— Досадно, — усмехается она. — Даже немного жаль, что поймала тебя до того, как тебе исполнилось шестнадцать. Если бы ты вошел в полную силу, было бы намного веселее.

Хайд закашлялся. Я слышу запах жженой кожи.

— Мне семнадцать, — говорит он, с трудом двигая губами.

Она хмурится, останавливаясь.

— Нет, — говорит она с сомнением, — нет, это так не работает. Последний Волк умер шестнадцать лет назад, и новому не может быть больше пятнадцати, ты лжешь… — она смотрит на него так, будто может видеть его насквозь.

— Черт, — говорит она вполголоса и потом громко восклицает: — черт побери!

Она отбрасывает от себя Хайда. Он ударяется о стол с презентациями.

— Это не ты. Как так получилось? Ты же идеальная кандидатура. Сильный, быстрый, вспыльчивый. Кроме того, обладаешь регенерацией. От ран почти не осталось и следа. Ты хоть представляешь, насколько редко такое встречается? Как ты можешь иметь всё это и не быть Волком?

— Мой секрет заключается в сбалансированном завтраке, — хрипло отвечает Хайд, держась рукой за горло. Отпечатки рук еще видны, но ожоги на руках почти исчезли. Сейчас я увидел его в новом свете. Святое дерьмо, да он практически Росомаха.

Мередит выходит из оцепенения и поворачивается ко мне.

— Ты знаешь, где он, — уверенно заявляет она. — Я видела его след на тебе возле библиотеки. Он где-то близко. Ты знаешь. Ты все это время защищал его.

Она хватает меня за рубашку. Начинает валить дым.

— Скажи мне, — шипит она сквозь зубы, — или я начну с не особо важных частей тела, и буду продолжать, пока ты не ответишь.

— Стоп, — кричит Камилла.

Я поворачиваюсь на голос. Дестин медленно пятится от Камиллы. Воздух вокруг нее, кажется, мерцает. Ее правая рука крепко сжата на браслете, словно она хватается за спасательный круг.

— Черт побери, — бормочет Мередит. — Всё это время, всё, что мне следовало…

Она хватает меня за голову и ударяет об стену, в полубессознательном состоянии я сползаю на пол.

— Не трогай моих друзей! — кричит Камилла. И не знаю, как такое возможно, возможно у меня галлюцинации, но, клянусь, браслет каплями железа стекает с ее руки на пол, образую настоящий железный меч.

Глаза Мередит расширяются и она пятится.

— Это не…

Камилла дрожащими руками поднимает меч. Ее левая рука там, где находился браслет, несколько бледнее остальной кожи и покрыта мелкими шрамами. Не думаю, что она даже заметила их. Мечом она указывает на Мередит.

— Предназначен для убийства бессмертных, — рычит она. — Проверим?

На ладони Мередит формируется огненный шар, она ухмыляется:

— Почему бы и нет?

Она бросает огненный шар, Камилла ловит его на меч, разрубывая. Дестин и я пригибаемся, уклоняясь от искр, но их не следует. Огонь исчезает, будто поглощенный мечем.

— Довольно удобно, — усмехается Мередит.

Камилла с криком делает выпад в ее сторону, от которого Мередит уклоняется. Меч задевает ее предплечье и падает несколько ядовитых капель крови, прожигающие пол. Мередит произносит проклятия, и вновь бросает огненные шары.

— Кто в здравом уме будет учить Волка драться на мечах?

Мередит целится Камилле в ногу, но она ловит огонь на меч. Молниеносное движение, и Мередит делает шаг, хватая Камиллу за руку с мечом.

Камилла кричит и роняет меч. Он скользит по лакированному полу тренажерного зала. Я инстинктивно тянусь к нему, в надежде поймать, но меч останавливает тот, кто подозрительно долго отсутствовал сегодня весь день.

Кей наклоняется и поднимает меч.

— Давай посмотрим, насколько ты будешь крута без него, — говорит Кей, ухмыляясь Камилле.

Я не могу поверить своим глазам, когда он вместе с мечом исчезает в густом почти дыме.

Даже Мередит выглядит сбитой с толку. Но быстро приходит в себя, и хватает Камиллу за кофту.

— Я всегда говорю, даренному коню в зубы не смотрят.

