Аврам великодушно предоставил Лоту право выбора, и тот, не задумываясь, воспользовался им. Ему приглянулась долина на южном побережье Мертвого моря, где было много пастбищ, и он поселился в Содоме, хотя жители этого города славились своей нечестивостью.

Аврам же поселился в долине Мамре, близ Хеврона. Там в тени дубрав он раскинул шатры и воздвиг господу новый жертвенник. Однажды к Авраму прибежал гонец с грозной вестью. В зеленой долине на южном побережье Мертвого моря, где Лот расположился со своими стадами, находились кроме Содома и Гоморры еще три города. Их правители были в порабощении у царя еламского и двенадцать лет покорно платили ему дань, а на тринадцатый год возмутились. Тогда царь еламский заключил союз с тремя другими царями на Евфрате, вместе с ними пошел войной против бунтовщиков и нанес им страшное поражение. Правители Содома и Гоморры погибли в бою, остальные бежали в горы. Победители с огромной добычей и множеством пленных уже возвращались к себе на родину. В числе других угнали Лота с семьей и всем имуществом. Аврам, не задумываясь, бросился выручать племянника. Во главе трехсот восемнадцати вооруженных слуг и дружественных ему соседей он кинулся в погоню за неприятелем, невзирая на его огромное численное превосходство.

Войска месопотамских царей стали лагерем близ местности Дан, у северной границы Ханаана. В разноплеменных и разноязычных отрядах царили беспорядок и беспечность. Опьяненные победой и трофейным вином, солдаты улеглись спать, не выставив ночной стражи. Аврам, поделив своих людей на маленькие отряды, напал ночью на лагерь с разных сторон одновременно, застиг неприятеля врасплох и вызвал такую панику, что все обратились в бегство. Аврам преследовал врага до самого Дамаска и вернулся победителем в землю Ханаанскую, приведя обратно Лота и других освобожденных пленных и вернув им все награбленное захватчиками имущество.

Новый царь Содома и цари остальных четырех городов встретили его как избавителя. Навстречу ему с хлебом и вином вышел также Мелхиседек, царь и верховный жрец салимский;[3] Мелхиседек благословил Аврама от имени Яхве, бога всевышнего, которому он поклонялся, так же как и Аврам.

Аврам пожертвовал богу десятую долю добычи, а когда царь содомский попросил его вернуть только людей, а добычу оставить себе, он ответил гордо: «Поднимаю руку мою к господу богу всевышнему, владыке неба и земли, что даже нитки и ремня от обуви не возьму из всего твоего, чтобы ты не сказал: я обогатил Аврама». Он настоял лишь на том, чтобы долю добычи получили вожди дружественных племен — Анер, Эшкол и Мамрий, которые ходили вместе с ним в поход.

АВРАМ ЗАБОТИТСЯ О ПОТОМСТВЕ.{10} Аврама все время терзали сомнения. Он услышал во сне голос бога,{11} и бог заверил его, что земля Ханаанская станет родиной его потомков. А между тем у Аврама не было сына. Было похоже, что его единственным наследником останется Елиезер из Дамаска. Аврам, правда, усыновил его, но все же это был слуга и человек чужой крови. Видя, как страдает ее муж, бездетная Сара сжалилась над ним и решила воспользоваться старинным обычаем предков. Обычай этот позволял бесплодной жене привести мужу наложницу; сын, рожденный от такого союза, признавался законным наследником со всеми правами первородства. Выбор Сары пал на египетскую рабыню Агарь. И действительно, к радости Аврама, египтянка зачала, Вскоре, однако, в доме начались раздоры. Агарь безудержно хвастала своей беременностью и вела себя все более дерзко. Сара, терзаясь завистью и беспокоясь о своем положении в семье, накинулась на Аврама с упреками, твердя, что он во всем виноват. Аврам вздохнул и, не желая вмешиваться в женские склоки, сказал: «Служанка твоя в твоих руках — делай с нею, что тебе угодно». Сара продолжала притеснять рабыню, и та ушла из дому.

Агарь, заливаясь слезами, пошла куда глаза глядят. Она блуждала в пустыне и, не имея пристанища, заснула под открытым небом у колодца. Там ей явился ангел и спросил: «Агарь, служанка Сарина! Откуда ты пришла и куда идешь?» Она ответила: «Я бегу от лица Сары, госпожи моей». Тогда ангел сказал: «Возвратись к госпоже своей и покорись ей». Агарь устала скитаться и сразу же послушалась ангела. Она вернулась домой и покаялась перед своей госпожой. Вскоре она родила сына, которому дали имя Измаил.

