Далее мои коллеги с других заводов, которые еще не знали об этой идее, тут же активно меня поддержали, но я наткнулся на прямо-таки злобную реакцию обкома — он категорически воспротивился! Пошло тупое повторение, что «партия постановила организовать производство ТНП на каждом предприятии», следовательно, это производство нужно организовывать только непосредственно на предприятии и ни в коем случае не вне его. Никакие доводы, что этот завод будет как бы частью каждого предприятия-вкладчика, не помогали — каждый должен производить ТНП у себя и отдельно! Обком топил решение ЦК КПСС по производству ТНП и если не понимать, чего хотели работники обкома, то не поймешь, зачем они это делали. А причина была та же, по которой в Ермаке горком не хотел объединять аварийные службы. Предприятия принадлежат министерствам, и если предприятия не выполняют план по ТНП, значит, министерства плохо работают и эти министерства назначили руководить предприятиями области плохих работников, с которыми хорошие работники обкома не могут справиться.

Но кооперативно построенное предприятие не будет принадлежать ни одному министерству — оно будет принадлежать только области, следовательно, и за его работу будет отвечать непосредственно обком, а эти люди уже привыкли ни за что не отвечать! А я полез к ним со своей идей выделки овчин, наивно считая, что обком действительно хочет увеличить производство ТНП по Союзу. Да плевать они хотели на Союз, на коммунизм и на что угодно. И именно эту тупость и подлость эти обкомы КПСС и продемонстрировали в 1991 году. Быть тупым, не знать никакого дела, но получать большие деньги — вот чего хотели члены партийных и советских органов, и хотели они этого уже не одно поколение.

Вот и оцените, каково было Друинскому строить гигантский завод при содействии власти, укомплектованной подобными «государственными деятелями»?

С другой стороны, не могу разделить негодование Друинского по поводу КГБ. На мой взгляд, это была самая безобидная для завода организация, и как выяснилось позже, самая бесполезная для страны. Михаил Иосифович обижается на КГБ за свою жену-немку, которую КГБ стремился выселить на восток. Но при чем здесь КГБ? КГБ исполнял решение Правительства, и если уж и обижаться, то на тогдашнее руководство страны, а оно, с позиций справедливости, поступало с немцами абсолютно правильно.

Чтобы не ставить советских немцев перед соблазном предательства, их в основной массе не призывали в армию и в результате потери советских немцев в войне были неизмеримо меньше, чем у остальных народов СССР, мужчин которых на фронте убивали немцы, конечно, не наши немцы, но тоже немцы. Так каково же было вдовам и сиротам воевавших народов СССР смотреть на не пострадавших на фронте немцев, пересидевших войну в тылу? Как выглядело бы Правительство СССР, если бы не попыталось как-то сгладить эту несправедливость? И немцев переселили осваивать малообжитые местности СССР не потому, что Правительство их ненавидело, а чтобы остальные народы страны были спокойны — и советским немцам эта война с немцами обошлась не просто так.

Конечно, в Ермаке, как и в области, было много немцев, я с ними работал, общался, дружил и могу сказать, что они ничуть не хуже остальных народов СССР, а утверждать, что они какие-то уж особо хорошие, я бы тоже не стал. Да, немецкие колхозы и внешне выглядели гораздо аккуратнее казахских, и дома немцев были устроены по-другому. Ну и что — ведь это народы разных культур. Другое дело, что повторное выселение этих потомков бывших переселенцев из Германии, так сказать, закалило их характер и сделало их предприимчивыми, особенно в плане ведения своего хозяйства. Поскольку именно от этого хозяйства зависели их жизни в XVIII веке, когда по призыву Екатерины II они переселялись в необжитые места России, и в XX веке, когда их вновь в связи с войной переселили в казахстанские степи.

Помню, я купил книжечку воспоминаний председателя немецкого колхоза «30 лет Казахстана» Якова Геринга, прочел и начал жалеть, что в свое время поступил в металлургический институт, а не в сельскохозяйственный. Изумительный по уму, воле и предприимчивости был хозяин! Потом я работал с этим колхозом по каким-то совместным проектам, Яков Геринг уже умер, но и его наследники заставили меня еще раз убедиться, что сельское хозяйство требует массу энергии, много ума и очень обширных знаний.

