преимущественно галльских, отрядов164, предводительствуемых Кассигнатом, и около ста пятидесяти легковооруженных мисийцев и критян. (8) Царь остановился в нерешительности, не зная, какова численность противника. Затем из передового отряда он выслал вперед по две турмы фракийцев и македонян вместе с двумя критскими и фракийскими когортами. (9) В этой стычке не было победителя – силы сторон были одинаковы, и ни та, ни другая не получила подкреплений. Люди Эвмена потеряли тридцать человек, в их числе пал галльский вождь – Кассигнат. На этот раз Персей отступил со своим войском назад в Сикурий. (10) Но на следующий день в тот же час царь привел свое войско на то же самое место, но за ним следовали подводы с водой; дело в том, что на протяжении двенадцати тысяч шагов дорога была безводной и очень пыльной, и было ясно, что, если сражение начнется при первой же встрече с неприятелем, во время битвы придется сильно страдать от жажды. (11) Так как римляне сохраняли спокойствие и даже отозвали аванпостных часовых, то и царские войска возвратились в свой лагерь. То же самое проделывали македоняне несколько дней подряд, надеясь, что римская конница атакует арьергард отступающих; (12) если бы удалось завлечь их подальше от лагеря и завязать бой, то македоняне, имея преимущество в коннице и легковооруженных войсках, в любом месте легко развернули бы против них весь строй.