* * *Возвращались на землю веселые люди с Земли,Прикасались возлюбленно и удивленно смеялись.И давали названья всему, к чему вдруг прикасались.А потом разговоры — о том да о сем — завели.Говорили возвышенно: что за высокий уделВ мире жить в этом мире,Ну-ну вам, клыкатые звери!Не убий, говорили.И всяк после завтрака верил,Но к обеду не верил, поскольку обедать хотел.А веселые люди слагали смешные словаВ очень грустные строкиИ строили строки в колонны.И любили вино. Но, увы, не любили поклоны.Потому, что от этого вечно болит голова.А еще не любили, когда их заносят метели,Но от сытной тоски вымирали в достойном дому.Их назвали поэтами те, что обедать хотели.Потому, что твердили: поэтому да потому.Потому, говорили, любовь, что ты бог во вселенной.Ну а кровь, говорили, затем, что ты зверь, и как встарь.Но тебя, говорили, не бросим с душой убиенной.А поэтому брось в меня камень, небесная тварь.ПОМЕТКИ НА ПОЛЯХЖизнь понимая — как процесс,Да возлюби певцов и графоманов!Они живут на этом свете безЦелей, смыслов, умыслов, обмановИ, значит, заблуждений — в пользу зла.Да, я не знаю лучше ремесла,Чем забывать в процессе жизни смерть.Я помню: запускается юлаНе с тем, чтобы всем вместе посмотреть,Как там — в конце — она, гремя костьми,Покатится меж малыми детьми,Влетит под шкаф и там в пыли замрет.Да, мальчикам заглядывал я в рот,Когда вот так — открывши рот — в углуОни крутили певчую юлу —Без тайных смыслов, умыслов и безОсобых целей.Да, я видел мальчугановВращенье совершавших — как процесс.И пенье понимавших — как процесс. И возлюбил певцов и графоманов.ТАНАИС. НАДПИСЬ НА КАМНЕВойди в сей город, путник, без сомненья,Как в дом радушный друга своего.Он не ушел. Он вышел на мгновенье —На два тысячелетия всего.КОРНИТакая бездна, милый мой.Такая бездна звезд под нами!Висим, качая головой,В траве запутавшись ногами.Здесь все зависло на корню.Здесь были сосны на постое —Да вот разжали пятернюИ в небо канули ночное.И я крылат. Да не приемлюПолет — как пришлую беду.Вонзим же плуг в тугую землюИ пятки ввинтим в борозду!К АНТРОПОМОРФНОМУ НАДГРОБИЮЯ жил тысячелетия назад.Я умер Умер. И поверьте чуду —Здесь был написан мой печальный взглядСюда — в сей мир, где больше я не буду.Ветра и орды шли через погостИ разносили пыль мою по светуИ вот гляжу на опустевший холст,Как некогда с холста глядел на Лету.* * *Не уходи. Я жизнью заплачуЗа твой побег…Вернешься — не заплачу,Не засмеюсь,От ревности не вздрогну,От боли от былой не закричу.Любимая, все это не любовь!Друзья поймут и все осудят снова.Но выше понимания людского,Любимая, вся эта нелюбовь.Нам высший смысл ниспослан с высоты.Смысл этой жизни странной и короткой,Смысл жизни — жить!Тебе я буду лодкойСредь моря этой смертной суеты.Как ты одна — печаль моя и страх, —Как ты пойдешь по этой глубине?Когда плывешь — зачем ты не во мне?Когда я пуст — зачем я на волнах?АМФОРАНадменный выгиб чужестранных плеч.Изгиб бедра, прикрытый тканью длинной.Когда б не речь — да, если бы не речь, —Что б знали мы о женщине любимой?И что нам знать о женщине дано?Несу сосуд, встревоженно гадая:Аспазия? Ксантиппа? Иль Даная?Огонь в тебе — вино — или зерно?К ПОЗДНЕЙ АМФОРЕНу, что так смотришь, подбоченясь?Ныне —Не то вино. О, юности венец!Наложницу, античную богиню,Сарматам продавал тебя купец.Сколь много уст знавало это тело…Не то вино… И более того —Прелестница! Как ты отяжелелаОт жадности владыки своего…