Чужая душа

Дурную женщину любил,А сам хорошим парнем был,С врагами – не застенчивым,К друзьям – не переменчивым;Умел приехать к другу,Подать в несчастье руку,Поднять в атаку роту,Стать грудью в непогоду!Был и умен, и добр, и смел,И верен был отчизне,И одного лишь не умелВ своей короткой жизни:Взять отодвинуть взглядомИ рассмотреть как следуетТу, что живет с ним рядом,Что спит с ним и обедает;Ту, что с их первой встречиБыла с ним всех короче,И жизнь его калеча,И честь его пороча...А эта, с кем он жил, она —Могу ручаться смело, —Что значит слово-то «жена»,Понятья не имела.Свои лишь ручки, ноженькиЛюбила да жалела,А больше ничегошенькиНа свете не умела:Ни сеять, ни пахать, ни жать,Ни думать, ни детей рожать,Ни просидеть сиделкою,Когда он болен, ночь,Ни самою безделкоюВ беде ему помочь.Как вспомнишь – так в глазах темно,За жизнь у ней лишь на одноУмения хватило —Свести его в могилу!А где же были мы – друзья?Тут виноват и ты и я!Молчали, замечалиДа головой качали:Мол, вроде неприличноКасаться жизни личной.Да так и не коснулись,Как умер лишь – проснулись!1954

Борису Горбатову

1

Умер друг у меня – вот какая беда...Как мне быть – не могу и ума приложить.Я не думал, не верил, не ждал никогда,Что без этого друга придется мне жить.Был в отъезде, когда схоронили его,В день прощанья у гроба не смог постоять.А теперь вот приеду – и нет ничего;Нет его. Нет совсем. Нет. Нигде не видать.На квартиру пойду к нему – там его нет.Есть та улица, дом, есть подъезд тот и дверь,Есть дощечка, где имя его – и теперь. Есть на вешалке палка его и пальто,Есть налево за дверью его кабинет...Все тут есть... Только все это вовсе не то,Потому что он был, а теперь его нет!Раньше как говорили друг другу мы с ним?Говорили: «Споем», «Посидим», «Позвоним»,Говорили: «Скажи», говорили: «Прочти»,Говорили: «Зайди ко мне завтра к пяти».А теперь привыкать надо к слову: «Он был».Привыкать говорить про него: «Говорил»,Говорил, приходил, помогал, выручал,Чтобы я не грустил – долго жить обещал,Еще в памяти все твои живы черты,А уже не могу я сказать тебе «ты».Говорят, раз ты умер – таков уж закон, —Вместо «ты» про тебя говорить надо: «он»,Вместо слов, что люблю тебя, надо: «любил»,Вместо слов, что есть друг у меня, надо: «был».Так ли это? Не знаю. По-моему – нет!Свет погасшей звезды еще тысячу летК нам доходит. А что ей, звезде, до людей?Ты добрей был ее, и теплей, и светлей,Да и срок невелик – тыщу лет мне не жить,На мой век тебя хватит – мне по дружбе светить.

2

Умер молча, сразу, как от пули,Побледнев, лежит – уже ничей.И стоят в почетном караулеЧетверо немолодых людей.Четверо, не верящие в бога,Провожают раз и навсегдаПятого в последнюю дорогу,Зная, что не встретят никогда.А в глазах – такое выраженье,Словно верят, что еще спасут,Словно под Москвой из окруженья,На шинель подняв, его несут.

3

Дружба настоящая не старится,За небо ветвями не цепляется, —Если уж приходит срок, так валитсяС грохотом, как дубу полагается.От ветров при жизни не качается,Смертью одного из двух кончается.1954

* * *

Умирают друзья, умирают...Из разжатых ладоней твоихКак последний кусок забирают,Что вчера еще был – на двоих.Все пустей впереди, все свободней,Все слышнее, как мины там рвут,То, что люди то волей господней,То запущенным раком зовут...1970