Маргарита нервно прикусила губу и тихо произнесла:
- И всё равно... я не смогу так поступить, - её глаза искали в его взгляде опровержение страшным словам, но не находили.
- Тебе придется, - краем глаза продолжая наблюдать за реакцией Маргариты, Джону не верилось, что он всё же осмелился произнести это, - Инкрустированный кинжал, что я дарил, всё ещё при тебе?
- Ты представляешь, о чем просишь? - сглотнув горький комок, девушка провела судорожно подрагивающими пальцами по влажным ресницам, - Сначала говоришь мне, что одержим силой, которая убивает тебя, потом - что я должна буду уничтожить тебя, когда она окончательно выйдет из-под контроля... - она снова была на пороге начинающегося припадка, - И ты называешь это нормальным? Безумие какое-то! Давай будем надеяться, что сможем найти Лауру раньше, чем всё это произойдет.
- Марго, это не смешно, - её нервический смех и дергающиеся брови совсем не веселили его, - За всё приходится платить - справедливый принцип равноценного обмена, известный ещё древним алхимикам. Благо миллионов и стоить будет соответственно высоко. Я сделал свой выбор осознанно и готов заплатить за это необходимую цену.
Маргарита нахмурилась и сердито топнула ножкой:
- Но, ты не предупреждал, что это будет отнимать у тебя жизненные силы, и ты не сможешь контролировать это.
- Мне очень жаль, - Джон опустил на её плечи свои обжигающе горячие ладони, - Прости, что так получилось, но у меня не было другого выхода.
- Выход есть всегда, и мы вместе найдем его, - шмыгнув несколько раз носом, Маргарита серьезно встретила сосредоточенный взгляд супруга, - Слышишь - вместе. Мы защитим этот мир и тебя - и никому не придется умирать.
- Благодарю, Марго, - пересохшие губы коснулись темноволосой девичьей макушки, - Твое понимание и твоя поддержка придают мне веры и сил.
- Возможно, я и не одобряю того, что ты сделал, но понимаю, почему ты поступил именно так, - Маргарита склонила голову на его широкой груди, - Прошлая эгоистичная я в истерике топала бы ногами и угрожала запереть тебя на самый увесистый замок, только всё это не поможет и не изменит ситуации. Наш самый главный враг - это наш страх. Да, я страшно боюсь потерять тебя физически, но ещё страшнее было бы потерять того Жана, которого я знаю и люблю, если бы ты сдался под давлением обстоятельств и изменил своим принципам.
- Вот это - моя девочка, - одобрительно улыбнулся мужчина, - Всё верно ты говоришь.
- Жан, а что говорят врачи о твоем состоянии? - озабоченно спросила девушка, - Джек может чем-нибудь помочь?
- Его лекарства мне уже не помогают, к сожалению, - еле слышно ответил он, с трудом заставляя себя говорить и смотреть в глаза жене.
Миниатюрная девушка решительно отряхнулась и взяла Джона под локоть:
- Тогда мы найдем новые, а сейчас, чтобы поддержать твои силы, мы спустимся завтракать.
Тут их внимание отвлеклось на характерный звук, говоривший о поступлении нового сообщения на ноутбук абонента.
- Жан, у тебя сообщение по скайпу, - сразу же оживилась Маргарита, выразительно подмигнув, - Пойди посмотри, интересно же, - отпустив мужа и ненавязчиво подтолкнув его в сторону стола, на котором расположился гаджет, активировавшийся из спящего режима.
- Сестренка, у вас все нормально? - при соприкосновении с клавиатурой пальцы закололо, словно сквозь них прошел электрический разряд, заставивший одернуть руку, а возникшее на экране возбужденное личико сестры заставило его открыть сеанс связи, принимая входящий звонок с замиранием сердца, - Твой столь ранний звонок взволновал меня.
- Это ты мне скажи, любезный братец, - мрачный и настороженный вид сестры застал его буквально врасплох, заставляя растерянно вспоминать, когда он успел провиниться перед ней, - Что происходит с тобой в последнее время? Что случилось в Небесном граде? Не зря ведь мы близнецы, я чувствую твои тревоги, твои переживания и твою боль. Сейчас ты особенно растерян и уязвим. Сегодня что-то настолько испугало тебя, что передалось мне даже через расстояние.
