Я, мимо кладбища: — Господи! Как хорошо лежать!
Мур: — Вот увидите как хорошо: в земле задохнуться, в грязи.
* * *— Поваром не особенно интересно быть: другим давать, а самому мало есть. Хорошо давать, но — в меру подчеркнуто дважды>.
(«Расточайте без счету — и смело
Все сокровища Вашей души!» — мой лейтмотив — и рок…)[142]
* * *После проводов С., 23-го июля, на мосту:
— Пойдем воровать у людей деньги — будем богатые!
(он же)
— Будем богатые — купим все фонари!
* * *В обратном поезде, тогда же:
— Хорошо умереть старым — ты уже жил — отдохнуть!
* * *Еще-детское: мечетаю, мечетá.
* * *(Запись: — Не писала с 27-го июля по 20-ое августа — отъезд С., шитье Муру штанов, уборка дома, правка «Истории одного посвящения». Были какие-то строки (концы), но сейчас не помню.)
* * *Жена раздаривала скарб…
(Гончарова — пушкинский)
* * *«…Если Вы не забыли меня и по-прежнему питаете ко мне добрые чувства…» — не забыла — кого? питаю — к кому? — уж д. б. настоящие добрые чувства были, раз человек так уверенно на них ссылается — так до самой подписи и не догадалась, а прочтя — безумно обрадовалась — всеми своими старыми добрыми чувствами.
Дорогой друг! А ведь (1921 г. — 1931 г.) пожалуй — десятилетие дружбы!
(NB! Я уехала из Р в 1922 г. и до 1931 г. его не видала. Начало письма к художнику Синезубову.[143])
* * *Мур — конец августа 1931 г.
— Мама! Почему Вы всегда надеетесь только на неприятные вещи??
* * *(«Вот придем, а их не будет», «вот дождь пойдет — и ты простудишься» и т. д.)
* * *— Папа! Как Вы могли дать Толстому[144] два яйца, а мне не оставить ни одного. Ведь я же Ваш сы-ын! Ведь это же важнее, чем друг! Ведь я же больше Ваш сын, чем Толстой Ваш друг!
* * *— Не скрипи, Мур, как колесо!
— У автомобиля колеса не скрипят, они плотные. Только у грузовика.
* * *Мечта: — Буду богатый, куплю себе виллу, а по воскресеньям буду катать в такси министров.
(NB! привилегированный шоффёр)
* * *— дóлеже —
(собственное, самому непонятное слово, постоянно вставляет)
* * *мечетаю — мечета — нажмал —
* * *(Конец черной кожаной квадратной тетради.
В ней стихи: Лучина — Стихи к Пушкину — Ода пешему ходу — Дом («Из-под нахмуренных бровей…»).
Конец июня — 5-ое сент 1931 г. Мёдон — лето поездок в Шавиль, дружба с ткачихой.)
ИЗ СЕРОЙ КРОХОТНОЙ ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ,
в кой последняя запись: «Какой ффон!»
* * *— Мама! Приятнее, когда шмель кусает, п. ч. осы и пчелы — такие маленькие круглые дамы.
(Женщин, дам, девочек; кукол — ненавидит.)
* * *— Мама! Папа — меньше, чем слон?
* * *— А можно спрятаться от войны за занавеску?
* * *(Я объясняю ему: война — страна — и т. д.)
— Пускай страна сама о себе думает, я буду думать — о себе.
(июль 1931 г.)
* * *Мур — 17-го авг 1931 г.
Я: — Знаешь, Аля, пословицу: когда два пана дерутся за панночку, то получает ее…
Мур: — То получаются шлепатаны!
(детское слово — вместо шлепки)
* * *Аля: — У кошки один ус как у Клемансо.[145]
Мур: — А другой — как у Альфонса XIII![146]
* * *(Я: — Родное — как язык во рту.)
* * *(В этой крохотной книжечке первые записи Бузины. Есть и фразы для «Искусства при свете Совести».)
* * *Мур — мне:
— Ваша мать наверное была зверь.
(не иносказательно!)
* * *Мур: — Я напишу, что моя мать любила негров — деревья — простор…
* * *— Я не крестьян, чтобы жить без денег!
* * *(Я)
Мне мое поколенье — по колено.
* * *— Назад, в лето 1930 г., С Лоран
(МАЛЕНЬКАЯ СЕРАЯ ЗАМШЕВАЯ ЗАПИСНАЯ КНИЖКА)
Мур:
Орешник — подъешник.
* * *Я рассказываю: — А отец его был плотник — строгал доски.
Мур: — Как казак. А столы делал?
Я: — Для чего?
Мур: — Чтобы есть Богу, — обедать.
* * *— Стрáнга моя, Стрáнга подсэмская!
* * *(Фамилия хозяев — имя собаки)[147]
* * *— Кучера всегда кокетничают.
* * *(Позже, очевидно зимой, я — кому-то — на докладе Valéry)
— Я любуюсь на правильность своего инстинкта: недаром я не любила Valéry, оказавшегося анти-паскáльцем.
* * *— Фохт, платя мне гонорар,[148] плакал чернильными слезами (огромная клякса на жемчужно-серое новое платье моей соседки).
* * *Va là — je ne sais où, apporte le — je ne sais quoi.
или
Va — je ne sais où, apporte — je ne sais quoi.
— On va et on apporte —[149]
Вот, что я бы хотела сказать Valéry о творчестве.
вернуться142
Строки из ст-ния, которое Цветаева цитирует в своем эссе «Искусство при свете совести» как принадлежащее «монашке Ново-Девичьего монастыря».
вернуться143
Синезубов Николай Владимирович (1891–1948) — художник, близкий друг А. А. Чаброва. В 1928 г. выехал из СССР по командировке Наркомпроса. До августа 1931 г. жил в Берлине; затем, по-видимому, приняв окончательное решение не возвращаться в СССР, переехал в Париж.
вернуться144
Толстой Павел Николаевич (1909–1941) — приятель С. Я. Эфрона, дальний родственник А. Н. Толстого. В 1933 г. вернулся в СССР. В конце июля 1939 г. арестован; проходил по одному делу с С. Я. Эфроном; расстрелян в 1941 г.
вернуться145
Клемансо Жорж (1841–1929) — французский политический деятель; наиболее драматичный период его политической карьеры пришелся на конец Первой мировой войны, когда он в критический для Франции момент (ноябрь 1917 г.) возглавил правительство и своей энергичной и успешной политикой заслужил титул «отца победы». С января 1920 г. был в отставке; тем не менее, когда в 1929 г. К. тяжело заболел, сводки о состоянии его здоровья и его фотографии регулярно печатались в прессе, включая и русские эмигрантские газеты.
вернуться146
Альфонс XIII (1886–1941) — король Испании; после победы республиканцев на выборах в апреле 1931 г. вынужденно покинул страну, не подписав отрешения от престола.
вернуться147
Имеется в виду семья Штранге, которой принадлежал замок Арсин, и собака по кличке Подсэм, происходящей от чешского «pojd’sem» («иди сюда»).
вернуться148
Всеволод Борисович Фохт (1895 — после 1940) — литератор, переводчик, соредактор журнала «Новый дом» (1926–1927), активный участник литературного объединения «Кочевье»; был главным инициатором и организатором (с русской стороны) собраний Франко-русской студии (Франко-русских литературных собеседований).
вернуться149
Пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Пойди — не знаю куда, принеси — не знаю что. — Идут и приносят (фр.).