Вернувшись вечером в деревню и идя по направлению к дому, он даже почувствовал себя здесь немного чужим. Ему казалось, что за один рабочий день на новой стройке в Вене он пережил больше, чем тут за целый год. И Франц твердо решил как можно скорее вместе с Эрной перебраться в Вену.

Глава шестнадцатая

Ссора с подрядчиком Хёльблингом

Эрна несколько раз встречала Франца, когда он фирменным автобусом возвращался из Вены. А он без умолку рассказывал ей о том, что происходит на работе; и Эрне уже казалось, будто там его целый день заводят, точно будильник, а теперь завод кончается. То, что он говорил только о своих впечатлениях и ни слова о ней, ни слова о ее беременности, она могла понять — ну раз, ну два, но не всю же неделю!

Новое место работы, новое окружение, новые товарищи — все это так переполняло его, что Эрна уже начинала ревновать.

И потому в этот субботний вечер — в первую субботу с тех пор, как он переменил место, — она была особенно нежна с ним. В те часы, что они провели в комнате Франца, она не переставала ластиться к нему, пока не почувствовала, что все у них опять так же, как неделю назад. И вправду, Франц в этот вечер ни разу не заговорил о своей фирме, и Эрне это было приятно.

Ее волновали совсем другие проблемы: когда они поженятся, где будут жить и вообще, что будет дальше.

Эти же проблемы занимали Франца, и он даже придумал, как их разрешить. Только еще не отваживался сказать, поскольку его предложение было — переселиться в Вену.

Конечно, сама работа в Вене не слишком отличалась от работы в деревне. Но многое связанное с работой было интересно и ново. Поэтому он считал, что жизнь в Вене ни в коем случае не может быть такой скучной, как в деревне.

— О чем ты думаешь? — спросила Эрна.

— Есть хочу, — отвечал Франц.

Хоть это и было правдой, но думал он о другом.

Они поехали на мопеде в соседнюю деревню, где рядом был лесной ресторанчик. Но Францу кусок в горло не лез. Он хотел еще и выпить для храбрости. После бутылки молодого вина у него наконец возникла идея, как сказать Эрне, что у него на сердце.

— Ну как наш ребеночек? — спросил он.

— Вообще-то никак, только вот по утрам мне всегда плохо.

— Со следующим будет легче, привыкнешь.

— Со следующим? Как тебе такое в голову могло прийти?

Франц не ответил.

— У меня на работе есть один товарищ, — проговорил он наконец, — он приехал из Вальдфиртеля с двумя малыми детьми и теперь живет в Вене. Он говорит, двое детишек — это совсем не плохо.

Франц имел в виду Бенду.

— А что я буду тут в Сент-Освальде делать с двумя детьми? Тут ведь нету даже детского сада! — воскликнула Эрна.

— То-то и оно, — сказал Франц. — Но в Вене-то есть детские сады.

— Скажи уж, тебе охота перебраться в Вену, — недоверчиво сказала она, так как он обычно и слушать не хотел, когда она заговаривала о заочных курсах и о своем намерении устроиться секретаршей в городе.

— А ты что об этом думаешь? — спросил он.

— Да ты не решишься, — вызывающе произнесла Эрна.

— А ты?

— А я уже решилась.

Франц прижал ее к себе. Наконец-то он мог откровенно говорить о том, что его тянет в Вену. Эрна пришла от этого в восторг.

Настроение у нее было чудесное, и она заявила:

— Сегодня я у тебя останусь на всю ночь.

— А что ты завтра скажешь дома?

Когда две недели назад, на троицу, она впервые осталась у Франца на всю ночь, то наплела родителям о приглашении подруги и о домике на Нойзидлер-Зе.

— Ничего не скажу.

Франц был поражен.

— Когда-то же это должно случиться.

— Значит, утром твои родители наверняка явятся к нам.

Эрна не сочла эту причину уважительной. Ей до смерти надоело играть в прятки с родителями, а тут еще они с Францем решили переехать в Вену, и она считала, что пора довести до сведения родителей все эти новости: беременность, предстоящую свадьбу и переезд в столицу.

