XXIV

Меж тем иной какой-то Дух могучийНад светлым войском расправлял смелейСвои крыла, как грозовые тучиНад щепами разбитых кораблей.Он был как вихрь, метнувшийся над кручен,И помыслы, один другого злейОтметили чело его немое,И взор его пространство полнил тьмою.

XXV

Он так непримиримо погляделНа вход навеки для него закрытый,Что Петр и тот порядком оробел:Он был старик угрюмый и сердитый,А тут от страха даже пропотел,Не зная, у кого искать защиты.(Но, впрочем, пот сей был святой елейИли иной состав — еще светлей!)

XXVI

И ангелы тревожным роем сбились,Как птички, чуя коршуна: у нихВсе перышки дрожали и светились,Как Орион на небесах ночных.Хотя они достойно обходилисьС Георгом, но старик совсем притих:Быть может, даже позабыл он с горя,Что ангелы всегда и всюду — тори!

XXVII

Все на мгновенье замерло. Но вотВрата сверкнули вдруг и распахнулись.Лучи с недосягаемых высотПланеты нашей крохотной коснулись,Как пламя заливая небосвод,И северным сияньем изогнулись,Тем самым, что во льдах полярных странУвидел Пэрри[25] — храбрый капитан!

XXVIII

И по небу разлился, полыхая,Прекрасный и могучий райский свет,Как знамя славы, радостно сверкаяВеличьем торжествующих побед.(Сравненьями я тему обедняю,Зане сему земных подобий нет:Не всем дано провидеть столь пространно,Как Саути Боб иль Сауткот[26] Иоанна!)

XXIX

То был архангел Михаил; из насЛюбой легко признает Михаила:Воспеты и описаны не разКнязь ангелов и вождь нечистой силы,В церквах — для наших слабых смертных глаз —Бесплотные светлы и многокрылы,Но какова их подлинная суть, Пускай другой решает кто-нибудь.

XXX

В сиянье славы, славою творимой,Стоял архангел, благостью храним,И юные склонились херувимыИ дряхлые святые перед ним.(О старости я говорю лишь мнимойИ юность не приписываю им:С Петром в сравненье, говоря точнее,Они не то что младше, а нежнее!)

XXXI

Так иерарха всех небесных силВстречали все святые, величая,Затем что он из первых первый былНаместник Бога для земли и рая,Но даже тени чванства не таилВ душе своей небесной, твердо зная,Что, как его ни чтим и ни поем, —Он остается вице-королем!

XXXII

Он и угрюмый молчаливый ДухВзглянули друг на друга — и узнали…Непримиримый враг, минувший друг?О чем они бесплотно вспоминали?Но в лицах их мелькнули тени вдругБессмертной, гордой, выспренней печалиО том, что им навеки сужденаВ пространстве сфер упорная война.

XXXIII

Но здесь была нейтральная граница —Из Иова к тому ж известно нам,[27]Что трижды в год и Дьявол не боитсяЯвляться светлым ангельским чинам.Тогда уж не приходится скупитьсяНа вежливость обеим сторонам:Я б вам привел любезный их диалог,Да времени, признаться, слишком мало.

XXXIV

И дело, разумеется не в том,Чтоб доказать в цитатах из Писанья,Что Иов — аллегория. Притом,Быть может, это просто описаньеВесьма реальных фактов. Мы беремЛишь самые прямые указанья:Они ясны и — верьте или нет —Не менее ясны, чем прочий бред!

XXXV

Итак — на почве, в сущности, нейтральнойОни сошлись, где роковой порог,Там смерть отбор проводит инфернальныйБесплотных конвоируя в острог.Они не лобызались, натурально,Но каждый был любезен сколько мог:В изысканной учтивости, казалось,С Их Светлостью Их Мрачность состязалась.вернуться

25

Пэрри (Парри), Уильям Эдуард (1790–1855) — английский морской офицер и полярный исследователь. Совершил ряд плаваний в арктических водах, в 1819 г. зимовал близ острова Мэлвилл в Арктике.

вернуться

26

Сауткот, Джоанна (1750–1814) — английская писательница. В 1813–1814 гг. опубликовала «Книгу чудес».

вернуться

27

…из Иова… известно… — Байрон с иронией упоминает о трактате Джона Мэсона Гуда (1764–1827), изданном в 1812 г., в котором Гуд рассматривал «Книгу Иова» как исторически и биографически достоверный источник.