* * *

Люблю я вспоминать утраченные дни.С укором горестным являются ониИ душу тяготят правдивыми словами.Понятен их упрек. Я плачу. Со слезамиКлянусь исправиться и сквозь желаний бредШепчу томительно, что цели в жизни нет.

12 февраля 1897

Поликрат

К Эде

Я читал у поэтов о счастьи, похожем на сон,А теперь я блаженством таким же и сам опьянен.Я серьезно боюсь, что проснуся. Второй Поликрат,Я такому блаженству, избытку блаженства не рад.Не сложить ли для публики несколько плохонькихстроф,Чтобы тем успокоить всегдашнюю зависть богов.

26 июня 1897

* * *

Если мне суждено умереть,Не окончив начатых созданий,Я о планах не стану жалеть:Их свершит грядущий избранник.Если мне суждено умереть,Не достигнув высот просветленья,Я об этом не стану жалеть:Нет предела для вечных стремлений.Я иду! Я готов умереть,Я страданьем купил это право,И не мне, умирая, скорбетьО душе, о искусстве, о славе.

25 июля 1897

* * *

Мы гордо людей презираем,Нам законом – наши желанья,И мы бесконечно страдаем,Но в гордости любим страданья.И если святые порывыПробудят в сердце участье,Мы вдруг безмерно счастливыИ стыдимся этого счастья.

13 августа 1897

«Твои стихи – как луч случайный...»

К. Бальмонту

Твои стихи – как луч случайный Над вечной бездной темноты.И вот – мучительною тайнойВо мгле заискрились цветы.Покорны властному сиянью,Горят и зыблются они,И вдаль уходят легкой тканью,Сплетая краски и огни...Но дрогнет ветер, налетая,Узоры взвеет и порвет,И тот же луч, дрожа и тая,Бессильно в бездну упадет.

20 ноября 1897

Весенняя поэма

1

И серое небо, и проволок сети,Саней ускользающий бег;И вдруг предо мной в электрическом светеВуаль, словно искристый снег.И взор промелькнул утомленной загадкой,Я видел, и вот его нет.Мгновение тайны так странно, так кратко,– Но здесь он, он в сердце – ответ!

2

И томлюсь я с тех пор,Невозможно мне жить.Тот мучительный взорНе могу я забыть.Я и жду, и молю,И брожу, как в бреду,Эту душу твоюЯ нигде не найду.Электрический свет,Тихий шелест саней,И бессильный ответС вечной думой о ней.

3

Она предо мною прошла, как земная,В сиянии яркого дня,И, легкой улыбкой свой взор оттеняя,Взглянула она на меня.Шумели извозчики, бегали дети,Я слышал раскатистый смех...О, серое небо, о, проволок сети,О, тающий, тающий снег,

29 ноября 1897

Вступления к поэме «Атлантида»

I

Муза в измятом венке, богиня, забытая миром!Я один из немногих, кто верен прежним кумирам;В храме оставленном есть несказанная прелесть, – и нынеЯ приношу фимиам к алтарю забытой святыни.Словно поблеклые листья под дерзкой ласкою ветра,Робко трепещут слова в дыхании древнего метра,Словно путницы-сестры, уставши на долгой дороге,Рифма склоняется к рифме в стыдливо смутной тревоге,Что-то странное дышит в звуках античных гармоний —Это месяц зажегся на бледно-ночном небосклоне.Месяц! Мой друг неизменный! В твоем томительном светеТихо катилися ночи и прошлых, далеких столетий.То, что для нас погасло, что взято безмолвной могилой,То для тебя когда-то юным и родственным было.

Февраль 1897

II

О, двойственность природы и искусства!Весь зримый мир – последнее звеноПреемственных бессильных отражений.И лишь мечта ведет нас в мир иной,В мир Истины, где сущности видений.Но и мечта покорна праху: ейПриходится носить одежду праха.Постичь ее вне формы мы не можем...

1897