На ранних поездах

(1936 – 1944)

Художник

1

Мне по душе строптивый норовАртиста в силе: он отвыкОт фраз, и прячется от взоров,И собственных стыдится книг.Но всем известен этот облик.Он миг для пряток прозевал.Назад не повернуть оглобли,Хотя б и затаясь в подвал.Судьбы под землю не заямить.Как быть? Неясная сперва,При жизни переходит в памятьЕго признавшая молва.Но кто ж он? На какой аренеСтяжал он поздний опыт свой?С кем протекли его боренья?С самим собой, с самим собой.Как поселенье на гольфштреме,Он создан весь земным теплом.В его залив вкатило времяВсе, что ушло за волнолом.Он жаждал воли и покоя,А годы шли примерно так,Как облака над мастерскою,Где горбился его верстак.

2

Как-то в сумерки ТифлисаЯ зимой занес стопу.Пресловутую теплицуЛихорадило в гриппу.Рысью разбегались листья.По пятам, как сенбернар,Прыгал ветер в желтом плисеОголившихся чинар.Постепенно все грубело.Север, черный лежебок,Вешал ветку изабеллыПеред входом в погребок.Быстро таял день короткий,Кротко шел в щепотку снег.От его сырой щекоткиРазбирал не к месту смех.Я люблю их, грешным делом,Стаи хлопьев, холод губ,Шапки, шубы, дым из труб.Я люблю перед бураномПрисмеревшие дворы,Присмиревшие дворы,Нашалившей детворы,И летящих туч обрывки,И снежинок канитель,И щипцами для завивкиИх крутящую метель.Но впервые здесь на югеСредь порхания пургиЯ увидел в кольцах вьюгиУгли вольтовой дуги.Ах, с какой тоской звериной,Трепеща, как стеарин,Озаряли мандариныКрасным воском лед витрин!Как на родине миньоныС гетевским: «Dahin!», «Dahin!»,[11] Полыхали лампионыСубтропических долин.И тогда с коробкой шляпной,Как модистка синема,Настигала нас внезапноНастоящая зима.Нас отбрасывала в детствоБелокурая копнаВ черном котике кокетстваИ почти из полусна.

3

Скромный дом, но рюмка ромуИ набросков черный грог,И взамен камор хоромы,И на чердаке чертог.От шагов и волн капотаИ расспросов ни следа.В зарешеченном работойСводе воздуха слюда.Голос, властный, как полюдье,Плавит все наперечет.В горловой его полудеЛожек олово течет.Что ему почет и слава,Место в мире и молваВ миг, когда дыханьем сплаваВ слово сплочены слова?Он на это мебель стопит,Дружбу, разум, совесть, быт.На столе стакан не допит,Век не дожит, свет забыт.Слитки рифм, как воск гадальный,Каждый миг меняют вид.От детей дыханье в спальнойПаром их благословит.

4

Он встает. Века, гелаты.Где-то факелы горят.Кто провел за ним в палату Островерхих шапок ряд?И еще века. Другие.Те, что после будут. Те,В уши чьи, пока тугие,Шепчет он в своей мечте.Этого хоть захлебнись.Время пощадит мой почеркОт критических скребниц.Разве въезд в эпоху заперт?Пусть он крепость, пусть и храм,Въеду на коне на паперть,Лошадь осажу к дверям.Не гусляр и не балакирь,Лошадь взвил я на дыбы,Чтоб тебя, военный лагерь,Увидать с высот судьбы.И, едва поводья тронув,Порываюсь наугадВ широту твоих прогонов,Что еще во тьме лежат.Как гроза, в пути объемляЖизнь и случай, смерть и страсть,Ты пройдешь умы и земли,Чтоб преданьем в вечность впасть.Твой поход изменит местность.Под чугун твоих подков,Размывая бессловесность,Хлынут волны языков.Крыши городов дорогой,Каждой хижины крыльцо,Каждый тополь у порогаБудут знать тебя в лицо.Безвременно умершемуНемые индивиды,И небо, как в степи.Не кайся, не завидуй,Покойся с миром, спи.Как прусской пушке бертеНе по зубам Париж,Ты не узнаешь смерти,Хоть через час сгоришь.Эпохи революцийВозобновляют жизньНарода, где стрясутся,В громах других отчизн.Страницы века громчеОтдельных правд и кривд.Мы этой книги кормчейПростой уставный шрифт.Затем-то мы и тянем,Что до скончанья днейИдем вторым изданьем,Душой и телом в ней.Но тут нас не оставят.Лет через пятьдесят,Как ветка пустит паветвь,Найдут и воскресят.Побег не обезлиствел,Зарубка зарастет.Так вот в самоубийстве льСпасенье и исход?Деревьев первый инейУбористым сучьемВчерне твоей кончинеДостойно посвящен.Кривые ветки ольшинКак реквием в стихах.И это все; и большеНе скажешь впопыхах.Теперь темнеет рано,Но конный небосводС пяти несет охрануОкраин, рощ и вод.Из комнаты с венкамиВечерний виден дворИ выезд звезд верхамиВ сторожевой дозор.Прощай. Нас всех рассудитНевинность новичка.Покойся. Спи. Да будетЗемля тебе легка.

11

"туда!", "Туда!" (Нем.)