Обсидиан продолжал крепко держать в объятьях свою маленькую женщину. Алли пахла точно так, как он помнил, и Обсидиан был благодарен, что она не поменяла свой аромат. Набухание его члена спало, но он не позволил Алли отстраниться.

Не только из-за того, как она прижималась к нему, Обсидиану не хотелось размыкать объятья. Алли бы поняла, что он только что кончил в штаны. Это был не повод для гордости, и не так он представлял их первое сексуальное свидание после воссоединения. Обсидиан просто не смог остановиться, услышав стоны Алли, когда она почувствовала прикосновение его члена.

«Двигайся», — приказал Обсидиан сам себе.

Он хотел восстановиться и все исправить. Мун не раз говорил ему, что женщины любят романтику и мужчин, обладающих терпением. Этот совет был забыт в пылу потребности воссоединиться с Алли.

Мун и Бриз не лгали ему, когда клялись, что вернут ему Алли. Все его усилия были вознаграждены. Сначала Обсидиан боролся со своим гневом, когда люди, которые утверждали, что хотят для него лучшего, забрали принадлежавшую ему женщину. Он был умен и отлично приспособился к правилам игры. Обсидиан вел себя вежливо, говорил слова, которые хотели от него услышать, и был образцовым Видом. И теперь награда гладила ему спину через рубашку. Алли.

— Обхвати меня ногами, — потребовал Обсидиан. — Держись.

Алли подняла ноги, обхватила его за талию, и он поправил ее, поддерживая за ягодицы и середину спины. Потребовалась немало силы воли, чтобы игнорировать неприятную сырость штанов, прилипших к его члену, когда Обсидиан поднял Алли и встал. Квартира была небольшой, но это было его пространство. Он добрался до спальни в десять широких шагов.

Обсидиан с раздражением оглядел комнату. Он не знал, что Алли приедет сегодня, иначе бы убрал одежду, которую бросил на пол. Постель была не убрана, но накануне он сменил простыни. Обсидиан принюхался, не уловив никаких неприятных запахов, кроме запаха своей обуви в шкафу; но этот запах был настолько слабым, что Обсидиан сомневался, что человеческое обоняние уловит его. Аромат утихшей только что страсти также дразнил его нос и мучил желанием побыстрее раздеть Алли. Обсидиан скучал по всему в ней, но особенно по ее сладкому вкусу в муках возбуждения и освобождения.

Алли откинула голову назад, чтобы посмотреть на Обсидиана. Синий цвет ее глаз притягивал его и удерживал в плену. Ее маленький носик был очарователен, как и она сама. Внимание Обсидиана переключилось на ее робкую улыбку, и он застонал. Он не успел поцеловать Алли до того, как ее забрали, но Обсидиан все прекрасно помнил.

Мягкие губы приоткрылись под его губами, ее рот был горячим и приветливым, когда их языки встретились. Член затвердел от ревности, что он не был с Алли единым целым. Мысль о том, чтобы проникнуть в нее обоими путями, побудили Обсидиана сделать еще один шаг, пока его ноги не коснулись края кровати. Обсидиан разорвал поцелуй, чтобы избавиться от мешающей одежды. Потребовалась вся его сдержанность, чтобы осторожно опустить Алли на кровать, вместо того чтобы бросить.

— Раздевайся, — приказал Обсидиан, надеясь, что на этот раз его женщина сделает так, как он велит.

Алли отпустила его, когда он выпрямился. Обсидиан отступил, срывая рубашку. Он бросил вещь на пол и быстро стянул штаны. Алли не заметила, что спереди штаны были мокрыми от его спермы, и он использовал белье, чтобы вытереть кожу, избавившись от улик. Алли откинулась назад, подняла ноги и стянула с каждой туфлю.

Обсидиану понравилось, что она не аккуратно поставила их на пол, а отбросила, не заботясь о том, куда они упадут. Он не стал смотреть, куда они приземлились, не желая упускать из виду того, как Алли обнажает каждый дюйм своего тела ради его удовольствия. Она приподняла бедра, пытаясь выскользнуть из брюк, и это только сделало его член тверже.

«Поспеши», — молча призывал Обсидиан.

Алли была ему необходима. Он хотел ее. Желал обладать ею. Он обхватил себя руками, только чтобы не кинуться помогать ей. У Алли не было другой одежды, и он не хотел сердить женщину тем, что порвет ее тряпки в клочья.

При виде синих трусиков Обсидиан зарычал, не в восторге, что Алли все еще носит раздражающие препятствия. Он велел ей избавиться от них всех, но она не подчинилась. То каким образом он может научить Аллисон не носить трусики, мгновенно заставило член пульсировать в ожидании. Обсидиан будет играть с ее плотью, пока Алли не попросит войти в нее. Она получит указание не носить трусики, прежде чем Обсидиан возьмет ее.

Алли отбросила брюки, и подцепила большими пальцами тонкие завязки крошечных лоскутов, прикрывающих ее лоно, чтобы вновь завилять бедрами. Изгибы ее обнаженных ягодиц на простынях чуть не лишили контроля Обсидиана. Ему хотелось их видеть под другим углом — нагнуть Алли перед собой, обхватив руками с обеих сторон, чтобы удержать на месте, в то время как он будет вдалбливаться в нее, глубоко погружаясь членом. Алли села, сбросив трусики с кровати и наконец сняла рубашку. Бюстгальтер скрывал ее соски, и Обсидиан снова зарычал.

