102. ГУДАУРИ

Уже нельзя взбираться выше,Не проломив хребта у гор;Уже в самом зените слышенИх гетеански плавный спор.Ты ждешь: ужели без размераГора с горой заговорит,Как беззаботная химера,Рождая сонмы химерид?Но, над сознаньем возникаяИз навзничь сброшенных высот,Как Одиссею Навзикая,Нам утро мира предстает,Когда за диким перевалом,Не понимая ничего,Мы видим в блеске небываломРожденье Слова самого.

103. КАРТВЕЛЬСКАЯ РЕЧЬ

В гортанных гнездах горной речиНе клекот спорящих орлят,Не рокот отдаленной сечиВ сплошной ложится звукоряд.Нет, в них, как в доломитных гнездах,Еще и в наши дни живетНе голос — может быть, лишь воздухГрозой насыщенных высот,Где вечером, в своей берлоге,Овечий подсчитав удой,Циклоп встречает на порогеНе месяц, к старости безрогий,А Эльбрус вечно молодой.

104. ТЕБИЛИСИ

I

Я еще не хочу приближаться к тебе, Тебилиси,

Только имя твое я хочу повторять вдалеке,

Как влюбленный чудак, рукоплещущий бурно актрисе,

Избегает кулис и храбрится лишь в темном райке.

Пахнут пылью овечьей твои вековые румяна,

Под сурьмою ресниц угасает ленивый задор,

И в оливковой мгле, на подземном наречье духана,

Разрешают судьбу равнодушно толпящихся гор.

Первозданной Колхиды ворота найти невозможно,

Аргонавты давно заблудились в порфирном лесу,

И от истины горной я горсточку пыли дорожной,

Словно эристав, подать тебе, Тебилиси, несу.

105. ТБИЛИСИ

IIКогда над высоким обрывомВ дремотно-молочной лазури,Как выкормок древней волчицы,К холмам присосался Тифлис,Все знаки судеб перепутавКурчавою вязью хуцури,Должно быть, навеки в то утроДва жребия переплелись.Чрез тайнопись сонных виденийСтолетия перешагнули,Сквозь сумеречное сознаньеЧредою промчались миры —И вот я сегодня проснулсяУже не в пустынном ауле,А в нежной картвельской столице Над водами желтой Куры.Летят в абрикосовый городДорожные автомобили,Молчит абрикосовый город,Бледнея под слоем румян,А Нико Пиросманишвили,Возникнув из облака пыли,Клеенчатым манит бессмертьемИ прячет бессмертье в духан.Но грузом верблюжьим ложатсяНа плечи полдневные ночи.Он лжет, предводитель попоек, —В Куре не иссякла вода!И я сквозь дремучее словоВхожу в подведенные очи,В твои ненаглядные очи,Где мне не указ тамада.Пылают колхидскою славойВдали огнекрылые выси,Ласкает руно золотоеПодошву разутой горы,И кровосмесительства слащеМне имя твое, Тбилиси,Как память предсуществованьяВ объятьях забытой сестры.

106. КАВКАЗ

От огня подводного отпрянув,Словно лик Кибелы в нем возник,С ложа первозданных океановВсплыл новорожденный материк.Расщепленный на две сердцевины,Перешеек или пересказЕвразийской правды, двуединыйВ этом ли клянется мне Кавказ?Для того ль преображало эхоГолоса разноплеменных гор,Чтоб вошел в бычачий щит месехаБактрии чудовищный узор?И, промыты по тысячелетьюВ русле человеческой реки,Тонких жилок засинели сетьюГрузии прозрачные виски?Нет возврата к ночи довременной,Мы живем с тобою первый раз,—Почему же я гляжу бессменноВ пламя неисповедимых глаз,Словно в них, освободив прапамять,Времени расплавилась броняИ они, того не зная сами,Зарева подводного огня?