К русской революции

Ломая кольцо блокады,Бросая обломки ввысь,Все вперед, за грань, за преградыАлым всадником – мчись!Сквозь жалобы, вопли и ропотТрубным призывом встаетТвой торжествующий топот,Над простертым миром полет.Ты дробишь тяжелым копытомОбветшалые стены веков,И жуток по треснувшим плитамСтук беспощадных подков,Отважный! Яростно прянув,Ты взвил потревоженный прах.Оседает гряда туманов,Кругозор в заревых янтарях.И все, и пророк и незоркий,Глаза обратив на восток, —В Берлине, в Париже, в Нью-Йорке, —Видят твой огненный скок.Там взыграв, там кляня свой жребий,Встречает в смятеньи земляНа рассветном пылающем небеКрасный призрак Кремля.

4 декабря, 1920

Парки в Москве

Ты постиг ли, ты почувствовал ли,Что, как звезды на заре,Парки древние присутствовалиВ день крестильный, в Октябре?Нити длинные, свивавшиесяОт Ивана Калиты,В тьме столетий затерявшиеся,Были в узел завиты.И, когда в Москве трагическиеЗалпы радовали слух,Были жутки в ней – классическиеСилуэты трех старух.То народными пирожницами,То крестьянками в лаптях,Пробегали всюду – с ножницамиВ дряхлых, скорченных руках.Их толкали, грубо стискивали,Им пришлось и брань испить,Но они в толпе выискивалиВсей народной жизни нить.И на площади, – мне сказывали, —Таи, где Кремль стоял как цель,Нить разрезав, цепко связывалиК пряже – свежую кудель,Чтоб страна, борьбой измученная,Встать могла, бодра, легка,И тянулась нить, рассученнаяВновь на долгие века!

5 октября 1920

Весной

Не в первый раз твои поляОбозреваю я, Россия;Чернеет взрытая земля,Дрожат, клонясь, овсы тугиеИ, тихо листья шевеля,Берез извилины родные.Вот косогор, а вот река,За лесом – вышка колокольни;Даль беспредельно широка,Простор лугов, что шаг, раздольней;Плывут неспешно облака,Так высоко над жизнью дольней.Вы неизменны, дали нив,Где свежий колос нежно зреет!Сон пашни новой, ты красив,Тебя встающий день лелеет!И с неба радостный призывОпять в весеннем ветре веет.Да, много ты перенесла,Россия, сумрачной невзгоды,Пока, алея, не взошлаЗаря сознанья и свободы.Но сила творчества – светлаВ глубоких тайниках природы.Нет места для сомнений тут,Где вольны дали, глуби сини,Где васильки во ржи цветут,Где запах мяты и полыни,Где от начала бодрый ТрудБыл торжествующей святыней!

7 июня 1920

Нам проба

Крестят нас огненной купелью,Нам проба – голод, холод, тьма,Жизнь вкруг свистит льдяной метелью,День к дню жмет горло, как тесьма.Что ж! Ставка – мир, вселенной судьбы! Наш век с веками в бой вступил.Тот враг, кто скажет: «Отдохнуть бы!»Лжец, кто, дрожа, вздохнет: «Нет сил!»Кто слаб, в работе грозной гибни!В прах, в кровь топчи любовь свою!Чем крепче ветр, тем многозыбнейПонт в пристань пронесет ладью.В час бури ропот – вопль измены,Где смерч, там ядра кажут путь.Стань, как гранит, влей пламя в вены,Вдвинь сталь пружин, как сердце, в грудь.Строг выбор: строй, рази – иль падай!Нам нужен – воин, кормчий, страж!В ком жажда нег, тех нам не надо,Кто дремлет, медлит, тот не наш!Гордись, хоть миги жгли б как плети,Будь рад, хоть в снах ты изнемог,Что, в свете молний, мир столетийИных ты, смертный, видеть мог!

1920

Товарищам интеллигентам

Инвектива

Еще недавно, всего охотнейВы к новым сказкам клонили лица:Уэллс, Джек Лондон, Леру и сотниДругих плели вам небылицы.И вы дрожали, и вы внимали,С испугом радостным, как дети,Когда пред вами вскрывались далиЗемле назначенных столетий.Вам были любы – трагизм и гибельИль ужас нового потопа,И вы гадали: в огне ль, на дыбе льПогибнет старая Европа?И вот свершилось. Рок принял грезы,Вновь показал свою превратность:Из круга жизни, из мира прозыМы вброшены в невероятность!Нам слышны громы: то – вековыеУстои рушатся в провалы;Над снежной ширью былой РоссииРассвет сияет небывалый.В обломках троны; над жалкой грудойНароды видят надпись: «Бренность!»И в новых ликах, живой причудойПред нами реет современность.То, что мелькало во сне далеком,Воплощено в дыму и в гуле...Что ж вы коситесь неверным окомВ лесу испуганной косули?Что ж не спешите вы в вихрь событий —Упиться бурей, грозно-странной?И что ж в былое с тоской глядите,Как в некий край обетованный?Иль вам, фантастам, иль вам, эстетам,Мечта была мила. как дальность?И только в книгах да в лад с поэтомЛюбили вы оригинальность?