«ИЕРУСАЛИМ-2»
Говорили
мне
не ходил бы по кайме
где сдувает ветер в небо
а когда лицом к стене
нас сдувает
пепел в небо
и пальба лицом к стене
ничего
себе
стою
поперек язык жую
напужали
синей жопой
метафизику
мою
если
там
передо мной
как за каменной стеной
мой
Ерусалим Небесный
как
живой перед войной
там
по
воз
ду
сям
дед-отец дед-сын
сам выкидывай коленца
чтоб сошелся псалм
там
с рувимами сидит
новой
кожею
скрипит
папа
мой урод военный
русской группы инвалид
там
орлы курлы
там
волы рычат
там
от звонов бивуачных
мерзнут
душки арапчат
там наискосок со мной
как на карте козырной
наш Ерусалим наземный
весь почти что неземной
вам
Ерусалим наземный
нам
почти что неземной
там
на бреющем когда
хвост горит пропеллер блещет
там
на дне
она трепещет
дне
Султанова Пруда
посмотрите я о ком
говорю
в углу фигурка
белым
гляньте на придурка
белым дразнится платком
или белым флагом плещет
пред архангельским полком
а
на
искосок со мной
а вернее за спиной
наш Ерусалим наземный
весь почти что неземной
он такой у нас наземный
что почти что неземной
Москва, январь 1998 –
Куршавель, декабрь 2003 –
Иерусалим, апрель 2004
ДЕНЬ ПОБЕДЫ
Да
здравствует война
в хорошую погоду
а
чтобы осветить войну включить и солнце и луну
раздать
татарам платину
а
танкам вылить воду
сержантам выдать кокаин
а
педерастам
хну!
Верховный Негра Черный Гог
сам поведет свои хоругви
Главком Якутии Магог
своих волков
полярные полки
и то
что с нами Бог залог
ото
надежа и порука
что
помолясь и навалясь
отпразднуем
таки!
а я Аглаю как жену
бы обнял
не помешкав
и загляну
а ну!
в ея
в ея очей голубизну
и посадил бы ангелов к столу
с друзьями вперемешку
и поднял рюмку не одну
за
то
как в старину
да
здравствует скажу любовь в любое время года
а
чтобы
не мешать любви пошли бы вы с огнем!
но
зорю крикнул Командарм
став профилем к народу
он
весь
крылатый как гусар
восторг
играет в нем
а мы играем и поем
в хорошую погоду
и
на резцах у нас
сурьма и сулема
разносит лекарь кислоту
а
лекарки
крем-соду
и в каждом стане по шатру костру
два цирка
и
тюрьма
играем дети и поем
в виду горы Мегиддо
и всякий мальчик ножичек отдаст
во
славу
Божию
и блещет по ветру сопля
Магога
от обиды
что писать Гог увел в кусты
военно
пленно
ю!
а я Аглаю как войну
бы обнял
легкою рукою
и на
плеснула бы она
по-царскосельски мне
и
да-да
здравствует война
и
дай им Господи покою
товарищам моим
забытым на войне.
Иерусалим, май 2004
ПАМЯТИ ДЕМОНА
1Как
змея учат молоку
так
змеи любят молоко
но
в молоке перед грозой скисает жало
гюрзу тенгинского полка
вспоила смерть его строку
железным ржавым молоком
не отпускала от груди
не
удержала
2шармер на водах кислых дев
звездострадальца на манер
мадам
да он мясник
мадам
старлей спецназа
царя игральный офицер
младой опальный волкодав
вцепившийся
как бультерьер
в хребет
Кавказу
3то
саблезубый как Аллах
и на душе его ни зги
ах на устах его молчок
и
на челе его ни блика
но
выскочив из-за угла
стремглав запутавшись в полах
озноб как мальчик-казачок
бежал висеть на удилах
его словесности его прекраснодиколикой
4он
приходил из-за реки
из дела
выскочив-таки
и с шашки слизывал мозги
побегом базилика
как будто бы и ни при чем
томительно склоняет в сон
и
самому немного
черт
противунравственно и дико
5лишь злой чечен не спросит чем
после химчистки от плеча
пах правый пах
и
бряк
рукав бекеши
поэт и в азии поэт
когда скажу и нет
и
над
над уммой милосердия закат
Медины от Святой до Маракеша
6из
нашей школы он один
в ком странность я не находил
к выпиливанью лобзиком
аулов цельных Господи
и выжиганью по Корану
и
он коронный он гусар
ага как чувствовал врага
в жару на дне вади Бекаа
пардон муа в полдневный жар
во всю шахну Афганистана
7не плачьте пери!
молоком
не кормят змея на душе
не плачьте Мэри
нео ком
уже не стоит петь рыдать стихи и плакать
под Валериком фейерверк
над офицериком салют
а смерть что смерть
она
лицо
его лизала как собака.
Иерусалим, июнь 2004
КЛАССИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ В БУДУАРЕ
1Аристотель думал верней учил
зубов
он думал верней считал вернее насчитывал
у мужчин
больше во рту естественно чем у женщин
апропо: знаю дам думающих что член
пропор
ционален шнобелю в то время как мой прибор
я имею в виду естественно нос простирается до колен
и крылья его трепещут
а
Платон
он думал вернее писал он
вещь
ото байдачто и идея вещи
2А вот я
я
думаю
пялясь в полный камин огня
такой у нас телевизор для феодала
думаю
что ты будешь вечно любить меня
что ты будешь любить вечно меня
ах что вечно ты будешь любить меня
да
и
ты
дай волю бы
так считала.
3Как шрифт клюя по лицу норовя за край
ты
слепо но точечно
набирай и перебирай и опять собирай
люблю ли
но я о я герой
я выпрямляю тебя уже под себя второй
разведя как в первый раз прихотливый скользящий крой
прорехи ткани набрякшей ливнем глаза открой