было никогда.

- Я тоже когда-то жил отшельником, - усмехнулся Нурвааль, - потом понял, что

управлять гораздо спокойнее. Не ждешь сюрпризов. У тебя есть верных три голоса.

Четвертый - армины - тоже дозревают, я говорил с Гедбом. Умный старикан.

- А ты, можно подумать, юнец! - съязвил Тэхрэммэрэй.

- Заткнись, Тэх, утомил, - поморщился Проконсул.

Они редко встречались по причине несоответствия климатических условий, теверги

стыли, лисвисы парились, а по занудству могли поспорить друг с другом.

- Тебе что-то не нравится, нхои Наггал? - спросил Лаорм строго.

- Всё, - зыркнул рыбьими глазами Император и добавил, - нравится, Единый.

Бледный и синий, завернутый в свою лэзэверсину и с дурацкой шапочкой на голове, он

стоял на горячем песке прямо под солнцем, там, где ни один настоящий теверг выстоять бы

не смог. На жару ему было плевать, но смотрелся он здесь дико. Да и нравиться ему вообще-

то ничего не могло. Агниумозовуо же стоял, кротко сложив руки с перепонками на животе.

Черный Арбривааль ухмылялся.

- Хочу, чтобы вы усвоили, - обратился к ним Лаорм, - это ваши последние дни на постах.

Можете уже забывать, что вы правители. Да-да, Наггал, не делай такой кислой мины. Вы

поможете Прыгунам прийти к власти в галактике, а потом уйдете, чтобы не подставлять

меня. Наверняка после известия об Оборотнях проверять будут всех, особенно руководящий

состав. Ваша задача найти предлог и исчезнуть раньше этого момента.

- Да это и так понятно, - буркнул Император, и Конс почему-то подумал, что у него будет

только два голоса.

- Трудно найти предлог, - смущенно сказал Агни, - у меня все-таки шестьдесят восемь

детей, не считая уже внуков…

- Ага, - захохотал Арбривааль, - шестнадцать жен, три дюжины детей, и ни одного

сперматозоида!

- Я же не могу это афишировать, - совсем смутился Гармонизатор.

Увы, мараженки верностью не отличались, даже жены правителя.

- У меня хорошие дети, - добавил он, - очень умные и талантливые. Как можно

благовидно исчезнуть, не поставив их на ноги? Это негармонично.

- По-моему, ты увлекся, нхои Пардр, - сказал ему Лаорм. Как большой черный лисвис с

желтыми глазами, он выглядел довольно грозно, - какие еще дети?

- Да, Единый, - потупился мараг, - я увлекся.

Потом был разговор о Мегвуте. Конс сказал, что предатель уже здесь под видом

секретаря Агалии, ищет Сирену и что-то затевает на Пьелле. Трогать его было пока нельзя,

но проследить за ним можно и даже необходимо.

Нурвааль даже привстал, когда увидел, как Лаорм прямо из песка вылепляет дюжину

птиц, и те стремительно разлетаются в необъятном летнем небе. Может, он даже позавидовал

Лецию, что у него такая штука на планете? Полезная тварь, безусловно, но она же и опасная,

ее подуровни в особенности. Вон какое недовольное лицо у синюшного Тэхрэммэрэя! А

вдруг он как Мегвут взбунтуется? Терять империю - это не кредитную карточку.

Консу показалось, что день будет бесконечным. Он рано встал, успел уже много, а

предстояло еще столько событий. Нур затащил его к Эдгару выпить и расслабиться, и он не

отказался.

Эдгар временно переехал из дворца в свой лисвийский дом, потому что туда прилетела

Аола с семейством. Своего старого приятеля Нура со свитой он поселил там же. В общем, у

них было шумно. Жарко и влажно - это само собой.

Располневшая Аола ходила в зеленом с позолотой халате, наложницы Нура (вот старый

черт!) - почти голые, а дети - так и вообще. А еще ползали игуаны и кричали в кустах

картавые попугаи.

Эдгар в одних трусах на прохладной кухне достал из холодильника холодное пиво.

- Какова дочка, а? Красавица!

– 455 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

- Да толстовата что-то, - заметил ему Конс.

