Таянье льдов и многих потопленье.Где армии твоей боеспособность,Содом? Но твоё войско за пособностьНаркодельцам пылает как поленьеВ огненной пещи». Что им преступленьеЧерез закон? Но к злу есть приспособность.9Крещаемый в реке крестился в Ганге,И тот, кто смотрит на песок в песчезне,Видит, как канет в навсегда исчезнеИмперия. С собой сравнил Коган «ге»Букву, на кран похожую. С кинжаломИграющий предзнаменует смертныйМиг Цезаря, который не бессмертный,А Соломон приходит к вам с кружалом.Кто спит. Тот есть все люди, и кто грезит,Сны видит человечества, не так ли?Героем осознать себя в спектакле,Который пьяных общество тверезитКрутой расправой над англосаксонцем…Но есть ли что-то новое под солнцем?10Всё происходит в первый раз, но вечноОн повторим самовосчеловечно.Читающий слова мои в миг этотМурлыкает, как лев, со мной овечно:«Крещаем был с Христом в одной реке тот,Кто перенял злодейский этикет отЖидовской кодлы, душеизувечноКалечащей младенцев, чьих в мешке ТотЕгипетский обрезков (не осталсяЛи там ещё один?) не досчитался,Хотя пересчитал их многократно.И сфинксу, что недавно лишь быть стался,Эдип премудрый так и не достался.Еврейский князь и мыслит не превратно».

ЛАКОВАЯ ПАЛОЧКА

1Маша Кодама принесла мне это.Вот так авторитет в руке поэтаЗабавно-легкомысленный! Кто знает,Что это, тот достоин статуэта.Лишь тех, кому он совести пятнает,К богатству допускают. ВспоминаетЧиновник быстро свой пик пируэта,Когда его нога под зад пинает.Ты знаешь, дорогая негриэтта,Что значит конгруэнт для конгруэта?Скандал на эту тему заминаетМасс-медиа и красна чем буква «э» та?А словом «экзекуция»! СминаетХолм славы поворот пескоструэта…2Я чувствую: империи он часть,Чьё время вечнотечно, и стеноюОтгородясь от праведных стальною,Вы разместили воинскую частьВ стране, где пахнет смертью, на злочасть Её народу, и тому виноюОн, грех содомский. Пахнет там войноюЕго где запах, но ведь и запчастьОт человека, волосы ли, почкаНемало стоят. Набухает почкаСреди зимы, которая тепла,Бьётся кувшин и рвётся вдруг цепочка,И колесо колодца, что дотлаСгорел, не оросит уже пупочка —В негодность злата перевязь пришла…3Я думаю о мудром Джуан Дзы,Которому приснилось, что летаетОн бабочкой… Лёд Гималаев тает,Пересыхает Ганг, да и Янцзы.А населенье там растёт в разы.Кто тут людьми индусов не считаетИ жёлтыми китайцев почитает,Ибо они не в медные тазыБлюют, а ставят в яшмовые вазыЦветы и вместе с нами смотрят в азы,Буки и веди. Звёзды говорят,Что Джуан Дзы не вспомнил, кто приснилсяКому, но мудреца сон объяснился…Они же наяву это творят!4О кустаре я думаю, согнувшемБамбук (при этом с грацией какою!Приятно чтоб держать было рукою),Природу, но не Бога обманувшем,Изящество придать не применувшемИзделию. Я думаю с тоскою,Что красота и с пошлостью людскоюПереспала не Джуан-Дзы вздремнувшим.Звездою в кладязь бездны заглянувшимДенница светит чёрной. НикакоюНадеждой тот, не спорил кто с рекою,Но по теченью плыл во дне минувшем,Не озарён. Вздрочнувшим и уснувшимЗияет он не к вечному покою.5Нас связывает нечто, вне сомненья.Не невозможно, Некто нас связатьУзлами мрака — тьмою наказать! —Намерен, и не будет поумненья,Ибо глупец уверен: извиненьяДостойна его слабость, так сказать,И нет того, кто мог бы притязатьНа оправданье вместо обвиненья.Не невозможно: универсум нашНуждается в окове самой мрачной,Как в позе подчиненья накарачнойСамец-аутсайдер — выгнулся он аж! —Перед самцом-вождём. У обезьяны— Смотрите! — те же, что у нас изъяны.