В итоге их всех похоронили в братской могиле - и Спрэнга, и Остина, и корейцев. Поставили крест и дали одиночный залп. Викингов и самураев отправили в лагуну. Еще до обеда акулы наведут порядок. А сейчас время завтрака. Солнце поднялось из глубин океана… бла-бла-бла, оставим это романтикам.

- А теперь за мной, мой альбионский друг, - предложил надпоручик Тай Кван До. - Полюбуемся на трофеи.

Глава 9. Офицерский клуб "Форт-Альянс".

За 28 с лишним лет своей недолгой жизни Джеймсу Хеллборну довелось увидеть немало страшных и непонятных вещей. Кое-что из этих страшных и непонятных вещей совершил он сам. О других страшных и непонятных вещах ему приходилось читать в исторических книгах и академических учебниках. Но это было что-то новое.

Основное население концлагеря состояло из корейцев и "ФИСташек" - Филиппинских Императорских Стрелков, всего около трех сотен. Здесь были и другие пленники, мимоходом сообщил надпоручик, более ценные с точки зрения викингов, их держали отдельно.

Тогда как подданные и вассалы корейского императора проводили свое время под открытым небом, на небольшой площадке - примерно сто на двадцать метров, огороженной колючей проволокой. Душевых и туалетов здесь не было, как сразу догадался Хеллборн, это вам не трюм белголландского крейсера. Даже твердой почвы не было. Какая-то сплошная грязевая лужа, настоящее болото. Но обитатели площадки еще могли считать себя счастливцами. Вдоль южной длинной стороны колючего забора тянулась цепочка - ям? воронок? грязевых кратеров? - накрытых бамбуковыми решетками. Здесь, как объяснил Тай Кван До, проводили время нарушители дисциплины. В смысле, военопленные, имевшие наглость потребовать содержания в человеческих условиях или попросившие добавку к скудной и полуотравленной пище. Надпоручик так и сказал - полуотравленная, half-poisoned . Но и эти имели полное право считать себя везунчиками.

Ибо северную сторону забора украшал воистину монументальный пейзаж, достойный не то что средних веков, но совсем темных и легендарных времен. Шесть-семь аккуратных виселиц, на которых покачивались обезображенные до полной неузнаваемости человеческие (?! - а с первого взгляда и не скажешь!) тела; а также десятка три деревянных кольев, половина из которых была украшена отрубленными (отрезанными? оторванными?!) человеческими (?!!!) головами, а половина - почти целыми трупами. Человеческими. Кажется.

Завтрак попросился наружу. И неважно, что Хеллборн съел на завтрак всего два яблока. Так, заморить червячка. Старые традиции и новейшие инструкции Медицинского Корпуса не рекомендовали обильно поглощать пищу перед боем, на случай ранения в живот и других подобных неприятностей… Господи, о чем он сейчас думает?! И почему их просто не расстреляли?!!!

"А какая теперь разница?!"

- А что ты думал, Джеймс? - неожиданно вкрадчиво поинтересовался надпоручик Тай Кван До. - Ты принял нас за безбожных и безумных азиатских дикарей, которых хлебом не корми - но позволь кого-нибудь на куски порезать? А разве мы не люди? Если нас ударить, разве не потечет кровь? Если нас обидеть - разве мы не отомстим?

"Шекспира перечитался", - машинально отметил альбионец.

- Наша разведка уже сообщала о таких делах, но не все готовы в это поверить. Я специально приказал своим людям ничего пока не трогать - тебе хотел показать. И еще надо будет все тщательно сфотографировать и задокументировать. Теперь ты все понял?

"Если не все, то кое-что ". Джеймс машинально кивнул.

- Без обид? Остаемся друзьями? Продолжаем сотрудничество во имя общего дела и Альянса?

Еще один кивок.

- Братья и сестры по оружию?

И еще один кивок.

- Вот и отлично, - низкорослый кореец ухитрился похлопать его по плечу. - Можешь называть меня просто Брюс. Я получил это имя при крещении. В честь шотландского святого. Но вернемся к нашим делам. Есть предложения общего свойства? Я не об этом, - уточнил надпоручик. - База в наших руках и…

- Я вернусь на радиостанцию, - разлепил пересохшие губы Хеллборн. - Еще раз все тщательно проверю. Потом вернусь к тебе… Брюс.

