Помочь юноше я уже ничем не могла. Моир потянул меня дальше, хотя эмоционально я была выпита до нуля и что-либо видеть сил уже не осталось.

Следующей точкой нашего путешествия оказались Цветные горы. Моир попросил меня вспомнить, где в моем видении появлялись воронки. Что оказалось задачей не из простых. Ведь физически я в горах не бывала. Приходилось сравнивать воспоминания из видения и то, что я видела сейчас перед собой. Наверное, я так бы и не нашла нужное место. Помогли туннели пустоты, которые висели во множественном количестве над одной из гор и у её подножия. Шахты отсюда были далеко, ни озер, ни ручьев. Безлюдное и какое-то заброшенное место, которое как нельзя лучше подходило для темных дел.

Вдоль туннеля, там, где энергетическая ткань мира соединяется с пустотой, острыми щупальцами в потоки энергии въедалась серо-бурая субстанция.

Моир эти воспаления заметил раньше и подлетел поближе, чтобы рассмотреть. Я последовала за ним. Создавалось крайне неприятное впечатление. Отталкивающее. Будто прозрачная энергия мира загноилась и теперь зараза распространяется вглубь.

Серо-бурые щупальца успели разрастись саженей на пять-шесть. Если посчитать время, прошедшее с открытия воронок, то скорость распространения заразы две сажени в неделю. Достаточно для того, чтобы принять меры как можно быстрее. Только какие?

Когда я хотела подлететь еще ближе, Моир встал на моем пути:

— "Плесень" может быть заразна. Не стоит.

Внутренне я согласилась.

Самое страшное, что я не имею представления как бороться с нагноением. Можно попробовать исцеляющую силу целебных потоков Элини. Например, применить метод целительства, когда целебная энергия, накопленная в теле целителя, при поддержке пятой силы направляется на "рану". Вроде бы выглядит просто, но резерв целителя, чтобы задуманное имело шансы сработать, должен быть не менее одной тысячи единиц, равный силе двух архимагов.

— Значит, если позволить воспалению распространиться, может погибнуть весь мир, — сказала я.

— Это может послужить одной из причин, — ответил Моир. — Как в Миротечи.

Миротечь превратился в десятый Нижний мир около ста пятидесяти лет назад. Основной причиной падения мира стало рождение третьей звезды в системе Арлетт-Ноктурн. Но большая часть людей и животных были уничтожены задолго, по вине самонадеянных, примеривших на себя венец богов, магов.

Маги Миротечи работали над восстановлением утерянных знаний Древних, как то: перемещения во времени и пространстве, воскрешение мертвых, создание контролируемой второй ипостаси и другими такими же нерациональными, нарушающими естественные законы вселенной экспериментами. Они всерьез считали, что смогут уподобиться богам. Во время одного из опытов произошла катастрофа, забравшая жизни горе-испытателей, и обернувшаяся распространением смертельной инфекции. Их ошибка стоила жизни жителям Миротечи, кроме некоторых видов хищников, которые победили инфекцию и мутировали. Как считает Моир, обрушившаяся на мир болезнь помогла хищникам выжить, когда зародилась третья звезда и климат начал резко меняться.

— Надо найти этих недоумков, — сказала я, закипая от ярости. В угоду своим корыстным целям, они могут погубить мой мир!

— Верелеена! — тело Моира окрасилось в сине-красные цвета, которые вспыхивали и тут же гасли. Он был в бешенстве.

— Мы ничего не знаем об этих магах. Если их десять или двадцать? Если среди них есть магистры или даже архимаги? Что мы можем сделать с тобой вдвоем?

Моир задавал вопросы, на которые у меня не было ответов. Но вопросы его и холодный отрезвляющий тон усмирили мою злость лучше ведра холодной воды.

Он прав. Я не имею право на эмоции и безрассудство. Только не сейчас.

— Здесь нужно действовать разумно и взвешенно. Тебе нужно до последнего скрывать свои возможности. И особенно духов-стражей! Только используя внезапность, у нас есть шансы одолеть их.

