Пауло

Подожди еще немного.

Пастушок

Не могу я медлить, нет: Я иду по этим долам, Я отыскиваю след Заблудившейся овечки, Что от стада отошла; А венок, который видишь Здесь, любовь моя сплела — Для нее. Сплести хозяин Повелел мне потому, Что своих овец он ценит В то, что стоили ему. Оскорбивший бога должен Обратить мольбу к нему. Милосерд он, и в прощеньи Не откажет никому.

Пауло

Подожди, пастух!

Пастушок

Не смею.

Пауло

Я тебе не дам уйти.

Пастушок

Ты попробуй лучше солнце Удержать в его пути.

(Ускользает из его рук.)

Сцена 12

Пауло

В сердце трепет и тревога. В странном облике своем, Больше божьем, чем людском, Возвестил пастух мне строго, Что своим сомненьем бога Прогневляю я опять, И при этом дал понять, Приведя свои примеры, Что с молитвой, полной веры, Надо бога умолять, Да простит он… А Энрико? Этот грешник? Что, как он Будет господом прощен?.. Если так, то дух мой дико Сатаной был обольщен… Нет! Прощенным быть не может Этот грешник, что слывет Худшим в мире. — Не тревожит, Пастушок, тебя мой гнёт… А меня сомненье гложет… Если б только захотел Он покаяться смиренно, Он прощенье бы имел, И тогда благословенный Был бы Пауло удел. Но, пастух, ужель настолько Милосерден будет бог[70]… Нет, он милостив, но строг. В ад — единый путь нам только, Райский нам закрыт чертог.

Сцена 13

Педриско, Пауло

Педриско

Слушай, Пауло… От нас Ты далеко был сейчас… О событьи самом странном (Не сочти его обманом) Я принес тебе рассказ… Там, на берегу зеленом, Близ звериного жилья, Где по каменистым склонам, В вечном трепете, струя Ниспадает с тихим звоном, Там, покинувши троих, Что повешены болтались, Я и Селье оставались. Вдруг, заслышав чей-то крик, Оба мы перепугались, Я вскричал: «Проклятье!» Хвать! Видим мы: морскую гладь Пенят два пловца с отвагой, И один в зубах со шпагой… Мы бросаемся спасать… Буря воет на просторе. Крови жаждущем… И в споре С силой ветра два пловца То касались звезд лица, То ввергались в бездны моря. Меж алмазных брызг граненых Две виднелись головы Двух пловцов… Сочли бы вы Будто плахой для казненных Были буйные валы. Опасался я, сознаюсь, — Не осилить им пучин. Но — спаслись. Я постараюсь Кратким быть. Из них один Был Энрико.

Пауло

Сомневаюсь.

Педриско

Я сказал тебе, отец, Ты не спорь, — я не слепец.

Пауло

Ты ли видел сам?

Педриско

И слышал. И видал.

Пауло

Когда он вышел, Что он сделал?

Педриско

Молодец Без проклятий уж не мог. Да какую милость бог Этим людям не окажет…

Пауло (с собой)

И пастух, пожалуй, скажет, Что ему открыт чертог Вечно блещущего рая! Впрочем, я не потеряю, С ним увидясь, ничего.

Педриско

Банда тащит уж его.

Пауло

Я сказать тебе желаю…

(Разговаривает в стороне с Педриско.)

Сцена 14

Энрико и Гальван, мокрые и со связанными руками, влекомые разбойниками. Пауло и Педриско

Энрико

Нас вы тащите куда?

1-й разбойник

Тащим вас, дружки, сюда Для показа атаману.

Пауло (Педриско)

Сделай.

(Уходит.)

Педриско

Спорить я не стану.

1-й разбойник

Атаман уходит?

Педриско

Да, Ваши милости подверглись Здесь опасности великой. Но куда вы направлялись? Отвечайте, господа! вернуться

70

Ужель настолько милосерден будет бог. — В подлиннике игра слов: remedio medio — «средний выход» (ужели божье милосердье найдет третий выход).