{Неизвестный автор }

Недаром говорят,Что бренный этот мир —Непрочная такая вещь, пустая!Вот и луна, сияющая здесь,—То малая она, то вновь она большая!

443

Плач, сложенный судебным чиновником Отомо Минака, когда в первом году Тэмпё [729] повесился Хасэцукабэ Тацумаро, писец, ведавший учетом земельных наделов в провинции Сэтцу

В дальней, чуждой сторонеТам, где облака небес стелятся внизу,Храбрым воиномОн слыл,И родителям своим,Детям и жене своейГоворил он, уходя:“При дворе богов земли,Что правление вершат,Стоя стражемУ дворца,Службу во дворце неся,Как жемчужный длинный плющПростирается меж скал,Так же долго буду яСлаву предков продолжатьИ хранить ее всегда!”И со дня, когда ушелОт родных он в дальний путь,Мать, вскормившая его,Ставит пред собой всегдаСо святым вином сосуд,И в одной руке онаДержит волокна пучки,И в другой руке онаТкани на алтарь несет.“Пусть спокойно будет все,И счастливым будет он!” —С жаркою мольбой онаОбращается к богамНеба и земли.О, когда наступит год,Месяц, тот желанный день,И любимый ею сын,Сын, сверкающий красойЦуцудзи цветов,Птицей ниодори вдругИз воды всплывет? —— Думу думает она…А ее любимый сын,Тот, которого она,И вставая, и ложась,Тщетно ждет к себе домой,Государя волю чтяИ приказу покорясь,В дальней Нанива- стране,Что сверкает блеском волн,Годы целые провелНовояшмовые он.Белотканых рукавовОн от слез не просушил,Поутру и ввечеруЗанят службою он был.Как же все случилось так,Как задумал это он?Бренный мир, что человекТак жалеет оставлять,Он оставил и исчез,Словно иней иль роса,Не дождавшись до конца срока своего…

444-445

Каэси-ута

444

О, ведь вчерашний деньТы был еще здесь с нами!И вот внезапно облаком плывешьНад той прибрежною соснойВ небесной дали…

445

О милый друг, что нас навек покинул,И ветки яшмовойС приветом не приславСвоей возлюбленной — жене любимой,Что все ждала, когда-то ты придешь?

446-450

Пять песен, сложенных генерал-губернатором Дадзайфу, царедворцем Отомо [Табито] зимой второго года Тэмпё [730] в двенадцатом месяце по пути в столицу

446

Это дерево муро, любовалась которымМоя милаяВ бухте прославленной Томо,Будет вечно цвести.Только милой той нету…

447

Каждый раз, как взгляну яНа дерево муроНа брегу каменистом над бухтою Томо,— Ах, смогу ли забыть о жене я любимой,С которой когда-то любовались им вместе?

448

Ах, если б спросил, где она, что когда-тоЛюбовалась тобою,О дерево муро!Ты, пустившее корни на брегу каменистом,Мне смогло бы ответить, где любимая ныне?..

449

Когда я увидел,Домой возвращаясь,Дивный мыс Минумэ,Где мы были с любимой,Сразу хлынули слезы горячим потоком!

450

Когда проплывал я один мимо мыса,Которым вдвоем любовался с любимой,Что вместе со мноюБыла здесь когда-то,—Тяжко стало на сердце!

451-453

Три песни, сложенные по возвращении на родину, когда [Табито] вошел в свой дом

451

Мой дом опустевший, где нету любимой!Как ныне мне тяжко,Куда тяжелее,Чем в пути,Где трава мне была изголовьем!

452

В том саду, что вдвоемМы сажали когда-тоС любимою вместе,Поднялись так высоко,Разветвились деревья!

453

Каждый раз, как смотрю я на дерево сливы,Что посажено былоМоею любимой,Сердце горестью полно,Льются слезы потоком!

454-459

Шесть песен, сложенных осенью третьего года Тэмпё [731] в седьмом месяце, когда скончался первый советник двора царедворец Отомо Табито Песни, сложенные {Кон Мёгуном}

454

О, если б ты, сверкавший славой,Любимый мной,На этом свете жил —И ныне, и вчера, наверно,Меня бы звал к себе, — теперь не позовешь…

455

Увы, лишь такНа свете и бывает…О ты, что спрашивал меня в последний час:“Не расцвели ль цветыОсенних хаги?”

456

Тоскую о тебе —Нет тяжелей печали!И, как журавль средь тростников,Лишь плачу в голос яИ днями, и ночами…