С перестройкой много наших советских немцев бросились переезжать в Германию в надежде на какую-то там счастливую жизнь. И выяснилось, что наши немцы и, так сказать, германские немцы, это очень разные люди. Мне сообщали и сообщают, что коренные немцы ФРГ гораздо спокойнее воспринимают переселяющихся к ним евреев, русских или украинцев, нежели советских немцев, которых они, по утверждениям очевидцев, откровенно не любят. А мои друзья-немцы, переселившиеся в Германию, в какой-то степени поясняют причины возникшего между немцами антагонизма.

Коренные немцы приготовились встретить своих нищих, бедных, забитых и запуганных собратьев из СССР и облагодетельствовать их подачками, но при этом коренные немцы со своим гонором не собирались признавать советских немцев ровней себе — цивилизованным. Скажем, у нас в Ермаке заведовал хирургическим отделением великолепный хирург Брух, и когда он переехал в ФРГ, так там его и санитаром в больницу не взяли, в связи с чем он вынужден был устроиться штамповщиком на какой-то завод. Для коренных немцев, видишь ли, его диплом и советский опыт совсем ничего не стоят. Само собой, что нашим немцам это не добавило любви к коренным немцам.

С другой стороны, наши немцы по духу сибиряки, для которых «100 рублей — не деньги, а 300 верст — не расстояние», и они с презрением и недоумением смотрят на коренных немцев. Те «по одежке протягивают ножки», и если их доход не дает им возможность купить готовый дом, то они всю жизнь будут снимать квартиру. А наши немцы этого не понимают. В Германии оказалось достаточно дешевой земли под строительство, для этих целей банки дают льготные ссуды, так чего мешкать? Руки есть, голова есть, и что «стоит дом построить» потомку пионеров, строивших дома на пустом месте сначала в Поволжье, а потом в Казахстане?

Ну и как коренным немцам на это смотреть? Они умные, цивилизованные, зарабатывают гораздо больше, но вынуждены арендовать квартиру, а эти «нищие» уже в своих домах живут?! Ну не обидно ли?

Или такой аспект. Как-то мы приценивались к одному производству в Германии, и хозяин фирмы пригласил нас на ужин в свое поместье, что, скажу откровенно, большая редкость, поскольку деловые обеды и ужины за границей проводят только в ресторанах, и домой там приглашают крайне неохотно. Поместье было большим, столовая была устроена в бывшей конюшне, которая стояла метрах в двухстах от собственно дома. У хозяина кулинария была хобби, и он приготовил нам ужин лично на китайской плите. Пожарил салат, а потом начал жарить бифштекс, моя переводчица, с которой я сидел рядом и которая уже много лет жила в Германии, сказала, что он его жарит из очень дорогого мяса высшего сорта — из незамороженного. Ну-ну, отрезал я кусок от своей порции, а мясо-то воняет! Причем так, что я такое на базаре даже с доплатой не взял бы. А тут все наши немецкие партнеры едят и восторгаются. Пришлось мне вернуть бифштекс хозяину и попросить его зажарить мою порцию еще сильнее, а потом все же съесть, чтобы не обидеть хозяина — он ведь искренне хотел нас порадовать.

Так вот, наши немцы и рассказывают, что в ФРГ мясопродукты для основного покупателя страшно паршивые — напичканы консервантами или глубоко заморожены. Но можно найти и отличную, как в СССР, колбасу, и отличное мясо, однако стоит это ужасно дорого. И коренные немцы, чтобы попробовать свежего мяса, раз в год ходят в ресторан или, как писк их предприимчивости, едут в Польшу и там покупают свежее мясо дешевле, чем в Германии. А наши немцы сбрасываются деньгами, едут в сельскую местность к бауэру (крестьянину), покупают по 2 марки за кг (рассказ о середине 90-х) живую свинью, колют ее, разделывают, делят, а дома делают из свежего мяса колбасы и разные вкусности. Ну и поставьте себя на место коренного немца: ты умный, цивилизованный, зарабатываешь много, а ешь замороженную свинину из Бразилии, которая, бог знает, сколько лет лежала в морозильнике, а эти нищие едят парное мясо, которое только очень богатым людям по карману.