В те времена жесткого противостояния с враждебным западным миром страна ждала создания любых супертехнологий любой ценой, лишь бы удержать первенство в гонке идеологических систем. На самом верху была поставлена задача превратить открытие в оружие, инструмент борьбы. За лакомый кусок началась борьба в научном мире, и только протекция высокопоставленного друга детства помогла Смирнову возглавить столь ответственное дело. Поначалу Смирновым двигал чисто карьерный интерес, но вскоре он, неожиданно для себя, увлекся по-настоящему.

Поиск путей управления «творческой» энергией оказался дорогой по замкнутому кругу. Чего только ни делали с «подопытными» художниками, писателями и композиторами. Применяли различное облучение, использовали психотропные средства, специальные диеты, гипноз… Результат был один – отсутствие результата. У каждого из «творческих» процесс вдохновения был сугубо индивидуален и не поддавался искусственному стимулированию по времени и месту. Вдохновение «приходило» когда хотело, причем у одного творца его могли вызвать грусть и депрессия, у другого – похмелье, третий черпал его из сидения часами на скамейке в парке. От самих творцов Смирнов слышал одно: «божья искра», «божественное вдохновение» и тому подобное. «Может и так, только как заставить вдохновение приходить и работать когда надо?!» – ломал голову профессор.

Он взял паузу: прекратил эксперименты и переключил внимание на архивы. Непонятное чувство манило его к ним, только не к тем, которыми занималась специальная группа экспертов. Смирновым завладела идея найти что-нибудь, связанное с «божественным озарением».

Новые группы испытуемых участвовали в новых видах экспериментов, но без толку – результат по-прежнему равнялся нулю. Профессор совсем уж отчаялся, но… однажды наткнулся в секретных архивах царской охранки на дело «О молитвах поэтов», по которому под подозрение попала группа студентов – членов поэтического кружка. Молодые поэты убеждали своих многочисленных друзей-студентов, что нашли несколько молитв, чтение которых открывает вдохновение необычайной силы – «божественное вдохновение». Сыскарям тех времен показалось, что на самом деле у студентов на уме революционные подрывные идеи, умело замаскированные под религиозные дискуссии. Но громкое дело развалилось: студенты на самом деле читали молитвы. Причем некоторые описывали невероятные ощущения от снисходящего на них вдохновения, и сами стихи получались фантастически красивыми.

К немалому своему разочарованию, Смирнов не нашел ни текст молитв, ни настоящих имен студентов, наделенных в материалах дела псевдонимами. Ученый решил попробовать копнуть эту бесперспективную тему глубже.

Он потратил еще несколько месяцев на кропотливые поиски и беседы со священнослужителями. Его принимали очень настороженно – религия при советском строе находилась далеко не в фаворе. Только когда Смирнов вошел в доверие по-настоящему, священники подтвердили, что подобные молитвы существуют и они действенны, но требуют истинной веры и усердия. И потому не каждому церковному деятелю удается добиться озарения даже при истовом чтении этих молитв.

Смирнов, как светский советский ученый и атеист, в подобные вещи не верил, но решил попробовать сам. Тайно крестился и углубился в изучение основ религии. Он начал читать эти молитвы, и вскоре стал ощущать в себе… веру. Это чувство было хрупким, сознание словно раскалывалось от противостояния веры и неверия. Через некоторое время он почти отчаялся и потерял надежду, но однажды многократное чтение молитвы позволило… увидеть Бога. Или Смирнову показалось, что он увидел. Но впечатление невероятной силы настолько подействовало на ученого, что он приходил в себя несколько дней.

Смирнов был потрясен: все произошло без участия инструментов официальной науки, на основе того, что официально считалось несуществующим и даже вредным. Смирнов решил убедиться, что все-таки ему не показалось. Он привлек к опытам новую группу из нескольких художников и киносценаристов, щедро оплатив из бюджета исследований их недоуменное участие в странном «научном» эксперименте. К слову, Смирнову удалось подобрать группу из тех, кто скрывал от посторонних, что не является атеистом. Результат оказался фантастическим! Смирнов уже знал, что всем талантливым людям тысячелетия открывается божественное вдохновение и озарение и без молитвы, и большинство творцов просто не осознают этого. Но те, кто истинно веруют и используют эти молитвы, становятся сто крат сильнее самых талантливых.

И здесь пришел черед испытанию духа. Каким-то немыслимым образом вышестоящему руководству просочилась информация о том, что Смирнов делает успехи. Высокая комиссия потребовала скорого подробного доклада.

Смирнов пришел в ужас! Профессор к тому времени убедился – этими молитвами не мог воспользоваться человек с плохими намерениями. Чтение молитвы такими людьми просто не привело бы к какому-то результату, Бог бы не открыл знание. Пугало другое. Само предположение, что Бог существует, подтвержденное научными опытами, могло стать ударом непонятной силы по всей советской системе. Смирнов испугался, что даже если его просто посчитают сумасшедшим, то в религии могут увидеть опасного врага, и начнутся новые жестокие репрессии. Все это кончится еще хуже для страны и для ее народа, потому что человек против высшей силы – лишь «зарвавшийся» ничтожный организм. И профессор принял самое важное решение в жизни – он решил уничтожить все плоды своей работы. Это был риск, но Смирнов пошел на него с легким сердцем. Знакомый гипнотизер из спецслужб за огромные по тем временам деньги, выплаченные на самом деле Смирновым из своего кармана, согласился стереть память об экспериментах всем сотрудникам лаборатории и испытуемым творческим людям. Поверил гипнотизер, что все это санкционировано официально, или нет, было уже неважно. Все равно его никто не вспомнит! Наконец люди были «обработаны», и пришел черед гореть лаборатории.

Бывший ученый был признан душевнобольным и помещен в спецлечебницу, затем бежал оттуда… Высшая сила не дала погибнуть во время скитаний, и, наконец, он нашел приют сначала в одном, затем другом монастыре. За много лет Смирнов развил свою духовную практику и сделал новые открытия.

Например, о том, что творчество и сам творец могли нести в себе и отрицательный заряд или помысел, идущий не от Бога. Более того, оказалось, что в каждом творческом человеке может открываться и дьявольское озарение, и этому испытанию душа подвергается постоянно.

Однажды Смирнов узнал, зачем ему в свое время открылось знание: именно ему предстояло найти тех, кто встанет на путь спасения мира. Через много лет, когда развалился Советский Союз, ведомый верой, он нашел своего любимого племянника, талантливого молодого человека, и передал ему то самое знание. Племянник, потрясенный подробностями произошедшего, согласился нести бремя знания только в компании надежных друзей. Племянник и организовал якобы случайную поездку своих приятелей в монастырь.

После общения со стариком, потрясенные тем, что узнали, молодые люди заключили между собой невероятный ОСОБЫЙ КОНТРАКТ.

В безумной гонке потребления и при тотальном господстве штампов массовой культуры человечество потеряло себя. Как сказал один современник, «эстетика победила этику!». Люди все больше хотели «красиво», а в «красиво» оказывалось все меньше души. В победившем гламуре не было актуальных проблем человечества: моральных, экологических, социальных и многих других. Болезнь стрессового потребления все быстрее подъедала запасы организма цивилизации. У современного человека почти не осталось желаний, кроме как покупать, покупать, покупать. Новое, новое, новое…

Остановить гонку потребления могла или гибель цивилизации или равная ей всевозрождающая сила – истинная вера. Вернуть веру в Бога стало целью молодых людей. Пятерке талантливых креаторов виделся единственный путь исполнения цели: утвердить в глобальном масштабе новое мировоззрение, направленное на гармонию в мире и сохранение цивилизации.