Некоторым из последующих царей Фирдоуси уделяет достаточно много внимания, а другим посвящает всего лишь по нескольку десятков двустиший каждому. Более подробно поэт останавливается на царствовании Йездигерда III, и не случайно: ведь этот жестокий царь был прозван Грешником.

Сын Йездигерда III, Бахрам V, и есть герой следующего сказания. Когда Грешник был убит водяным конем, иранские вельможи восприняли смерть царя как божью кару, они не хотели, чтобы новым царем стал его отпрыск, и сказали Бахраму:

Тебя вовек на царство не поставим,Ты — рать возглавь, а мы — страну возглавим.

Умному, образованному Бахраму удалось убедить вельмож в том, что он будет править страной честно и разумно:

Да, изверг мой отец, готов признать я,Что он достоин моего проклятья...Весь мир благоустрою справедливо,И подданные будут жить счастливо.

В «Сказании о Бахраме» повествуется о встречах царя с людьми разных сословий, о его многочисленных приключениях. Однажды Бахрам увидел льва, раздирающего онагра, и царь пронзил стрелой и льва и онагра, за что и был прозван «Гуром» («Гур» на языке фарси означает «онагр»). Здесь представлены некоторые эпизоды из сказания о Бахраме Гуре.

Бахрам Гур

Перевод С. Липкина

Рассказ о Бахраме и музыкантше на охоте

Его занятье — то чоуган, то лук,Охотясь, он топтал то степь, то луг.Однажды с музыкантшею, без свиты,Помчался в степь охотник именитый.Его румийку звали Азада,Он с нею время проводил всегда.Она всегда была ему желанна,Ее шептал он имя постоянно.Лишь на верблюде ездил он верхом,Что был покрыт атласным чепраком...Тропа — то вверх, то вниз, кругом — безлюдье,Четыре стремени на том верблюде,Два золотых и два — из серебра,На каждом — дорогих камней игра.Во всех искусствах был Бахрам умелым.Он поскакал с колчаном, самострелом.Чета газелей мчалась по холмам.Сказал, смеясь, красавице Бахрам:«Луна моя! Сейчас начну я ловлю.Как только лук могучий изготовлю,—Кого сначала мне сразить тогда:Самец — в годах, а самка — молода».«О лев,— сказала Азада,— ужелиГордится муж, что он сильней газели?Чтоб заслужить прозванье храбреца,Стрелою в самку преврати самца.Газель захочет убежать отсюда,—Пусти за нею своего верблюда.Ты камешек метни в живую цель,Чтоб ухо начала чесать газель.Как засвербит,— газель тебя потешит,Поднимет ногу и ушко почешет.Ты ногу с головою сшей стрелой,—Тебя вознагражу я похвалой».Бахрам степной травой, прямой тропоюС натянутой помчался тетивою.В колчане у охотника былаОсобая двуострая стрела.Самец взметнулся на равнине пестрой,—Бахрам тотчас подсек стрелой двуостройЕго рога, подсек на всем скаку.И подивилась Азада стрелку.Едва самец своих рогов лишился,Он сразу как бы в самку превратился.А в самку две стрелы всадил Бахрам,Чтоб уподобились они рогам.Бежит газель, и вся в крови дорога,И две стрелы на голове — два рога.Помчался всадник за другой четой, А в самостреле — камешек простой.Красавицу румийку восхитил он:Газели в ухо камешек всадил он,Та — ухо начала чесать ногой,Охотник натянул свой лук тугой,К ноге газели вдруг пришил он ухо,—Тогда рабыня зарыдала глухо.Сказал: «Смотри, добыча не спаслась!»Но слезы у нее текли из глаз.Она сказала: «Это не отвага,Ты злобный бес, ты чужд любви и блага!»Красавицу ударил юный шах,—Свалилась из седла, зарылась в прах.Пустил верблюда всадник, полный злости,Он смял ее, кромсая грудь и кости.Сказал Бахрам: «Безумна ты была!Ужели ты мне пожелала зла?Ведь если б промахнулся я, то скороЛегло б на весь мой род пятно позора!»Так суждено ей было умереть,А царь не брал рабынь на ловлю впредь.

