- У тебя есть?

- Тебе как обычно? - уточнил Эрик.

- А есть варианты?

- Да, подвезли «Лёд» и таблетки.

- Нет, спасибо, - слегка поморщился Блейд. - Я хочу расслабиться, а не в больницу попасть.

- Окей, трава тоже есть. Тебя когда ждать?

- Буду часа через пол, - ответил блондин и, бросив трубку, надавил на газ, уносясь в сторону Потсдама.

Тем временем Ева, наконец-то отлипнув от стены, покинула ванную комнату. Она подошла к своей постели и обернулась на дверь, после чего подошла к ней, проверила. Глупо было надеяться на то, что Блейд забудет её запереть. Вздохнув, девушка прикрыла глаза, а когда вновь открыла их, наткнулась взглядом на поднос с пустой посудой, который продолжал стоять на стеклянном столике у её постели.

Обернувшись на дверь, напряжённо вслушиваясь в звуки по ту её сторону, Ева стояла, надеясь, что Блейд не вернётся, но так ожидая обратного. Наслушавшись тишины, запутавшись в ней и почти захлебнувшись, девушка осторожно направилась к столику с посудой. Она то и дело оглядывалась, словно ожидая, что всё подвох и проверка, которая закончится для неё смертью. Но дверь продолжала быть запертой.

Дойдя до столика, Ева занесла руку и, замерев в секундной нерешительности, взяла нож, который ей сегодня даже не пригодился во время еды. Вновь обернувшись на дверь, убедившись в том, что у неё есть время, девушка огляделась по сторонам, ища место, где можно было спрятать оружие до нужного момента. Конечно, этот нож был не лучшим оружием, но в умелых руках мог сойти за него. А она умела обращаться с оружием.

Она спрятала нож под матрас и села на кровать, складывая ноги по-турецки и пряча лицо в ладонях. В голове настырно гудело, её разрывало от тысяч мыслей и уровня адреналина в крови, который подскочил настолько, что сердце начало периодически пропускать удар. А внутри держала кулачки отчаянная уверенность в том, что она выйдет отсюда. Осталось только придумать очередной план, который, может быть, сработает.

Времени оставалось мало. Ева это чувствовала. Совсем скоро станет известно имя победителя. И Блейд тоже знал это. Проигравшую скоро вынесут вперёд ногами. Осталось лишь завершить работу над планом смерти Евы, который был уже почти готов...

Глава 35

Глава 35

Блейд не мог вспомнить, когда он в последний раз напивался до такого состояния. Наверное, такого вовсе не было, потому что всегда, когда он выпивал, он, тем не менее, мог себя контролировать. Сегодня же парень был даже не в состоянии доехать до дома. И, если бы не Эрик, который привёз его домой и помог открыть дверь, потому что руки блондина слабо слушались, Блейд бы заночевал прямо в машине или на лавочке, коих было много на уютных улочках Потсдама.

И это был уже второй день такого состояния Блейда. В первую ночь Эрик, сперва, разрешил товарищу остаться в комнате отдыха «Последнего приюта», заночевать там, но потом решил, что правильнее будет забрать блондина к себе домой. Но во вторую ночь мужчина решил, что другу стоит поехать домой и как можно скорее, потому что блондин бодрым шагом шёл к запою и коме дурмана. Допускать этого Эрик не хотел и, сказав, что отвезёт Блейда домой, забрал у него ключи от машины.

На такое заявление блондин отреагировал не слишком адекватно и радостно, а попросту послал друга к чёрту и, закурив, покинул его квартиру. На радость Эрика Блейд ушёл недалеко. Выкурив подряд три сигареты, блондин всё-таки сел в машину и позволил другу повезти себя домой. Первые минут пятнадцать лицо Блейда выражало крайнее раздражение от того, что Эрик прервал его «каникулы» и решил вернуть его в обыденную жизнь, но, чем дальше они отъезжали от дома Эрика, тем больше раздражение и злость на лице Блейда сменялись пустотой и равнодушием.

