Кроме этих актов, вышло несколько директив аналогичной направленности. Вот лишь некоторые их них.
21 сентября 2001 года главный иммиграционный судья Майкл Креппи (Michael Creppy) издал распоряжение, согласно которому все процедуры депортации, проводимые министерством юстиции, будут тайными от общественности и прессы.
17 октября 2001 года Джон Эшкрофт ограничил действие Закона о свободе информации, и поводом для этого служила все та же волшебная формулировка – угроза терроризма. Однако данная директива де-факто распространилась на все запросы информации, изначально защищенные этим законом.
31 октября 2001 года было внесено изменение в закон о праве обвиняемого на адвоката. Министерство юстиции опубликовало новые правила, позволяющие работникам тюрьмы без санкции суда следить за переговорами клиента с адвокатом, независимо от того, признан он виновным или только является обвиняемым.
9 ноября 2001 года Джон Эшкрофт объявил, что 5000 молодых людей восточной и южноазиатской национальностей, въехавшие в страну в последние два года по неэмигрантской визе, будут подвержены допросу со стороны правительства, независимо от того, подозреваются ли они в каком-нибудь правонарушении.
13 ноября 2001 года президент Буш утвердил тайные военные трибуналы, которые будут судить тех, кто подозревается в терроризме, а также в пособничестве ему. Таким образом, президент взял на себя право решать самостоятельно, на кого распространяются конституционные права, а на кого – нет. В этих процессах военные офицеры являются и судьями, и присяжными, а любой приговор, кроме смертного, выносится 2/3 голосов. Для вынесения смертного приговора требуется единогласное решение всего жюри присяжных. Трибуналы закрыты для общественности, и ни один суд – федеральный, штата, иностранный или международный – не имеет права повлиять ни на ход процесса, ни на его решения.
18 апреля 2002 года Джон Эшкрофт издал указ cil сентября не обнародовать имена задержанных – под предлогом того, что федеральный указ превосходит по значимости местные правила и законы.
1 марта 2002 года газета Washington Post сообщила, что «теневое правительство», созданное еще во времена правления Рейгана, наконец-то заработало после событий 11 сентября:
Президент Буш выделил в теневое правительство приблизительно 100 высших менеджеров из числа гражданских служащих для тайного проживания и работы за пределами Вашингтона, впервые приведя в действие давние планы по выживанию федеральной власти в случае катастрофической атаки на столицу страны. Приведение в исполнение секретного «Плана по непрерывности функционирования» стало результатом не угрозы межконтинентальных баллистических ракет – сценария времен холодной войны, который отрабатывался десятилетиями, – а повышенной опасности атак со стороны сил Аль-Каиды посредством портативного ядерного устройства... Работники, призванные на «бункерую службу», живут и работают под землей 24 часа в сутки, вдали от своих семей... 90-дневными циклами... Численность кадров варьируется от 70 до 150 в зависимости от данных разведки по террористическим угрозам.
Подумать только – 30 лет ждали, пока Русский Медведь запустит свои баллистические ракеты, и не дождались. Неужели зря план рисовали и столько лет тренировались? А повода все нет. Значит, надо его придумать, чтобы силы зря не пропали! Конечно, снос западного крыла Пентагона вряд ли можно отнести к категории «катастрофическая атака на столицу», но остальное всегда ведь можно додумать и на основе этих фантазий реализовать давно вынашиваемый план!
Это лишний раз подтверждает, что подавляющее большинство принятых мер не стало результатом событий 11 сентября. Они давно вынашивались, и все эти программы были заранее проработаны. Требовался лишь некий импульс, призванный запустить готовую систему. Именно таким импульсом и стал «самострел», случившийся 11 сентября, который привел в действие весь этот механизм.
Смело мы в бой пойдем
Дерьмо, даже если его назвать шоколадкой и обернуть в красивый фантик, все равно остается дерьмом. Да и скрыть его проблематично из-за специфических свойств, которые не закамуфлировать ни изысканными ароматами, ни блестящей оберткой. Если человек не лишен полностью обоняния, конечно.