АВРАМ СТАНОВИТСЯ АВРААМОМ. С тех пор прошло тринадцать лет. Авраму исполнилось уже девяносто девять лет; его сын Измаил вырос и стал своенравным, непокорным подростком. Однажды бог велел Авраму сплотить своих подданных в единый народ и единую религиозную общину. В связи с этим он приказал, чтобы все мужчины и мальчики, как свободные, так и рабы, подверглись обрезанию в знак союза, заключенного с богом. Он установил также на вечные времена обряд обрезания для всех детей мужского пола на восьмой день жизни. Кто не захочет выполнить обряд, перестанет считаться членом племени.

Аврам, которому когда-то дали имя в честь одного из многочисленных месопотамских богов, решил изменить его в знак отказа от языческого прошлого и назвался Авраамом, что значит «отец множества народов». Одновременно свою жену, Сару, он назвал Саррой, что соответствует титулу «ваше высочество». Акт изменения имен должен был также придать Авраму княжеское достоинство, уравнять в правах с соседними царями и вознести над людьми его племени.

ПРИХОД ТРЕХ ТАИНСТВЕННЫХ МУЖЕЙ. Это самовозвышение не изменило, однако, жизни Авраама. Он по-прежнему жил в шатре, блюдя простоту нравов, а для своих подданных оставался добрым и справедливым отцом. Однажды после работы Авраам сидел у входа в шатер. Разморенный жарой, убаюканный шелестом дубравы и жужжанием пчел, он задремал. Внезапно он услышал шаги и, очнувшись, увидел перед собой трех незнакомых странников. Следуя правилам гостеприимства, Авраам поклонился им и пригласил в свой шатер. Приказав подать гостям воды для умывания, он побежал к Сарре: «Поскорее замеси три саты лучшей муки и сделай пресные хлебы». Сам же он поспешил к стаду, заколол молоденького теленка и велел его зажарить. На холсте перед шатром рабыни расставили кувшины с молоком, подносы с маслом, мясом и хлебом. Авраам пригласил гостей поесть, но сам он, в знак уважения, не сел с ними, а стоял рядом, пододвигая им еду и питье.

Насытившись, гости спросили: «Где Сарра, жена твоя?» «Здесь, в шатре», — отвечал Авраам. Тогда самый почтенный из путников сказал, что у Сарры родится сын. Сарра в шатре услышала эти слова, но, поскольку она была в очень преклонном возрасте, предсказание показалось ей невероятным. Она не могла удержаться от смеха, подумав: «Мне ли, когда я состарилась, иметь сие утешение? И господин мой стар». Таинственный гость услышал ее смех и спросил с укоризной: «Отчего это рассмеялась Сарра, подумав: — неужели я действительно могу родить, когда я состарилась? — Есть ли что трудное для господа?» Смущенная Сарра отрицала все, говорила, что не смеялась. Но гость настаивал: «Нет, ты рассмеялась».

Вскоре путники поднялись и пошли по направлению к Содому. Авраам проводил их немного и лишь тогда догадался, что принимал у себя бога Яхве и двух ангелов. Он узнал также, что бог идет в Содом и Гоморру, чтобы покарать их за нечестивость. Это показалось Аврааму несовместимым с понятием о справедливости. Он спросил у бога: если в Содоме найдется пятьдесят невинных, справедливо ли, чтобы они погибли вместе с грешниками? Бог ответил, что он пощадит город, если найдет там пятьдесят праведников. Однако и это не успокоило Авраама. Смиренно, подчеркивая, что он есть прах и пепел перед господом, Авраам спросил, истребит ли Яхве город, если там окажется только сорок пять праведников. «Не истреблю», — ответил бог. Но Авраам не остановился и на этом. Он продолжал спрашивать, покарает ли Яхве город, обнаружив там сорок, или тридцать, или даже двадцать праведников. Бог каждый раз терпеливо отвечал, что в таком случае сдержит карающую десницу. Когда Авраам назвал наконец десять праведников, Яхве снова дал ему успокоительный ответ и, прекратив этот затянувшийся разговор, ушел. Авраам же вернулся домой.

3

Существует предположение, что Салим — это Иерусалим.