Когда они въехали в Берлин, блондин уже совсем отвернулся от Эрика, глядя в окно ничего не выражающим взглядом каких-то стеклянных глаз, на доли мгновений цепляясь ими то за мерцающий оранжевым фонарь, то за одинокую фигуру припозднившегося прохожего... Начиная чувствовать напряжения из-за молчания, Эрик попытался завязать непринужденную беседу, но Блейд отвечал ему односложно и сухо - в своей обычной манере. Казалось, он внезапно протрезвел, хотя, как только блондин покинул машину и сделал несколько шагов, стало понятно, что это совсем не так. Просто, Эрик сам спугнул момент зарождающегося откровения и раскрытия свинцового панциря, которым была укрыта душа Блейда.

- До встречи, Блейд, - сказал Эрик, открыв дверь в дом друга и отойдя чуть в сторону.

- До встречи, - сухо ответил блондин и, забрав ключи, шагнул в дом, даже не взглянув на друга и закрыв перед его носом дверь.

Он оглядел пространство тёмной гостиной. Нигде не горел свет. Казалось, весь дом спал сном младенца. Наверное, так и было, всё-таки, часы показывали уже почти три часа ночи или правильнее будет сказать - утра. Неровными движениями найдя сигареты и зажигалку, парень закурил и, не включая света, пошёл на второй этаж. Спать не хотелось, но тело требовало того, чтобы его перевели в горизонтальное положение и наконец-то дали спокойно отдохнуть, отоспаться и попытаться избавиться от переизбытков алкоголя и травы, что отравляли кровь.

Открыв дверь в свою спальню, и даже не закрыв её за собой, просто прикрыв, блондин дошёл до кровати и рухнул на спину, как был: в одежде и обуви, с сигаретой, зажатой в зубах. Глубоко затянувшись, Блейд вынул сигарету изо рта и шумно выдохнул вверх густое облако крепкого сизого дыма, что во тьме казалось зловещим туманом, из которого вот-вот появятся не упокоенные мертвецы.

Ещё три шумные затяжки и выдоха. В комнате закрыты все окна, и она наполняется удушливым дымом, от которого слезятся глаза, но не у Блейда. Новая затяжка и рука безвольно падает на кровать, держа в холодных пальцах на две трети истлевшую сигарету. Опасный момент. Слишком много алкоголя и прочей дряни в крови и преступная близость пылающего уголька и покрывала на кровати. Блейд закрывает глаза. Нет, он не спит и не засыпает, просто, он безумно устал, вот только сам толком не мог понять - от чего?

Пальцы начинает обдавать теплом огня, что подкрадывался к их подушечкам всё ближе. Рука практически безвольна, пальцы расслаблены, но они продолжают держать дымящую палочку, удерживая её от рокового падения.

Блейд просто лежит на спине, не желая открывать глаза, не шевелясь. В теле и в голове нет ни намёка на сонливость, но оно же, тело, совершенно не желает двигаться. Медленно поднеся сигарету ко рту, блондин сделал затяжку, которая жаром обожгла губы, и вновь откинул руку на холодный шёлк покрывала. Пара хлопьев пепла упали на постель. Риски всё больше повышаются, своим неясным сознанием Блейд, вроде бы, понимает, что играет с огнём и что, усни он сейчас, отключись, его глупость спровоцирует пожар и, вероятнее всего, трагедию. Но тело наотрез отказывается шевелиться, оно словно ватное; парень словно плавает в тёплом молоке, которое создаёт ощущение невесомости и полной отрешенности от мира и его убогой реальности.

Блондин приоткрывает глаза, которые словно подёрнуты мутной плёнкой, сквозь которую мир и его очертания искажаются, но становятся они не волшебными и диковинными, а приобретают смазанные и кривые углы, теряют краски. Впрочем, красок и так видно не было. Единственным, что разрывало плотное покрывало тьмы и мрака спальни Блейда, были оранжевые блики одинокого фонаря, которые любопытно заглядывали в спящие окна к уставшим горожанам.

Веки становятся всё более свинцовыми и закрываются. Вроде бы, Блейд понимает, что нужно открыть глаза, затушить сигарету, раздеться и нормально лечь спать, но продолжает лежать. А ещё стоит зайти к Майклу, сказать, что он вернулся...

Чёрт, опять гребанное чувство вины за то, что исчез, не предупредив. Блейд не планировал этой попойки, не планировал, что она затянется на два дня, не планировал, что его вдруг замкнёт так сильно, что захочется убежать и выброситься из реальности. Не планировал...