Мания

Из царских дверей выхожу.Молитва в лазурных очах.По красным ступеням схожусо светочем в голых руках.Я знаю безумии напор.Больной, истеричный мой вид,тоскующий взор,смертельная бледность ланит.Безумные грезы своилелеете с дикой любовью,взглянув на одежды мои,залитые кровью.Поете: «Гряди же, гряди».Я грустно вздыхаю,бескровные руки моина всех возлагаю.Ну, мальчики, с Богом,несите зажженные свечи!..Пусть рогомнарод созывают для встречи.Ну что ж – на закате холодного дняцелуйте мои онемевшие руки.Ведите меняна крестные муки.

Август 1903

Серебряный Колодезь

Забота

1

Весь день не стихала работа.Свозили пшеницу и рожь.Безумная в сердце заботабросала то в холод, то в дрожь.Опять с несказанным волненьемя ждал появленья Христа.Всю жизнь меня жгла нетерпеньемстаринная эта мечта.Недавно мне тайно сказали,что скоро вернется Христос…Телеги, скрипя, подъезжали…Поспешно свозили овес.С гумна возвращался я к дому,смотря равнодушно на них,грызя золотую солому,духовный цитируя стих.

2

Сегодня раздался вдруг зов,когда я молился, тоскуя,средь влажных, вечерних лугов:«Холодною ночью приду я…»Всё было в дому зажжено…Мы в польтах осенних сидели.Друзья отворили окно…Поспешно калоши надели.Смарагдовым светом лунавдали озаряла избушки.Призывно раздался с гумнанастойчивый стук колотушки.«Какие-то люди прошли», —сказал нам пришедший рабочий.И вот с фонарями пошли,воздевши таинственно очи.Мы вышли на холод ночной.Луна покраснела над степью. К нам пес обозленный, цепнойкидался, звеня своей цепью.Бледнели в руках фонари…Никто нам в ночи не ответил…Кровавую ленту заривстречал пробудившийся петел.

1903

Серебряный Колодезь

Блоку

1

Один, один средь гор. Ищу Тебя.В холодных облаках бреду бесцельно.Душа мояскорбит смертельно.Вонзивши жезл, стою на высоте.Хоть и смеюсь, а на душе так больно.Смеюсь мечтесвоей невольно.О, как тяжел венец мой золотой!Как я устал!.. Но даль пылает.Во тьме ночноймой рог взывает.Я был меж вас. Луч солнца золотилпричудливые тучи в яркой дали.Я вас будил,но вы дремали.Я был меж вас печально-неземной.Мои слова повсюду раздавались.И надо мнойвы все смеялись.И я ушел. И я среди вершин.Один, один. Жду знамений нежданных.Один, одинсредь бурь туманных.Всё как в огне. И жду, и жду Тебя.И руку простираю вновь бесцельно.Душа мояскорбит смертельно.

Сентябрь 1901

Москва

2

Из-за дальних вершинпоказался жених озаренный.И стоял он один,высоко над землей вознесенный.Извещалось не разо приходе владыки земного.И в предутренний часзапылали пророчества снова.И лишь света потокнад горами вознесся сквозь тучи,он стоял, как пророк,в багрянице, свободный, могучий.Вот идет. И венецотражает зари свет пунцовый.Се – венчанный телец,основатель и Бог жизни новой.

Май 1901

Москва

3

Суждено мне молчать.Для чего говорить?Не забуду страдать.Не устану любить.Нас зовутбез конца…Нам пора…Багряницу несути четыре колючих венца.Весь в огнеи любвимой предсмертный, блуждающий взор.О, приблизься ко мне —распростертый, в крови,я лежу у подножия гор.Зашатался над пропастью яи в долину упал, где поет ручеек.Тяжкий камень, свистя,неожиданно сбил меня с ног —тяжкий камень, свистя,размозжил мне висок.Среди ландышей я —зазиявший, кровавый цветок.Не колышется больше от муквдруг застывшая грудь.Не оставь меня, друг,не забудь!..