- Договорились.

И еще один кивок. Черт, так и голова может отвалиться. Вместе с завтраком.

"Стояла жара. Трупы разлагались быстро ", - вспомнилось некстати. Откуда это? Что-то из классики, бойня в Халистанской пустыне. Здесь не Халистан, но солнце уже заметно припекало. Проклятые тропики. Порядочному альбионцу здесь не место. Не поэтому они "молились на грядущую войну".

Разумеется, за колючей проволокой уже никого не было. Освобожденных пленников разместили на широкой зеленой лужайке рядом с бывшим белголландским штабом (еще одно стандартное бунгало). Здесь же развернулся целый полевой госпиталь - белые палатки и другие подобные сооружения. Моряки-освободители окружили своих товарищей такой теплотой и заботой, что Хеллборну на какое-то мгновение стало стыдно. Он вспомнил, как только что поступил со своим соотечественником. Но стыд удалось прогнать без особых усилий. Если корейцы обнаружат в своих рядах труса, предателя, преступника - или козла отпущения - то быстро и легко отрубят ему голову. Без лишних эмоций.

Здесь же находились корейские солдаты, раненные в ходе предрассветного боя, а также Бобби Розинделл с его простреленным плечом.

- Все в порядке, сэр, - доложил моряк, заметив проходящего командира. - Обо мне хорошо заботятся.

- Держись, артиллерист, - отозвался Джеймс. - Мы навестим тебя чуть позже.

Бывшие хозяева лагеря, викинги и самураи, ныне пленники победоносной ФАБРИКИ, были собраны где-то на другом конце базы.

"Был большой соблазн загнать их в это болото, - признался надпоручик Тай/Брюс, - но я решил не торопиться. К счастью, никому не удалось уйти. На острове был только один автожир, и мы взорвали его в первую минуту боя".

Джеймс Хеллборн подумал, что стоит навестить побежденных виксов. Но тоже решил не торопиться.

В самом штабе было тихо и скучно. Один из корейских офицеров сидел возле распахнутого сейфа и перебирал бумаги. За два дня, проведенные на "Пасифлоре", Хеллборн не успел познакомиться даже с половиной тамошних офицеров. Но этого он запомнил. Капитан-лейтенант Пак, кто-то вроде офицера безопасности. Завидев альбионского гостя, кореец поспешно перевернул читаемый листок и накрыл его ладонью. Хеллборн не обиделся. Есть дружественные страны, но не бывает дружественных контрразведок.

- Доброе утро, капитан-лейтенант. Надпоручик Тай здесь? - как бы между прочим спросил Джеймс, хотя заранее знал ответ.

- Он куда-то вышел, мистер Хеллборн, - отозвался офицер Пак. - Должен скоро вернуться.

- Спасибо, я зайду попозже, - пообещал альбионец. Обязательно зайду, добавил он про себя. Мне тоже хочется взглянуть на эти документы.

Реджинальд Беллоди сидел на ступеньках бунгало и задумчиво смотрел в даль.

- У тебя закурить не найдется? - каким-то возвышенным голосом спросил он подошедшего Хеллборна.

- Откуда? - удивился Джеймс.

Если даже не считать купания в океане, белголландского плена и короткого путешествия на "Пасифлоре" - ни там, ни там их сигарами не угощали - альбионцы почти не курят. Так уж получилось. В альбионском климате/на альбионской почве табак не растет. Первые колонисты были озабочены другими статьями импорта. А потом один из отцов-основателей, фанатичный пуританин, и вовсе запустил кампанию борьбы с "бесовскими огненными палочками". "Не пристало честному христианину исполнять языческий обряд!" и все такое прочее. Вот пили альбионцы много… По крайней мере, так казалось Хеллборну, пока он не увидел, как пьют в Европе или Америке. Если сравнивать с другими материками и странами, альбионцы были удивительно трезвым народом. Во всех отношениях. Гордость за альбионскую расу…

- …ты меня вообще слушаешь? - обиделся Беллоди.