В воскресенье они проснулись в десять утра. Эрна сразу же вскочила и оделась. По спешке, с какой она одевалась, Франц заключил, что Эрна уже не так спокойно, как вчера, относится к предстоящему скандалу с родителями. Он предложил ей пройтись, пусть хоть немного развеется.

Они вылезли на улицу через окно уборной, чтобы не проходить через кухню.

— Пойдем нашим садом, — предложил Франц.

По дороге он рассказал возлюбленной о договоре между своим отцом и старым хозяином, об участке земли, который должен принадлежать его родителям и который находится здесь, в этом большом, запущенном фруктовом саду.

— Тогда и мы построим себе дачу, — проговорил он с усмешкой. — А перед домом сделаем песочницу для нашего малыша.

Так как лицо ее было по-прежнему серьезно, Франц нарвал травы и посыпал ей голову.

Эрна убежала и спряталась за деревом. Франц поймал ее и завязал ей глаза галстуком. Чтобы Эрне легче было его найти, он криками подманивал ее к своему укрытию.

Она отдала ему галстук, теперь была его очередь «водить». Но ему долго не удавалось обнаружить Эрну, так как она спряталась не за деревом, а в яме. И когда он приблизился к этой яме, Эрна выскочила и со смехом убежала. Франц сорвал с глаз повязку и бросился за ней.

Чтобы доказать ей, что теперь уж ей от него не уйти, он обхватил ее, поднял и, как мешок, перекинул через плечо. Голова ее была у него за спиной, а зад рядом с его головой. Он шлепнул ее в наказание за то, что она так долго от него пряталась. Она смеялась так, что все ее тело сотрясалось.

— А теперь я сброшу тебя в речку! — крикнул Франц и помчался вниз с холма.

Пусть это было сказано в шутку, все равно Эрна сочла своим долгом защищаться. А потому уже не висела, как мешок, а, дрыгая ногами, пыталась выпрямиться.

В этот момент Франц пробегал под деревом.

Раздался глухой удар, и Франца рвануло назад. Он еще смог удержать Эрну. И вдруг она вся поникла. Франц положил ее на траву. И тут заметил, что она без сознания; он страшно перепугался. Поднял ее и понес быстро, как только мог, обратно к своему дому. Вконец измученный, он вошел в кухню и опустил Эрну на диван. Испуганным родителям сказал лишь, что как можно скорее нужен врач, вскочил на мопед и умчался.

Дом врача стоял посреди деревни. Франц позвонил. Поскольку сразу ему не открыли, он стал барабанить в дверь. Наконец жена доктора распахнула окно.

— Мне нужен господин доктор, — крикнул Франц. — Случилось несчастье! Вопрос жизни и смерти!

— Его нет дома, — сказала жена.

— А где он?

— У подрядчика, — отвечала она. — Но должен вернуться с минуты на минуту. Скоро обед. Подожди, я открою…

Но Франц опять уже вскочил на мопед и дал полный газ. Два поворота — и на обочине он увидел машину доктора. Ворота въезда на территорию фирмы были сегодня закрыты. Поэтому Франц бросился к садовой калитке и сильно нажал на звонок. Никто не вышел, и он перепрыгнул через забор.

Франц еще не успел приземлиться, как из дому выскочил подрядчик Хёльблинг, на чем свет стоит ругая бандита, который средь бела дня лезет на чужой участок. Францу это было безразлично.

— Мне нужен доктор! — крикнул он подрядчику.

— Что тебе нужно? — Хёльблинг притворился, что не понял.

— Доктора! — крикнул Франц. — Срочно, случилось несчастье!

— Тумаков тебе нужно! — отвечал подрядчик. Он все еще был взбешен тем, что Франц ушел из его фирмы, несмотря на обещанную ему неслыханно высокую почасовую оплату.

— Вы что, оглохли! — накинулся на него Франц. — Моя невеста тяжело ранена. Ей срочно нужен доктор!

— Вот и привези его из Вены! — закричал подрядчик, указывая Францу на выход.

Франц понял, что нет смысла препираться с этим человеком. Он перешагнул узкую цветочную грядку и ступил на газон, чтобы обойти Хёльблинга.

Но Хёльблинг не дал себя обойти. Он перескочил через грядку, чтобы успеть схватить Франца за рукав, и так сильно его рванул, что Франц налетел на него.