- Так это ж хорошо! Любишь ты костлявых селедок, дядя Конс!

- Да, и желательно белых.

- Знаешь, для главы галактики у тебя слишком узкий вкус.

- И слишком густая борода, - засмеялся Нурвааль.

Дети и даже девушки периодически заглядывали на кухню и посматривали на него с

пугливым любопытством. Не видали никогда таких страшилищ. Помнится, мараженки его

тоже боялись.

Посидели они хорошо, но недолго. У Эдгара забот было еще больше: на нем были все

высокие гости.

- Представляете, - поморщился он, - еще этот священный планктон не привезли. Корабль

задержался. Сегодня только прибывает. Вот маета!

Они посочувствовали его горю. Планктон - это серьезно!

- Что ж сам не приволок? Прыгун называется!

- Полторы тонны?!

- Да-а? А местный навоз чем хуже?

- Не знаю, ребята, но вам его в воду бросать.

Снова посмеялись и распрощались в тропической прихожей.

- До вечера, - сказал Конс, хлопая старого лисвиса по плечу, - жду тебя в

правительственной ложе. Только красотку бери одну. На весь твой гарем ложа не рассчитана.

- Да я-то так стар, что могу и без красотки, - сказал Нур. - А тебе вот могу предложить.

И по его сочувствующему взгляду Конс понял, что история про Мравию, причем в

самом искаженном варианте, уже не тайна ни для кого. То, что он мог годами просто

существовать с женщиной под одной крышей, было нормальным только для него. Остальные

поверить в это почему-то не могли. И тогда, с Ледой, и сейчас.

- Спасибо, - усмехнулся он, - на Пьелле тоже есть женщины.

Организация праздника его не касалась. Он спокойно полетел домой отлежаться в

прохладном бассейне, переодеться и захватить свою прекрасную даму, конечно.

Он нарвал ей, как обычно, букет ромашек. Рони, в халатике, но уже с пышно уложенной

прической, смущенно попятилась в свою спальню.

- Я еще не готова!

У нее было столько нарядов и украшений, что он даже не беспокоился. Найдет и

выберет. Фло умела это делать. Она и правда сумела. Учла, что еще ребенок, не стала

взрослиться и изображать из себя кого-то другого, а наоборот подчеркнула свою юность.

Платье было белым трогательным сарафанчиком, волосы пышные и как будто даже не

причесанные, глаза подкрашены только слегка. Но красота у нее была своя, чуть-чуть суровая

из-за густых бровей и глубокого взгляда, но нежная и хрупкая.

- Ну как?

Конс смотрел совершенно влюбленными глазами, кто бы она ни была: Флоренсия или

нет. Что будет с ними дальше, он примерно представлял, и даже подозревал, что не дождется

ее совершеннолетия. Она, судя по бело-золотым и взволнованно-синим всполохам энергии

вокруг ее хрупкого тела, тоже ждать не собиралась. В общем, вот так они посмотрели друг на

друга и всё поняли. И он, который уже стал забывать, что такое счастье, вдруг его

почувствовал.

- Лучше и не надо, - сказал он, - лучше не бывает.

- Так что, можем лететь?

- Если ты готова, то да. Мы должны прибыть раньше, чтобы всех встречать. Тебе

придется много и вежливо улыбаться, Рони.

- Ладно. А почему ты опять в черном? Там жарко, наверное.

- У меня потом трудный разговор. Так привычнее.

- Ты очень грозный в черном, особенно когда злишься.

Она улыбнулась многозначительно. Конс и сам помнил их первую встречу, и теперь уже

это было смешно, а не страшно.

- Надеюсь, они меня не разозлят, - усмехнулся он, - ради своей же безопасности.

- Ради всеобщей.

– 456 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

Рони прошла к нему несколько шагов улыбаясь и тут же оступилась.

- Ну вот, - огорчилась она, - совсем разучилась ходить на каблуках! Надо же…

Потом поняла, что проговорилась, но даже не испугалась этого, а может, и нарочно это

сказала, так же как демонстративно выбрала когда-то духи.

Конс подошел и с полным основанием подхватил ее на руки, такую же легкую и