В низовьях

Илистых плавней желтый янтарь,Блеск чернозема.Жители чинят снасть, инвентарь,Лодки, паромы.В этих низовьях ночи восторг,Светлые зори.Пеной по отмели шорх-шорхЧерное море.Птица в болотах, по рекам налим,Уймища раков.В том направлении берегом крым,В этом Очаков.За николаевом к низу лиман.Вдоль поднебесьяСтепью на запад зыбь и туман.Это к Одессе.Было ли это? Какой это стиль?Где эти годы?Можно ль вернуть эту жизнь, эту быль,Эту свободу?Ах, как скучает по пахоте плуг,Пашня по плугу,Море по Бугу, по северу юг,Все друг по другу!Миг долгожданный уже на виду,За поворотом.Дали предчувствуют. В этом годуСлово за флотом.Ожившая фрескаКак прежде, падали снаряды.Высокое, как в дальнем плаваньи,Ночное небо СталинградаКачалось в штукатурном саване.Земля гудела, как молебенОб отвращеньи бомбы воющей,Кадильницею дым и щебеньВыбрасывая из побоища.Когда урывками, меж схваток,Он под огнем своих проведывал,Необъяснимый отпечатокПривычности его преследовал.Где мог он видеть этот ежикДомов с бездонными проломами?Свидетельства былых бомбежекКазались сказочно знакомыми.Что означала в черной рамеЧетырехпалая отметина?Кого напоминало пламяИ выломанные паркетины?И вдруг он вспомнил детство, детство,И монастырский сад, и грешников,И с общиною по соседствуСвист соловьев и пересмешников.Он мать сжимал рукой сыновней.И от копья архистратига лиПо темной росписи часовни В такие ямы черти прыгали.И мальчик облекался в латы,За мать в воображеньи ратуя,И налетал на супостатаС такой же свастикой хвостатою.А рядом в конном поединкеСиял над змеем лик Георгия.И на пруду цвели кувшинки,И птиц безумствовали оргии.И родина, как голос пущи,Как зов в лесу и грохот отзыва,Манила музыкой зовущейИ пахла почкою березовой.О, как он вспомнил те полянкиТеперь, когда своей погонеюОн топчет вражеские танкиС их грозной чешуей драконьею!Он перешел земли границы,И будущность, как ширь небесная,Уже бушует, а не снится,Приблизившаяся, чудесная.

Победитель

Вы помните еще ту сухость в горле,Когда, бряцая голой силой зла,Навстречу нам горланили и перлиИ осень шагом испытаний шла?Но правота была такой оградой,Которой уступал любой доспех.Все воплотила участь Ленинграда.Стеной стоял он на глазах у всех.И вот пришло заветное мгновенье:Он разорвал осадное кольцо.И целый мир, столпившись в отдаленьи,В восторге смотрит на его лицо.Как он велик! Какой бессмертный жребий!Как входит в цепь легенд его звено!Все, что возможно на земле и небе,Им вынесено и совершено.ВеснаВсе нынешней весной особое.Живее воробьев шумиха.Я даже выразить не пробую,Как на душе светло и тихо.Иначе думается, пишется,И громкою октавой в хореЗемной могучий голос слышитсяОсвобожденных территорий.Весеннее дыханье родиныСмывает след зимы с пространстваИ черные от слез обводиныС заплаканных очей славянства.Везде трава готова вылезти,И улицы старинной ПрагиМолчат, одна другой извилистей,Но заиграют, как овраги.Сказанья Чехии, МоравииИ Сербии с весенней негой,Сорвавши пелену бесправия,Цветами выйдут из-под снега.Все дымкой сказочной подернется,Подобно завиткам по стенамВ боярской золоченой горницеИ на Василии Блаженном.Мечтателю и полуночникуМосква милей всего на свете.Он дома, у первоисточникаВсего, чем будет цвесть столетье.