А вот это было совершенно внезапно! Тихоня-сестричка предъявляет ему претензии? В конце концов у них один отец, и это не может не давать о себе знать. Нежная и мягкая, но при необходимости она могла и умела проявить почти мужскую твердость. И сейчас такая необходимость определенно была. Если недавний сон смог нагнать страх на него, то до какой же степени это могло напугать впечатлительную психику девушки? Это он мог не только представлять в своем воображении, но и ощущал внутри своего тела и своего сознания, горячей клокочущей волной затопившего его.
- Давай, брат, колись, что происходит с тобой? - вместо миловидного личика Ями на экране появился недовольный и взвинченный Рафаэль, брови которого хмуро сходились на переносице, - Переживания за тебя волнуют мою супругу больше, чем я. Действительно, выглядишь не очень, брат. Ты не заболел? Как самочувствие? Помощь не нужна? Может, нам стоит приехать?
До глубины души растроганный, Джон немного расслабился и даже смог слабо улыбнуться:
- Спасибо, Раф, но я не хотел бы перекладывать на ваши плечи свои проблемы и подвергать вас опасности.
- Святые небеса, какой же ты зануда, Джанъян! - незлобно чертыхнулся молодой мужчина по ту сторону экрана, - Тебе от самого себя не противно?
Ями опустила свою изящную ладонь на его плечо:
- Рафаэль, не надо...
Он обернулся и предупреждающе выставил вперед руку:
- Подожди, женщина. Если уж я начал, то выскажу этому умнику всё, что думаю. Интересно, а твоя жена разделяет твое мнение? Или ты её, как всегда, не спросил? Как и своих дорогих друзей? Нравится строить из себя мученика? Наш отец был силен, но и он не рисковал действовать в одиночку. Тебе же всегда нравилось считать себя особенным. Ещё бы, это же так увлекательно.
- Уверяю, в этом нет ничего увлекательного, - покачал головой Джон.
Рафаэль милостиво усмехнулся, пожав плечами:
- Прости, кажется я перегнул палку.
- Нет, ты прав, - в глубине души Джон был согласен со словами брата и счел нужным сказать об этом, пусть и посредством компьютерной связи, и готов был повторить их тому в лицо.
- Просто мы беспокоимся, не забывай этого, когда решишь снова поиграть в Бога, - ответил Рафаэль.
- Я знаю это и очень ценю, - ответил Джон и губы его сложились в нежную улыбку.
Улыбка Рафаэля была искренней и какой-то грустной, голос молодого человека дрогнул:
- Ты больше меня похож на отца. Знаешь, в детстве я страшно завидовал этому и во всем старался тебе подражать.
- Это лишнее, тебе вполне достаточно оставаться самим собой, - заверил его старший брат.
- Если что-нибудь понадобится, ты только скажи, - Рафаэль подмигнул, - До связи.
- Обещаю, - шепотом произнес Джон и завершил сеанс.
Маргарита с облегчением выдохнула и улыбнувшись, вернулась к дочерям. А надо сказать, что девочки уже достаточно подросли, опережая в развитии своих сверстников и изумляя своим способностями родителей. Еще даже не научившись твердо стоять на своих маленьких ножках, внятно и членораздельно разговаривать, они удивили не только Джона с Маргаритой, но и остальных родственников, проявляя предрасположенность к телекинезу и исцелению. У близняшек проявился дар к управлению гравитацией, и любимым их занятием были игры вместе с сыном доктора и златовласой, маленьким Александром, в которых они забавлялись с погремушками, движениями крошечных пальчиков детских ручек заставляя их парить в воздухе и падать на мягкие перины колыбели, повторяя процесс снова и снова, а светловолосый карапуз радостно смеялся, кружа их над своей кроваткой. Прикосновениями же своих миниатюрных ладошек они могли заживлять небольшие порезы и ушибы и снимать головную боль.
Такое поведение обдарованных с колыбели младенцев вполне могло умилять их родителей, если бы не опасения за судьбу юных дарований среди миллионов, не имеющих подобного дара в себе. Это сильно волновало, не могло не волновать, ведь это были их дети, родная плоть и кровь, и им искренне и от души желаешь самой счастливой судьбы.