— И что с того, что вы знаете наши имена? Тетрадь Смерти находится у нас, — обратился Йошизава к ближайшему монитору.

— В моем распоряжении другая Тетрадь.

«Синий корабль» замер.

— Другая Тетрадь?

— Вы же слышали о втором Кире и инциденте на Sakura-TV? Существовали два Киры и, следовательно, две Тетради Смерти. Так что… мне принадлежит вторая.

— Что вы хотите, Рюзаки? То есть… L? — Матоба был единственным, кто не поддался панике.

— Освободите Суругу.

Матоба покачал головой, словно об этом не могло быть и речи.

— Вы действительно думаете, что мы откажемся от такого ценного заложника?

— Господин Матоба, я ценю людей, которые схватывают на лету. Я знаю ваши имена и лица. Вы, напротив, не знаете, как меня зовут. Выбор очевиден. Я прав?

Матоба скривился, слыша его собственный довод, озвученный ранее при куда более благоприятных обстоятельствах.

— Но L, Суруга предал вас. Почему вы хотите спасти его?

— Я не планирую ничего подобного.

— Теперь вы сами себе противоречите. Если вы не хотите спасти его, что вы имеете в виду, требуя его освобождения?

— Он нужен мне, чтобы я смог отомстить. Сам, без чьей-либо помощи. А теперь, господин Матоба… Если Суруга не будет освобожден в ближайшие десять минут, вы умрете первым.

— Рюзаки, я прошу у тебя прощения.

Суруга уселся на капот грузовика и уныло склонил голову.

— За что? — L убедился, что их не преследуют, и сел за руль, как будто ничего случилось.

— Ты знаешь за что. За то, что втирался к тебе в доверие, не раскрывая своих истинных намерений. За то, что был обманут Кудзё…

— Напротив, я должен поблагодарить вас.

— Что?

L блеснул озорной улыбкой, протягивая Суруге тайяки на палочке[15].

— Благодаря вам и доктору Кудзё, я смог узнать ваши истинные намерения и раскрыть ее настоящую личность, а также опознать членов группы, с которой она сотрудничает. А главное — Маки во всем убедилась.

Эта новость была слишком неожиданной для Суруги, чтобы воспринять ее сразу. Но уже через секунду, вспоминая последние несколько дней, он понял, что знаки и подсказки были повсюду: несоответствие между проверками безопасности для него и Кудзё, отсутствие камеры в серверной комнате… Теперь, когда он оглядывался назад, то понимал, что все было тщательно организовано, чтобы сделать связь между ним и Кудзё возможной.

— В любом случае, как ты нашел их убежище? Они ведь вытащили передатчик из моего ботинка.

— Это передатчик был фальшивкой. Настоящий находится здесь. — L указал на живот Суруги.

— Как? Мой живот? Эй, ​​ты же не…

Еще до того, как они пошли на склад «Желтая коробка», Суруга пожаловался на боли в желудке от употребления слишком большого количества сладкого кофе. L дал ему таблетку.

— Я положил передатчик в нерастворимую капсулу. Скоро вам, вероятно, придется предпринять что-нибудь, чтобы вытащить его.

Так значит, заставлять меня пить столько кофе тоже было частью его плана.

— После обнаружения укрытия «Синего корабля» я установил подслушивающее устройство и наблюдал за ними из отеля неподалеку. Так я смог опознать всех членов группы. Я использовал ваш ​​ID для доступа к сети ФБР и проверил там данные.

Суруга почти позволил смыслу последней фразы ускользнуть от него, но вдруг поднял голову:

— Но ведь мой ID…

— Конечно, я использовал ID и пароль, под вашим настоящим именем, Хидеки Сугита, — пояснил L небрежно.

— П-постой, а как же бомбы в «Желтой коробке?» Я был рядом с тобой все время с начала атаки. И когда ты успел доставить их?

На этот раз L взглянул на него искоса и ничего не ответил.

— Ты что, хочешь, чтобы я сам догадался? Подожди секунду…

Суруга задумался, потирая щетину на подбородке. Было бы невозможно доставить бомбы после нападения на штаб-квартиру. Но если бы можно было знать место встречи перед атакой…

— Ты же не подслушивал нашу беседу с Кудзё в серверной, не так ли? В ней нет ни камер, ни жучков.