Сине-красные вспышки исчезли. Тело архимага вновь лучилось спокойным сиреневым цветом. Он не стал дожидаться от меня оправданий. И так понял, что я раскаялась. Именно в такие моменты я понимаю, что общение с духом архимага бесценно. Ему не надо ничего доказывать и оправдываться. Он все видит сам.

Мне хотелось сказать: "извини", но дальше намерения я не смогла продвинуться.

— Я попробую найти отступников. Я буду неподалеку, Верна. Если ты их встретишь раньше, тебе достаточно будет мысленно меня позвать, и я приду.

— Спасибо, Моир. — Моя благодарность за то, что он отступил от своих правил наблюдателя, была безмерна.

Моир за пару часов показал мне то, что ему самому пришлось собирать по крупицам. И я была ему благодарна. Но растеряна я была больше.

Я открыла глаза в отведенных мне покоях. Моя голова лежала высоко на мягкой подушке, что меня порадовало. Ведь о правилах безопасности забывать не стоит, даже в спешке.

На бежевой наволочке свежие капли крови. Я вытерла губы и подбородок. После трудоемкого ритуала и бессонной ночи мне пришлось снова тянуть из себя ману, а ведь резерв не бесконечен. Вот и результат: энергетическое истощение.

Я достала из тумбочки ягодные конфеты, которые мне вчера всучила Дуняша. От истощения самое то. Запив сладкое водой, я снова легла.

Итог моего путешествия следующий: маги научились открывать физические порталы. И это несет в себе прямую угрозу всем мирам галактики Чертоги Галатеи.

Ситуация в империи стабильно тяжелая. Хищники разбрелись по территории Вирганы, осели в лесах, вырезанных деревнях, вдоль трактов. Те, кто поумнее, от магического купола держаться подальше. Выжидают. Безрассудные и глупые продолжают осаждать купола. Но последних становиться все меньше.

На первый взгляд, корыстные планы магов довольно просты. Они хотят захватить власть в империи. Но имея в резерве Морункэтль, могут взяться и за всю территорию Элини.

И главное, решающий удар по старой власти не заставит себя ждать. Надо быть готовой.

Глава 28. Помощь в расследовании

Дар, наделяющий способностью к магии, люди называют как знахарством, так и колдовством. Одну и ту же энергию вселенной причисляют ко злу и, с тем же рвением, к святому проведению. Попробуй, докажи, им что-нибудь. Оттого я и не пытаюсь.

Непонятное, источающее силу и власть, неизбежно обрастает корой страха и суеверия. Подчас смертельно опасное, а подчас спасающее жизнь.

— Ты говоришь удивительные вещи. Потрясающие. Я всегда мечтала, только мечтала, о возможности подобного!.. — Катя всплеснула руками.

Шура заплетала мне косу, когда постучалась Катя. Помощница лекаря не дождалась пока я приду в лазарет, и пришла сама. Девушка сидела, как на иголках, дожидаясь пока Шура закончит плести косу и уйдет.

К приходу Кати я успела помыться, одеться и порадоваться возвращению своей горничной. Как только Шура ушла, Катя набросилась с вопросами, пытаясь утолить свой интерес. Её интересовало все, что связано с целительством. Она догадалась, что к чудесному, но скандальному исцелению пациента, про которое она рассказывала с таким восхищением, была причастна я. И теперь мучила меня, пытаясь понять, как у меня получается затягивать раны и ускорять процесс заживления.

— Я тебя ни к чему не склоняю. Лишь отвечаю. И то отвечаю, потому что интерес твой не праздный, — сказала я, предостерегая от опрометчивых решений.

После моего вмешательства в ход операции, лекарь долго пребывал в состоянии шока, а его непутевая помощница — в истерике. Придя в себя, уважаемый молодой лекарь кричал и возмущался, и даже проклинал всех ведьм и колдунов. Ему почему-то не пришла в голову мысль поблагодарить за спасение его пациента. На пациента ему было плевать, он больше волновался за свою репутацию и репутацию лазарета. Я же больше волнуюсь за "пациентов", оказавшихся в моих руках, поэтому, как правило, страдает моя репутация, скатываясь все глубже и глубже на дно опасного колдовства и дремучих суеверий.