Стой, милая! Дай оправдаться мне,

Душа моя; любовь и жизнь, Елена!

Чудесно!

Милый, не шути над ней!

Ты не упросишь, — я его заставлю.

Ты не заставишь, ей — не упросить.

Здесь и угрозы и мольбы бессильны.

Клянусь я жизнью, что люблю Елену,

И жизнь отдам, чтоб доказать, что лжет,

Кто скажет, что Елену не люблю я!

А я клянусь, что я люблю сильней.

Ты докажи своим мечом мне это.

Идем — сейчас!

Лизандр, да что же это?

Прочь, эфиопка!37

Славно, сударь, славно!

Ха-ха! Он притворился, что взбешен,

А сам ни с места — смирный малый, право!

Прочь, кошка! Отцепись, оставь, репейник,

Не то тебя стряхну я, как змею!

Как груб со мной ты! Что за перемена?

Мой друг…

Твой друг? Прочь, — смуглая татарка!

Прочь, гадкое лекарство, прочь, микстура!

Ты шутишь?

Да, он шутит, как и ты.

Деметрий, слово я свое сдержу.

Не худо б нам условье подписать:

Тебя легко удерживает слабость.

Что ж, мне ее побить, убить? Ей боли

Не причиню я, как ни ненавижу.

Какая боль мне может быть ужасней,

Чем ненависть твоя? Ко мне? За что?

Иль я не Гермия? Ты не Лизандр?

Я так же хороша, как и была.

Ты в эту ночь еще меня любил.

Но в эту ночь меня ты и покинул.

Так ты меня покинул не шутя?

Какие шутки? Я ушел навек.

Оставь сомненья, просьбы и надежды

И знай вернее верного: тебя

Я ненавижу, а люблю Елену.

Так вот что! Ты — обманщица, ты — язва,

Воровка! Значит, ночью ты прокралась

И сердце у него украла?

Славно!

Нет у тебя ни робости, ни капли

Девичьего стыда; ты хочешь вызвать

Мой кроткий дух на резкие слова.

Стыдись, стыдись, ты, лицемерка, кукла!

Что? Кукла я? Ах, вот твоя игра!

Так ты наш рост сравнила перед ним

И похвалялась вышиной своей,

Своей фигурой, длинною фигурой…

Высоким ростом ты его пленила

И выросла во мнении его

Лишь потому, что ростом я мала?

Как, я мала, раскрашенная жердь?38

Как, я мала? Не так уж я мала,

Чтоб не достать до глаз твоих ногтями!

(Деметрию и Лизандру)

Хоть вы смеетесь надо мной, у вас же

Прошу защиты: так меня никто

Не проклинал! На брань не мастерица,

Я робости девической полна.

Она меня побьет! Хотя она

И ниже ростом, я не справлюсь с нею.

Пониже ростом! Слышите, опять!

Но, Гермия, не надо так сердиться.

Тебя всегда я, милая, любила,

Я слушалась тебя, не обижала.

Одно лишь — что, Деметрия любя,

Ваш план ему открыла. Он за вами

Отправился; я из любви — за ним.

Но он меня прогнал и угрожал

Меня ударить, да, прибить, убить.

Пустите же меня: вернусь в Афины

С своим безумьем и за вами больше

Я следовать не буду. Отпустите!

Ты видишь, как проста я и кротка.

Ступай же прочь! Да кто тебя здесь держит?

То сердце глупое, что здесь оставлю.

С Лизандром?

Нет, с Деметрием.

(Елене)

Не бойся,

Она тебя и тронуть не посмеет.

О да, хотя б и ты ей помогал.

Но Гермия страшна бывает в гневе;

Она была уже и в школе злючкой,

Хоть и мала, неистова и зла.

Опять «мала»! И все о малом росте!

Зачем вы ей даете издеваться?

Пустите к ней!

Прочь, карлица, пигмейка,

Зачатая на спорынье!39 Прочь, желудь!

Прочь, бусинка!

Ты чересчур услужлив

Для тех, кто у тебя услуг не просит.

Оставь! Не смей Елену защищать

И о любви с ней говорить не смей,

Не то раскаешься!

А, я свободен!

Иди ж за мной, коль смеешь, чтоб решить,

Кто больше прав имеет на Елену.

Я — за тобой? Ну нет, пойдем мы вместе.

Лизандр и Деметрий уходят.

Ну, милая, из-за тебя все это!…

Куда ты? Стой!