— Я слышал ваш разговор, но я не подслушивал.

— И что это значит?

— Я забыл там один из моих мобильников, а когда набрал номер, услышал, как вы говорите с доктором Кудзё. Так что я не подслушивал.

Значит, он поменялся с нами местами.

Суруга начал было грызть ногти, но поспешно опустил руку, не желая копировать L.

— Я взломал защитные системы одного из производителей взрывчатых веществ, судоходной компании и администрации порта. Так я устроил доставку контейнера на склад незадолго до обмена.

Суруга был полностью обескуражен и мог только рассмеяться.

— Я сдаюсь. Ты предвидел все с самого начала.

— Это потому, что я L, — просто ответил тот. Конечно, такую фразу мог произнести только величайший детектив в мире — ни намека на гордость, одно только одиночество слышалось в его словах.

Неожиданно Суруга вспомнил L, играющего в шахматы с самим собой.

Та фигурка коня, перемещаемая взад и вперед по всей доске… это был я.

— После того как мы закончили расследование дела Киры, я представил доклад ФБР, а потом вдруг появились вы. Было бы странно, если бы это не показалось мне подозрительным. Я с самого начала знал, что вы обратились ко мне, чтобы исследовать и вернуть Тетрадь Смерти. И что вы, вероятно, используете псевдоним, чтобы защититься от ее возможностей.

L переместил грузовик поближе к краю дороги и обернулся, чтобы взглянуть на Маки, спящую на заднем сиденье. Прижимая к груди плюшевого мишку, она тихо прошептала во сне «Папочка…». L задумчиво смотрел на девочку, как будто пытаясь что-то вспомнить, затем встрепенулся и укрыл ее одеялом. Возможно, в его голове возник образ некой отеческой фигуры, которая в детстве делала для него то же самое.

— Единственное, что я не смог предвидеть, было заражение Маки вирусом. Мало того, что необходимо скрывать информацию о противоядии от террористов, мы должны также успеть изготовить антидот перед тем, как у Маки начнут проявляться симптомы. У нас связаны руки. С другой стороны, шансы противника сильно увеличились. Они могут украсть формулу противоядия или подождать, пока мы сами сделаем его, и выкрасть после.

И все из-за меня…

Суруга грустно улыбнулся.

— Но в целом, ситуация не так уж плоха. Первоначально у нашего врага была возможность сделать любой ход, они буквально держали в заложниках весь мир с помощью вируса. Но теперь мы знаем их имена и внешность, а значит, можем положить конец их деятельности. И все это благодаря тому, что вы попались.

— Нет худа без добра, не так ли? Но Кудзё намекнула, что у них еще немало тузов в рукаве, так что лучше бы не снижать нашу бдительность.

— Господин Суруга, не могли бы вы стать моим помощником на какое-то время? Это было бы большим подспорьем для меня, если бы вы были неподалеку.

Помощником? Это что, шутка?

Суруга задумался, но, на самом деле, уже знал ответ.

— Конечно, я помогу. Только потому, что я был обманут Кудзё, Маки была инфицирована. Кроме того, Бюро отстранило меня от твоего дела.

Пока Суруга пересаживался за руль, он не мог освободиться от легкого беспокойства.

Может быть, мой договор с врагом тоже был частью плана L. Не только чтобы использовать меня как пешку, но и чтобы заставить меня чувствовать себя преданными ему теперь….

— Может быть, я ошибаюсь, но, по-моему, что-то идет не так. Возможно, они ожидали, что мы вернемся этим путем.

Суруга перегнулся через водительское кресло. Они приближались к штаб-квартире Центра расследований дела Киры, чтобы собрать необходимые припасы и повысить свои шансы при встрече с врагом лицом к лицу. Это была типичная для Токио ночь, с улицами, запруженными мчащимися такси и бизнесменами, спешащими домой после многих часов сверхурочной работы. Но Суруга чувствовал почти ощутимое напряжение в воздухе. Паркуя грузовик в слепое для камер пятно, они как следует огляделись, прежде чем Суруга и L оставили Маки за грузовиком и приблизились к зданию.

15

В буквальном переводе с японского «запечённый морской лещ» — японское печенье в форме рыбки. Наиболее популярная начинка — джем из бобов. Также используются такие наполнители, как заварной крем, шоколад или сыр.