Террористическая операция, как красиво ее ни назови, все равно остается террористической операцией. И никаким словоблудием ее не скрыть. Опять же, если человек полностью не лишен мозгов. И посему творческие муки американских властей, пытавшихся придумать сказочно красочное название для своего вторжения в Афганистан, могут вызывать лишь презрение. Сначала была «Бесконечная справедливость», затем 21 сентября она сменилась на «Вечную свободу», по сути, являясь тем же терроризмом, только в государственном масштабе.
Единственным «доказательством» того, что бен Ладен и Аль-Каида стояли за атаками 11 сентября, было собственно заявление Буша. Высосав эту мысль из пальца, он поставил ультиматум лидерам Талибана в Афганистане немедленно выдать Усаму бен Ладена Америке, а не то всем будет секир-башка. Талибан согласился судить бен Ладена в верховном суде Афганистана при условии, что Буш предоставит доказательства причастности «террориста номер один» к атакам 11 сентября. Эту позицию выразил афганский посол Абдул Салем:
Наша позиция такова: если у Америки есть свидетельства и доказательства, она должна их представить. Мы готовы начать судебное разбирательство в свете этих свидетельств.
Но даже если бы Талибан и готов был выдать Усаму, то все равно требовались доказательства его причастности. А их у США не было и быть не могло по определению. Американские власти поставили Афганистан в заведомо проигрышную позицию, из которой выхода просто не существовало – секир-башка при любом раскладе.
20 сентября, говоря об исполнителях терактов, Буш заявил:
Мы знаем точно, кто эти люди и чьи правительства их поддерживают.
В это же самое время глава ФБР Мюллер признавался телеканалу CNN, что не существует убедительных доказательств причастности «этих людей» к атакам 11 сентября. А 7 октября 2001 года с ночных бомбежек Кандагара началось вторжение американских и британских войск в Афганистан...
Практически сразу после 11 сентября стали вынашиваться и планы начала войны в Ираке. 20 марта 2004 года агентство Associated Press привело слова Ричарда Кларка о том, что Рамсфельд с первого дня настаивал на бомбардировке Ирака. На совещании 12 сентября Рамсфельд сетовал на то, что в Афганистане нет хороших целей, зато их много в Ираке. Администрация всячески пыталась притянуть зауши связь Ирака с Аль-Каидой ввиду давнего желания свергнуть Хусейна. Кларк рассказывает:
Они хотели убедить себя в том, что между Ираком и Аль-Каидой существует какая-то связь. Но ее просто нет. Не существует никаких свидетельств поддержки Аль-Каиды Ираком.
Не мытьем, так катаньем. Раз Ирак не причастен к событиям 11 сентября, значит, они... значит, им... а, значит, у них наверняка есть оружие массового поражения! Есть-есть! Ну и что, что его там никто не видел? Это же не значит, что его там нет. Напротив, это как раз подтверждает, что оно там есть, просто его очень хорошо маскируют. Если надо – найдем! И доказательства накалякаем!
Убийственная логика администрации Буша в действии. Осталось лишь разобраться с одной маленькой формальностью – убедить ООН в справедливости своих притязаний. Сойдет кухонная солонка за ампулу со спорами сибирской язвы? Нет? Ну и плевать. Нам надоел Хусейн, мы его уберем. Ну и повоюем заодно. А кто не согласен, тот террорист!
20 марта 2003 года началась бомбардировка Багдада. 3 апреля захвачен международный аэропорт им. Саддама Хусейна. 9 апреля Багдад пал. 1 мая президент Буш объявил о победе.
Правда, не совсем понятно, о победе кого над кем (или чего над чем) идет речь. Мне видится здесь лишь победа маразма и комплекса неполноценности безмозглого наполеончика над международным правом и здравым смыслом. С момента этой «победы» в результате продолжающейся оккупации Ирака войсками США и их прихлебателями количество погибших как с той, так и с другой стороны только растет. По данным британской The Guardian, к июню 2005 года, то есть всего за два года войны, американцы потеряли более 1500 человек, в то время как иракцев погибло почти 10000. Умышленно не касаюсь вопроса достоверности этих цифр, которая вызывает определенные сомнения.