Юньэр снова запела:

Что значит радость женщины?Ответ: любимый возвратился в дом ко мне.Что есть веселье женщины?Ответ: уняв свирель, ударить по струне.

Закончив песню, она начала следующую:

При третьем новолунье в третий деньЦветет мускат. Везде известно это.Но вздумалось однажды червякуЗалезть в цветок прекрасный до расцвета.Потратил много времени червяк,Стремясь к цветку упрямо, непреклонно,Но в тот цветок он не сумел никакПробраться, – сколь ни бился исступленно.Упал, потом опять к цветку полез,Как на качелях, на листе качаясь.«Ах ты, червяк! Повеса из повес! —Сказал цветок, к упрямцу обращаясь. —Раскрыться мне еще не выпал срок, —Куда ж ты лезешь, глупый червячок?»

Эта песня была последней. Юньэр осушила кубок и прочитала:

Строен персик и пригож…

Застольный приказ и на сей раз оказался выполненным. Наступил черед Сюэ Паня.

– Что ж, начинаю! – сказал он. – Итак…

Женщина сердцем скорбит…

Он тянул первую строку так долго, что Фэн Цзыин не выдержал и спросил:

– Почему она скорбит? Ну, говори скорее!..

От волнения глаза Сюэ Паня стали круглыми, как колокольчики, и он повторил:

Женщина сердцем скорбит…

Кашлянул раз, другой и наконец произнес:

Скорбь женщины о чем?Ответ гласит:Не муж, а черепаха! Просто стыд!

Все расхохотались.

– Почему вы смеетесь? – удивился Сюэ Пань. – Разве я не прав? Неужели женщина не скорбит, если вместо красивого юноши ее мужем оказывается урод?!

– Конечно, прав! – твердили все, покатываясь со смеху. – Ну, продолжай!

Сюэ Пань таращил глаза, стараясь собраться с мыслями:

Женщине грустно бывает…

Он снова умолк, а сидевшие за столом закричали:

– Почему?

В чем женщины печаль ?В том, что нахально,Как жеребец, мужлан к ней лезет в спальню.

Снова раздался дружный смех.

– Штрафовать его, штрафовать! – кричали все. – То, что он прочел прежде, еще куда ни шло. Ну а это совсем не годится!

Сюэ Паню хотели налить вина, но Баоюй запротестовал:

– У него очень хорошо подобраны рифмы…

– А вы придираетесь, – ухватился за его слова Сюэ Пань. – Если распорядитель одобрил, нечего шуметь!

Все тотчас же умолкли, только Юньэр, смеясь, сказала Сюэ Паню:

– Следующие две фразы, пожалуй, тебе не под силу, может быть, позволишь произнести их вместо тебя?..

– Глупости! – вскричал Сюэ Пань. – Неужели не справлюсь? Слушайте…

В чем радость женщин?Тут ответ мой точен:В блаженной лени после брачной ночи.

– Неплохо! – согласились все. Сюэ Пань продолжал:

Когда веселье женщин?Стих мой лих:Когда мужская плоть возжаждет их.

– Бессовестный! Как не стыдно! – возмутились гости. – Пой лучше песню!..

Комар назойлив:«Хэн-хэн-хэн…» —

затянул Сюэ Пань.

– Что это ты поешь? – раздались удивленные возгласы.

Но Сюэ Пань как ни в чем не бывало продолжал:

Жужжат две мухи:«Вэн-вэн-вэн…»

– Довольно, хватит! – закричали все хором.

– Будете вы слушать или не будете? – рассердился Сюэ Пань. – Эта песенка вся построена на рифмах хэн-хэн и вэн-вэн. Не хотите, могу не петь, но и пить не стану!

– Ладно, не пой, не пей, только не мешай другим, – согласились гости.

Наступила очередь Цзян Юйханя. Он прочел такие стихи:

Скорбь женщины чем вызвана?Ответ: ушел супруг, его потерян след.Чем объяснить ее печаль? Ответ: на масло из корицы денег нет.Что значит радость женщины?Ответ: нагар на свечке – значит, свадьба ждет[249] .Что есть веселье женщины?Ответ: с супругой точно в лад супруг поет.

После стихотворения Цзян Юйхань запел песню:

Как отрадно! Она всех красавиц прелестныхвоплотила в себе и, слепя красотой,Уподобилась той, с бирюзового небак нам на землю сошедшей небесной святой.Вся в расцвете весны —молода и стройна,Будет фениксов-птицжизнь, как чаша, полна!О, высок Млечный Путьв этом небе ночном!Взяв серебряный в руки фонарь,мы вдвоемНезаметно за полог уйдем…

Окончив петь, Цзян Юйхань осушил кубок и сказал:

– Мои познания в поэзии поистине ничтожны, но, к счастью, вчера я случайно прочел и запомнил одну парную надпись. В ней как раз речь о том, что вы видите здесь на столе.

Он выпил еще вина, взял со стола цветущую коричную веточку и произнес:

В нос ударяют запахи цветов,а это значит – будет днем тепло.

Всем понравились эти строки, и решено было, что приказ выполнен. Но тут с места вскочил Сюэ Пань.

– Никуда не годится! – закричал он. – Оштрафовать его! Оштрафовать! На столе никакой драгоценности нет, и твои стихи ни при чем!

– Какой драгоценности? – удивился Цзян Юйхань.

– Еще перечишь! – не унимался Сюэ Пань. – Повтори, что ты прочел!

Пришлось Цзян Юйханю прочесть еще раз.

– А Сижэнь разве не драгоценность?[250] – вскричал Сюэ Пань. – Кто сомневается, спросите у него!

Он указал на Баоюя. Баоюй смутился и произнес:

249

…нагар на свечке – значит, свадьба ждет. – В древности считали, что нагар, образующийся около фитиля в форме цветка, предвещает прибыток, деньги; в данном случае имеется в виду свадебное веселье.

250

А Сижэнь разве не драгоценность? – Сюэ Пань воспринял имя Сижэнь как слово «драгоценность».