— Ты в порядке? — она остановилась.

— Сними его!

— Немного нетерпеливый?

Алли улыбнулась, будто забавлялась чему-то, чего Обсидиан не мог понять. Не было ничего смешного в том, как сильно он жаждал взглянуть на эти розовые соски, которые ему хотелось лизать и сосать.

— Алли, — предупредил Обсидиан, — прошло слишком много времени.

Она расстегнула застежку, и бюстгальтер соскользнул с ее плеч, обнажая красивые мягкие холмики с тугими вершинами. Алли раздвинула согнутые колени, открывая свою мокрое лоно, как будто Обсидиану нужен был стимул, чтобы взять ее. Он изо всех сил старался держать себя в руках. Обсидиан хотел, чтобы ей тоже было хорошо. Алли перевернулась на бок, затем встала на четвереньки. Ее волосы перекинулись через плечо, когда она тряхнула головой, чуть пододвинувшись, пока ее ягодицы не оказались перед Обсидианом. Алли улыбнулась при виде его удивления.

— Знаю. Я мокрая, такая готовая, и хочу тебя. — Она провела языком по губам. — Я мечтала о том, как ты овладеешь мной. Возьми меня.

Животные инстинкты так сильно накрыли Обсидиана, что он не выдержал.

«Забудь про обходительность и о том, что надо продвигаться медленно, или советах Муна о том, как обращаться с человеческой парой».

Обсидиан опустил колено на край кровати и посмотрел на ягодицы Алли. Те были бледными, округлыми с пышными изгибами. Обсидиан хотел схватить их обеими руками, просто чтобы сжать.

Алли выгнула спину, приподнимая низ спины, и раздвинула бедра достаточно, чтобы Обсидиан мог увидеть ее плоть. Розовый, гладкий рай, в который он хотел войти, был прямо перед ним. Алли так покачивала ягодицами, что Обсидиану захотелось завыть.

— Входи в меня медленно, — попросила она. — Прошло много времени, и ты стал больше. Думаю, даже, что и там тоже.

Обсидиан посмотрел на свой член, а затем бросил взгляд на ее лоно. Это немного охладило его неистовую страсть. Он не хотел причинить Алли боль. Его руки замерли на ее бедрах, когда он придвинулся ближе.

Алли опустила грудь настолько, что ее соски коснулись простыни, и прикусила губу, глядя, как Обсидиан смотрит на нее.

— Не мучай меня, Обсидиан. Я хочу чувствовать тебя внутри.

Не он мучил ее, это она его мучила. Он подобрался ближе к ногам Алли, чтобы их тела теснее прижались друг к другу. Член не нуждался в том, чтобы его направили к входу в ее влагалище. Алли покрутила бедрами, пока головка члена не коснулась ее лона, и замерла.

Обсидиан задрожал так сильно, что обхватил пальцами бедра Алли и сжал, чтобы скрыть, как сильно она на него действует. Его пара могла поставить мужчину Видов на колени и заставить дрожать от желания к ней.

Головкой члена Обсидиан почувствовал возбуждающую гладкость, и толкнулся в Алли, — маленькое отверстие было тугим, но гостеприимным. Мужчина и женщина одновременно застонали, когда он погрузился в нее. Влагалище плотно обхватывало член, идеально подходя ему. Обсидиан толкнулся в нее еще сильнее, — Алли была создана для него.

— Да, — подбодрила она.

Он чуть вышел, сильный поток удовольствия охватил его от этого простого движения. Обсидиан толкнулся обратно. Невозможно было решить, какое движение лучше. Темп увеличился, женское лоно подстроилось под него достаточно, чтобы Обсидиан убедился, что не сделает своей паре больно, и, отпустив одно ее бедро, упал вперед и поймал ею вес верхней части тела, прежде чем накрыть Алли собой.

Он тесно прижался к ней, погрузился в нее своим членом, пока они полностью не соединились, и прижался к ней щекой.

— Скажи мне, если я буду слишком груб.

Обсидиан двигал бедрами длинными, глубокими толчками. Стоны Алли становились все более громкими и прерывистыми, заставляя партнера толкаться быстрее, пока изголовье кровати не ударилось о стену. Яички напряглись, предупреждая Обсидиана, что он скоро бурно кончит и наполнит свою пару семенем.

Он скользнул рукой по телу Алли и нашел клитор. Два пальца прижались к маленькому бутону, и Обсидиан стал его потирать. Вагинальные мышцы крепко сжались вокруг его члена, сжимая его, и Обсидиан изо всех сил пытался сдержаться, чтобы не излиться в Алли.

— Кончай, — резко потребовал он. — Сейчас.

Алли содрогнулась под ним, и ее лоно стало сжимать его член. Наслаждаясь оргазмом, Алли выкрикнула имя Обсидиана. У него больше не было причин себя контролировать. Он отпустил себя, громко зарычав, когда вернул свою пару.

Алли улыбалась, ее рука блуждала по груди Обсидиана, которая служила ей подушкой. Его сердцебиение было медленным и ровным под ее ухом. Она наслаждалась ощущением полного покоя, крепко прижавшись к любимому.

— Я скучала по тебе.