Надежда

Надежда милая, нельзя тебя убить!Ты кажешься порой мне страшною химерой,И все-таки я полн беспомощною верой.Несчастная! как я, должна ты лгать, чтоб жить.Ты в рубище зимой встречалась мне пороюНа снежных улицах, в мерцанье фонаря;Как изгнанная дочь великого царя,С очами гордыми, с протянутой рукою.И каждый раз, глупец, я брал тебя домой,И посиневшие от холода, в тревоге,Отогревал в руках твои босые ноги;И рад был, что ты вновь смеешься надо мной.На золотых кудрях еще снежинки тают,Но мой очаг горит, наполнен мой бокал...Мне кажется, что я давно тебя искал...И легкою чредой мгновенья улетают.Я знаю, что меня ты к бездне приведешь,Но сердцу надо быть счастливым хоть ошибкой,Я знаю, что ты – смерть, я знаю, что ты – ложь,И все-таки тебя я слушаю с улыбкой.Уйди, оставь меня! Что значит эта власть?Но нет, ты не уйдешь – до вечного порога.Я проклинал любовь, и проклинал я Бога,А не могу тебя, безумную, проклясть.

25 сентября 1894

Сталь

Гляжу с улыбкой на обломокМогучей стали, – и меняБыть сильным учишь ты, потомокВоды, железа и огня!Твоя краса – необычайна,О, темно-голубая сталь...Твоя мерцающая тайнаОтрадна сердцу, как печаль.А между тем твое сияньеНежней, чем в поле вешний цвет:На нем и детских уст дыханьеОставить может легкий след.О, сердце! стали будь подобно —Нежней цветов и тверже скал, —Восстань на силу черни злобной,Прими таинственный закал!Не бойся ни врага, ни друга,Ни мертвой скуки, ни борьбы,Неуязвимо и упругоПод страшным молотом Судьбы.Дерзай же, полное отваги,Живую двойственность храня,Бесстрастный, мудрый холод влагиИ пыл мятежного огня.

28 сентября 1894

Ноябрь

Бледный месяц – на ущербе.Воздух – звонок, мертв и чист.И на голой, зябкой вербеШелестит увядший лист.Замерзает, тяжелеетВ бездне тихого пруда,И чернеет и густеет Неподвижная вода.Бледный месяц на ущербеУмирающий лежит,И на голой черной вербеЛуч холодный не дрожит.Блещет небо, догорая,Как волшебная земля,Как потерянного раяНедоступные поля.

24 ноября 1894

Осенью в Летнем саду

В аллее нежной и туманной,Шурша осеннею листвой,Дитя букет сбирает странный,С улыбкой жизни молодой...Все ближе тень октябрьской ночи,Все ярче мертвенный букет.Но радует живые очиУвядших листьев пышный цвет...Чем бледный вечер неутешней,Тем смех ребенка веселей,Подобный пенью птицы вешнейВ холодном сумраке аллей.Находит в увяданье сладостьЕго блаженная пора:Ему паденье листьев – радость,Ему и смерть еще – игра!..

1894

На озере Комо

Кому страдание знакомо,Того ты сладко усыпишь,Тому понятна будет, Комо,Твоя безветренная тишь.И по воде, из церкви дальней,В селенье бедных рыбаков,

«Ave Маria» – стон печальный,

Вечерний звон колоколов...Здесь горы в зелени пушистойУютно заслонили даль,Чтобы волной своей тенистойТы убаюкало печаль.И обещанье так прекрасно,Так мил обманчивый привет,Что вот опять я жду напрасно,Чего, я знаю, в мире нет.

1894

Средиземное море

Я уйду из глубоких аллейИ от виллы, где дышит в тени колоннадыДух Эллады,От счастливых людей,Прочь от жизни усталой,Я уйду в эти скалы,Где лишь мох, солнцем выжженный, чахнет,Где свободнее ветра порыв и сильнейМеж изглоданных влагой, колючих камнейМоре солью и свежестью пахнет.Наша радость и горе,Все, что стоит любить, все, чем можно страдатьИ что люди словами умеют сказать, —Пред тобою ничтожно, о море!Забываю друзей и прощаю врагу,И полно мое сердце такого бесстрастья,Что любить на земле никого не могу,И не страшно мне смерти, не надо мне счастья.

Между 1891 и 1895