I

Сойдет ли лед на Неве, прилетят ли чайки,Душа захлопает крыльями, клюв раскроет,Издаст буддийское «вья-кха» той самой птицыКоторая прилетит когда-то.Сойдет ли лед на Неве, прилетят ли чайки,Но пробужденный от смерти город знаетЧто все равно: прилетят, закричит, сойдет ли,Увидим ли мы и доживем ли.Оно прошло уже, жуткое время года,Когда, замерзнув во тьме, за душой стоялиКресты, руины, ледняк и любовный голод,А впереди то чума, то холод.

II

На глаза мои навернулись слезы,Грустные слезы печальной страсти,Страсти ни к чему. С теплого небаДует ветер.Прилетели чайки, а мне тоскливо,Сердце мое разболелось нынче,Ибо ночь пуста. Вязнет в каналеДом напротив.Масляна вода, а в душе дурманы,Как мои чувства, плывут бутылки,Рядом поворот. Вот и стемнело,Я не пьяный.На глаза мои навернулись слезы,Грустные слезы печальной страсти.

III

Прощай, Лесба, встретимся ли, не знаю,Ступай, блуждая дорогами своими кривыми,Иди и делай, чего ты сама захочешь,Я тебе не указчик.Пусть тебе выпадет все, что желала,Лоснящиеся тельцы, кудрявые бараны, —Любовь к животным я осуждать не смею,Ибо сам, увы, подпадаю.И если встретимся, то я тебя не узнаю,Переспрошу как зовут, сделаю скучну рожуИ вовсе не выдам, что по тебе страдаю;Может, встретимся завтра?..

IV

Вот, наступило прекрасное счастье.Прилетели птицы, хорошо идет пиво.Небеса отражают мое равнодушие.Тихий ветер. Словно дитя, повторяю я нотыНеприличной песенки печали, весеннейИ усталой печали. Повсюду спокойствие,Чайки, солнце.Это поток, уходящий в пространство,Отразил небесную лазурь: пролетелиПтицы, крылышками шелестя, и молчаниеЗамолчало.

V Псалом 1

1

Благослови Америку, Господь, оплот

Свободы, как никак. Вечерами выхожу я

На Фонтанку и, глядя вдаль, шепчу:

Благослови оплот прекрасный….

«Ты откроешь бутыль и пойдешь на Васильевский островДабы, сидя на крыше, грустя, но глотая напитокПотерять остаток души и последние мысли.Только так Я услышу твои псалмы и молитвы.Я люблю всех людей, но ты Мне внушаешь усталость,Потеряй остатки души, посмотри на природу,Выпей, выпей чуть-чуть, выпей самую малость.Тихий ветер шевелит власы, ты похож на пророка,Только жаль, что бутыль исчерпалась до срока.И бутылка пустая твоя не падает с крыши,Ветер тихо поет и крышу колышет.К небу жмутся дома и ты видишь, как выпуклы ниши,Вот и кончилась жизнь, и ты дышишь спокойней и тише.Подступает прекрасное счастье, все ближе и ближе.Исихия умолкла, сейчас Я тебя и услышу.

2

Глядя в улиц прожилки, изгибы, становишься камнем,Ибо, часть этих улиц, ты больше не вымолвишь слова.Никого, ничего тебе больше не надо:Ты ведь ждал равновесья к тому, что ты больше не нуженНичему и кому, — наконец оно наступило.В сей гармонии чудной пребудешь до самой смерти.И проси об одном: чтобы все, как есть, оставалось.Как наступит чума, ты поймешь, что она безразлична.Ты закуришь сейчас, из кармана достав, сигарету,Ты ведь часть этих улиц и дамба хранит от потопа,Ты уже утонул в душном ветре, спасенья не будет,Чайки в клюве несут шуруп твоего катафалкаИ сейчас завопят об этом дикие гусиИ Шаляпин в душе, наконец, пропоет „умираю“.Ибо ты готов уж пойти за новой бутылкойИ, прекрасный как ангел, спускаешься медленно с неба…Не ищи облегченья, такое здесь вряд ли возможно,Всюду толпы густые, их лица хранят выраженье,Я достану сейчас из кармана левиафанаИ погибнет твой город, и ты не уйдешь от расплаты.Впрочем, скоро сами наступят последние сроки.Не избегнуть душе одинокой людского разврата,Всюду толпы густеют, а возле храма футболаНаркоманы, нацисты, поклонники рок'н'ролла,Извращенцы, маньяки; проповедь здесь неуместна.Мы пойдем, Я и ты, по Большому проспекту,Ты уже про бутылку забыл, ничего нам не надо…Будь душой, как последний сикарий в Масаде.Возвращайся к Неве, и гляди — ИсаакийВ волнах ветра покоясь, подобен каменной фуге.И такой же в душе, в равнодушии теплого неба —В равновесии этом оно и приходит, счастье.Что несешь ты, гяур, ?„Алазани, Мартини, Агдами, Салютто —Все равно, лишь бы в глотку текло, проходили минуты“ —Алкоголик и бомж, вот и вся твоя цаца,Возвращайся домой, позабудь все на свете,Оставляю тебе равнодушие теплого неба,Но не жди Исаакия в теплой душе, не надейся.Мы похожи; потому-то, наверно, Мне скучно».