31 октября 1909

Двойник

Однажды в октябрьском туманеЯ брел, вспоминая напев.(О, миг непродажных лобзаний!О, ласки некупленных дев!)И вот – в непроглядном туманеВозник позабытый напев.И стала мне молодость сниться,И ты, как живая, и ты...И стал я мечтой уноситьсяОт ветра, дождя, темноты...(Так ранняя молодость снится.А ты-то, вернешься ли ты?)Вдруг вижу – из ночи туманной,Шатаясь, подходит ко мнеСтареющий юноша (странно,Не снился ли мне он во сне?),Выходит из ночи туманнойИ прямо подходит ко мне.И шепчет: «Устал я шататься,Промозглым туманом дышать,В чужих зеркалах отражатьсяИ женщин чужих целовать...»И стало мне странным казаться,Что я его встречу опять...Вдруг – он улыбнулся нахально, —И нет близ меня никого...Знаком этот образ печальный,И где-то я видел его...Быть может, себя самогоЯ встретил на глади зеркальной?

Октябрь 1909 (26 августа 1914)

«Поздней осенью из гавани…»

Поздней осенью из гаваниОт заметенной снегом землиВ предназначенное плаваньеИдут тяжелые корабли.В черном небе означаетсяНад водой подъемный кран,И один фонарь качаетсяНа оснежённом берегу.И матрос, на борт не принятый,Идет, шатаясь, сквозь буран.Всё потеряно, всё выпито!Довольно – больше не могу...А берег опустелой гаваниУж первый легкий снег занес...В самом чистом, в самом нежном саванеСладко ли спать тебе, матрос?

14 ноября 1909

На островах

Вновь оснежённые колонны,Елагин мост и два огня.И голос женщины влюбленный.И хруст песка и храп коня.Две тени, слитых в поцелуе,Летят у полости саней.Но не таясь и не ревнуя,Я с этой новой – с пленной – с ней.Да, есть печальная усладаВ том, что любовь пройдет, как снег.О, разве, разве клясться надоВ старинной верности навек?Нет, я не первую ласкаюИ в строгой четкости моей Уже в покорность не играюИ царств не требую у ней.Нет, с постоянством геометраЯ числю каждый раз без словМосты, часовню, резкость ветра,Безлюдность низких островов.Я чту обряд: легко заправитьМедвежью полость на лету,И, тонкий стан обняв, лукавить,И мчаться в снег и темноту,И помнить узкие ботинки,Влюбляясь в хладные меха...Ведь грудь моя на поединкеНе встретит шпаги жениха...Ведь со свечой в тревоге давнейЕе не ждет у двери мать...Ведь бедный муж за плотной ставнейЕе не станет ревновать...Чем ночь прошедшая сияла,Чем настоящая зовет,Всё только – продолженье бала,Из света в сумрак переход...

22 ноября 1909

Сусальный ангел

На разукрашенную елкуИ на играющих детейСусальный ангел смотрит в щелкуЗакрытых наглухо дверей.А няня топит печку в детской,Огонь трещит, горит светло...Но ангел тает. Он – немецкий.Ему не больно и тепло.Сначала тают крылья крошки,Головка падает назад,Сломались сахарные ножкиИ в сладкой лужице лежат...Потом и лужица засохла.Хозяйка ищет – нет его...А няня старая оглохла,Ворчит, не помнит ничего...Ломайтесь, тайте и умрите,Созданья хрупкие мечты,Под ярким пламенем событий,Под гул житейской суеты!Так! Погибайте! Что в вас толку?Пускай лишь раз, былым дыша,О вас поплачет втихомолкуШалунья девочка – душа...

25 ноября 1909 (1911)

«Как из сумрачной гавани…»

Как из сумрачной гавани,От родимой землиВ кругосветное плаваньеОтошли корабли, —Так и вы, моиЗолотые года —В невозвратноеОтошли навсегда.

Ноябрь (?) 1909