“Дождя отшумевшего капли...”
Дождя отшумевшего каплиТихонько по листьям текли,Тихонько шептались деревья,Кукушка кричала вдали.Луна на меня из-за тучиСмотрела, как будто в слезах;Сидел я под кленом и думал,И думал о прежних годах.Не знаю, была ли в те годыДуша непорочна моя?Но многому б я не поверил,Не сделал бы многого я.Теперь же мне стали понятныОбман, и коварство, и зло,И многие светлые мыслиОдну за другой унесло.Так думал о днях я минувших,О днях, когда был я добрей;А в листьях высокого кленаСидел надо мной соловей,И пел он так нежно и страстно,Как будто хотел он сказать:“Утешься, не сетуй напрасно —То время вернется опять!”1840-е годы“Ой стоги, стоги...” [*]
Ой стоги, стоги,На лугу широком!Вас не перечесть,Не окинуть оком!Ой стоги, стоги,В зеленом болоте,Стоя на часах,Что вы стережете?“Добрый человек,Были мы цветами,—Покосили насОстрыми косами!Раскидали насПосредине луга,Раскидали врозь,Дале друг от друга!От лихих гостейНет нам обороны,На главах у насЧерные вороны!На главах у нас,Затмевая звезды,Галок стая вьетПоганые гнезда!Ой орел, орел,Наш отец далекий,Опустися к нам,Грозный, светлоокий!Ой орел, орел,Внемли нашим стонам,Доле нас срамитьНе давай воронам!Накажи скорейИх высокомерье,С неба в них ударь,Чтоб летели перья,Чтоб летели врозь,Чтоб в степи широкойВетер их разнесДалеко, далеко!”1840-е годы“По гребле неровной и тряской...” [*]
По гребле неровной и тряской,Вдоль мокрых рыбачьих сетей,Дорожная едет коляска,Сижу я задумчиво в ней,—Сижу и смотрю я дорогойНа серый и пасмурный день,На озера берег отлогий,На дальний дымок деревень.По гребле, со взглядом угрюмым,Проходит оборванный жид,Из озера с пеной и шумомВода через греблю бежит.Там мальчик играет на дудке,Забравшись в зеленый тростник;В испуге взлетевшие уткиНад озером подняли крик.Близ мельницы старой и шаткойСидят на траве мужики;Телега с разбитой лошадкойЛениво подвозит мешки...Мне кажется все так знакомо,Хоть не был я здесь никогда:И крыша далекого дома,И мальчик, и лес, и вода,И мельницы говор унылый,И ветхое в поле гумно...Все это когда-то уж было,Но мною забыто давно.Так точно ступала лошадка,Такие ж тащила мешки,Такие ж у мельницы шаткойСидели в траве мужики,И так же шел жид бородатый,И так же шумела вода...Все это уж было когда-то,Но только не помню когда!1840-e годы“Милый друг, тебе не спится...”
Милый друг, тебе не спится, Душен комнат жар,Неотвязчивый кружится Над тобой комар.Подойди сюда, к окошку, Все кругом молчит,За оградою дорожку Месяц серебрит.Не скрыпят в сенях ступени, И в саду темно,Чуть заметно в полутени Дальнее гумно.Встань, приют тебя со мною Там спокойный ждет;Сторож там, звеня доскою, Мимо не пройдет.1840-е годыПУСТОЙ ДОМ[*]
Стоит опустелый над сонным прудом, Где ивы поникли главой,На славу Растреллием строенный дом, И герб на щите вековой.Окрестность молчит среди мертвого сна,На окнах разбитых играет луна.Сокрытый кустами, в забытом саду Тот дом одиноко стоит;Печально глядится в зацветшем пруду С короною дедовский щит...Никто поклониться ему не придет,—Забыли потомки свой доблестный род!В блестящей столице иные из них С ничтожной смешались толпой;Поветрие моды умчало других Из родины в мир им чужой.Там русский от русского края отвык,Забыл свою веру, забыл свой язык!Крестьян его бедных наемник гнетет, Он властвует ими один;Его не пугают роптанья сирот... Услышит ли их господин?А если услышит — рукою махнет...Забыли потомки свой доблестный род!Лишь старый служитель, тоской удручен, Младого владетеля ждет,И ловит вдали колокольчика звон, И ночью с одра привстает...Напрасно! все тихо средь мертвого сна,Сквозь окна разбитые смотрит луна,Сквозь окна разбитые мирно глядит На древние стены палат;Там в рамах узорчатых чинно висит Напудренных прадедов ряд.Их пыль покрывает, и червь их грызет...Забыли потомки свой доблестный род!1849 (?)* 5 *
“Ой стоги, стоги...” . — Как и “Колокольчики мои...”,стихотворение проникнуто мыслью об объединении славянства при помощи и подруководством России. “Стоги” — славянские народы, “орел” — Россия.
* 6 *
“По гребле неровной и тряской...” . —Гребля — гать, плотина.
* 7 *
Пустой дом . — В “Пустом доме” отразились впечатления откакого-то родового дома Разумовских. Упоминание имени В.Растреллисвидетельствует о том, что здесь имелся в виду не батуринский дворец, о которомидет речь в стихотворении “Ты знаешь край...”.