Пламя охватывает ее руки, с криком Камилла отталкивает ее, пламя опалило ее одежду и плечи. Она запаниковала и с невероятной скоростью выбежала из зала, сверкая своими золотистыми волосами. Мередит с проклятьем бросается вдогонку, с куда еще меньшей скоростью.

Тейлор спотыкается, входя в зал, он, побледнев, сжал в руке пергамент. Он идет по обугленным руинам, в центре которых стоим мы с Дестином. Интересно, мы действительно выглядим настолько ошеломляющими?

— Мередит, — произносит он.

Хайд поднимается на ноги, стряхивая с себя пепел.

— Жаль Тиг, — говорит он. — Теперь мы так и не проведем матч-реванш.

— Она не мертва! — кричу я на него.

Тейлор вздрагивает.

— Камилла? Где она?

— Они просто убежали, — отвечаю я. — И она потеряла меч, или браслет, чем бы оно не было…

— И Мередит знает, что она Волк, — мрачно произносит он, ругаясь.

— Вы можете что-нибудь сделать? — прошу я. — Разве вы не Поглощатель магии или что-то в этом роде. Закуйте ее в лед.

— Это не работает так, — протестует он, затем смотрит на бумагу, которую сжимает в руке. — Есть еще кое-что. Идемте, думаю, я знаю, куда она пошла.

Мы с Дестином спешим за ним.

— И что мне сказать Унимо? — кричит нам вслед Хайд, находясь посреди обугленной мебели и следами огненных ударов на стенах.

Джул, где бы ты ни находилась, пожалуйста, пусть с тобой будет всё в порядке.

Мы с Габриэлем стояли в саду перед зеркалом, сквозь ветви над нашими головами пробивался лунный свет.

— Я целую вечность не видел его, — сказал он, проводя пальцами по серебряному обрамлению зеркала. Его поверхность пошла рябью, становясь прозрачной и показывая каменные ступени. — Оно помнит меня, как мило, — он слегка улыбнулся, шагая сквозь зеркало в Башню.

Он оглянулся, когда я догнала его, оставляя сад позади каменной прохлады Башни. Я начала подниматься, но Габриэль так и остался неподвижным.

— Вы идете? — спросила я.

— Нет, то, что нам нужно находиться здесь, — сказал он, проводя рукой по железной стене у основания лестницы. От его прикосновения по всему металлу пошла легкая изморозь, и он отдернул руку, будто бы обжегшись.

— Я так и думал, — пробормотал он себе под нос. — Вот где твой выход, дорогая Джульетта. Открой дверь в подвал.

Я посмотрела на железный лист в двадцать футов по ширине и десять по высоте.

— Я… я не вижу никакой двери, — ответила я.

— Она здесь, милая. Закрой глаза и сосредоточься. Я знаю, ты можешь это сделать. Ты единственная, кто может.

Я закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться.

— Подумай про соединения и петли, — шептал Габриэль. — Представь их в воображении. Подумай о дверной ручке, открой дверь, перейди из этого места в другое.

— Как она выглядит? — спросила я.

— Это ты скажи мне.

Я сосредотачиваюсь, придумывая дверь. Ее план появился у меня в голове. Высокая, с нешироким проемом. Вместо ручки отвратительное скульптурное лицо из железа, хмурое, похожее на тролля, с большими угловатыми зубами и широкими немигающими глазами.

— Это не совсем обычная дверь, — пробормотала я. — Где ручка?

— Где же она? — спросил Габриэль.

Что-то в эго голосе заставило меня открыть глаза — передо мной появилась высокая дверь со статуей, смотрящей на меня.

Рефлекторно я сделала шаг назад.

— Здесь есть оружие?

— Железо — единственная вещь, которую я не могу разрушить, даже на пике своей силы. Они думали, я никогда не вернусь сюда. Теперь скажи мне, дорогая, как нам открыть ее?

Внезапно раздался металлический скрежет.

Я отскочила, когда чудовищное металлическое лицо пришло в движение, скрипящим голосом погремев на весь коридор:

— Я не открываюсь для людей, только для Гохея Кацуро.

— Удобно, — произнес Габриэль. — Это я. Так что открывайся.

— Ты говоришь правду, но в тоже время лжешь, — сказала скульптура металлическим голосом. — Ты Гохей Кацуро, но ты и не Гохей Кацуро.