Восшествие Бахрама на престол;

Его советы вельможам и наместникам

Когда Бахрам воссел на шахский трон,Восславил шаха светлый небосклон.Бахрам свои вознес благодареньяПредвечному зиждителю творенья,Дарующему счастье и беду,Дарующему роскошь и нужду.Затем сказал: «Венец и трон державыМне дал господь, всевидящий, всеправый.Он для меня — добро, надежда, страх,Благодарю его в своих мольбах.Покорство богу, преданность обетам —Источник нашей гордости лишь в этом».Послышались иранцев голоса:«Покорства мы надели пояса.Да будет власть царя благословенна,Бессмертно счастье и душа нетленна!»Молитву о Бахраме сотворя,Каменьями осыпали царя.«Мужи! — сказал Бахрам.— Вам приходилосьПознать судьбы и милость и немилость.Мы все — рабы, а бог для всех един,Он, только он — законный господин.Я горе прогоню, добро посею,Я не позволю действовать злодею».Так он сказал. Все поспешили встатьИ славить шаха начали опять:У них беседа потекла ночнаяНо вот и солнце вспыхнуло, сверкая,Воссел властитель во дворце своем.К нему пришли иранцы на прием.Сказал им царь с душевной чистотою:«Вельможи под счастливою звездою!Склонимся пред величием творцаИ от гордыни отвратим сердца».На третий день сказал он знатным людям:«Пренебрегать молитвами не будем.Пускай в сердцах восторжествует бог,Докажем всем, что существует бог,Последний Судный день, рай и геенна,Добро и зло, незыблемость и смена.Тот неразумен, тот грешит всегда,Кто не боится Страшного суда».А на четвертый день, исполнен силы,Венец надев державный, сердцу милый,Промолвил шах: «Мне всех богатств нужнейОтрада, благоденствие людей.Нет, не влечет меня сей мир трехдневныйС его тоскою и судьбой плачевной.Тот мир — бессмертен, этот — прах и тлен,Не попади алчбе и горю в плен».На пятый день такое молвил слово:«Не надо мне плодов труда чужого.Дорога в рай с трудом сопряжена.Блажен, кто блага сеет семена».Сказал он в день шестой: «Пока я правлю,От разоренья подданных избавлю.Покой в Иране будет нерушим,Мы злоумышленников устрашим».Сказал он в день седьмой: «Князья державы,Вы опытны, умны и величавы!Суров я буду к жадному скупцу,Зато стремиться буду к мудрецу.Наказан будет мною недостойный,—Я буду строже, чем отец покойный.А тот, кто будет с нами жить в ладу,Забудет горе, тяготы, беду».Вот, в день восьмой, призвал он Джавануя,О благе подданных своих ревнуя.«Наместникам,— вельможе повелел,—И всем князьям, и в каждый наш уделОтправь слова, где будут свет и милость:«Бахрама власть на троне утвердилась.Он милостив, и щедр, и справедлив,Враждует с кривдой, бога восхвалив.Он обладает и умом и статью,Он царство озаряет благодатью.Тот, кто мне предан, будет мной ценим,А лицемерных мы искореним.Я буду править, счастьем осененный,Вновь Тахмураса я приму законы.Со всеми буду справедлив, хорош,И даже с тем, кто сам проявит ложь.В стремленье к правде предков превзойду я,И вас дорогой правды поведу я.Пойду, как деды, злу и кривде чужд,Лишь тем путем, которым шел Зардушт.Приняв Зардушта древние уставы,Я говорю: «Я — ваш вожатый правый!»Вы все — владыки жен своих, детей,Оплоты веры, стражи областей.Вы все — в своих имениях владыки,Богобоязненны и светлолики.Нам для казны богатства не нужны,Чтобы страдал бедняк из-за казны.Что мне судьбы коварной самовластье,Коль бог продлит и жизнь мою, и счастье?Прочтите эти добрые слова,—Достигнете богатства, торжества.Мы шлем приветы вам, не зная злобы,Тем, кто нас любит,— наш привет особый».К посланиям приложена печать.Велел властитель вестников созвать.С посланьями отправились мобеды —Отважные мужи и сердцеведы.