На картину Рембрандта

Ты понимал, о мрачный гений,Тот грустный безотчетный сон,Порыв страстей и вдохновений,Всё то, чем удивил Байрон.Я вижу лик полуоткрытыйОзначен резкою чертой;То не беглец ли знаменитыйВ одежде инока святой?Быть может, тайным преступленьемВысокий ум его убит;Всё темно вкруг: тоской, сомненьемНадменный взгляд его горит.Быть может, ты писал с природы,И этот лик не идеал!Или в страдальческие годыТы сам себя изображал?Но никогда великой тайныХолодный не проникнет взор,И этот труд необычайныйБездушным будет злой укор.

К *** (О, полно извинять разврат!..)

О, полно извинять разврат!Ужель злодеям щит порфира?Пусть их глупцы боготворят,Пусть им звучит другая лира;Но ты остановись, певец,Златой венец не твой венец.Изгнаньем из страны роднойХвались повсюду как свободой;Высокой мыслью и душойТы рано одарен природой;Ты видел зло и перед зломТы гордым не поник челом.Ты пел о вольности, когдаТиран гремел, грозили казни;Боясь лишь вечного судаИ чуждый на земле боязни,Ты пел, и в этом есть краюОдин, кто понял песнь твою.

Прощанье

Прости, прости!О сколько мукПроизвестиСей может звук.В далекий крайУносишь тыМой ад, мой рай,Мои мечты.Твоя рукаОт уст моихТак далека,О лишь на миг,Прошу, придиИ оживиВ моей грудиОгонь любви.Я здесь больной,Один, один,С моей тоской,Как властелин.Разлуку яПереживу ль,И ждать тебяНазад могу ль?Пусть я прижмуУста к тебеИ так умруНа зло судьбе. Что за нужда?Прощанья часПускай тогдаЗастанет нас!

К приятелю

Мои друг, не плачь перед разлукойИ преждевременною мукойМладое сердце не тревожь,Ты сам же после осмеешьТоску любови легковерной,Которая закралась в грудь.Что раз потеряно, то, верно,Вернется к нам когда-нибудь.Но невиновен рок бывает,Что чувство в нас неглубоко,Что наше сердце изменяетНадеждам прежним так легко,Что, получив опять предметы,Недавно взятые судьбой,He узнаём мы их приметы,Не прельщены их красотой;И даже прежнему пристрастьюНе верим слабою душой,И даже то относим к счастью,Что нам казалося бедой.

Смерть

Оборвана цепь жизни молодой,Окончен путь, бил час, пора домой,Пора туда, где будущего нет,Ни прошлого, ни вечности, ни лет;Где нет ни ожиданий, ни страстей,Ни горьких слез, ни славы, ни честей.Где вспоминанье спит глубоким сном,И сердце в тесном доме гробовомНе чувствует, что червь его грызет.Пора. Устал я от земных забот.Ужель бездушных удовольствий шум,Ужели пытки бесполезных дум,Ужель самолюбивая толпа,Которая от мудрости глупа,Ужели дев коварная любовьПрельстят меня перед кончиной вновь?Ужели захочу я жить опять,Чтобы душой по-прежнему страдатьИ столько же любить? Всесильный богТы знал: я долее терпеть не мог;Пускай меня обхватит целый ад,Пусть буду мучиться, я рад, я рад,Хотя бы вдвое против прошлых дней,Но только дальше, дальше от людей.

Волны и люди

Волны катятся одна за другоюС плеском и шумом глухим;Люди проходят ничтожной толпоюТакже один за другим.Волнам их воля и холод дорожеЗнойных полудня лучей;Люди хотят иметь души… и что же? —Души в них волн холодней!

Звуки

Что за звуки! неподвижен внемлюСладким звукам я;Забываю вечность, небо, землю,Самого себя.Всемогущий! что за звуки! жадноСердце ловит их,Как в пустыне путник безотраднойКаплю вод живых!И в душе опять они рождаютСны веселых летИ в одежду жизни одеваютВсё, чего уж нет.Принимают образ эти звуки,Образ милый мне;Мнится, слышу тихий плач разлуки,И душа в огне.И опять безумно упиваюсьЯдом прежних дней,И опять я в мыслях полагаюсьНа слова людей.

11 июля

Между лиловых облаковОднажды вечера светилоЗа снежной цепию холмов,Краснея ярко, заходило,И возле девы молодой,Последним блеском озаренной,Стоял я бледный, чуть живой,И с головы ее бесценнойМоих очей я не сводил.Как долго это я мгновеньеВ туманной памяти хранил.Ужель всё было сновиденье:И ложе девы, и окно,И трепет милых уст, и взгляды,В которых мне запрещеноСудьбой искать себе отрады?Нет, только счастье ослепитьУмеет мысли и желанья,И сном никак не может бытьВсё, в чем хоть искра есть страданья!