просто выругался и заявил, что болтать ему неохота.

- Давай лучше выпьем, - предложил он, облизывая пухлые губы, - аппиры пьют?

- Пьют, - сказал Эцо, - но я не буду.

- Да?… Тогда давай поиграем.

- Я…

- Садись! Давай играть! Единственное стоящее занятие в этом мире.

- А сцена?

- Сцена? Для кого?… Садись, аппир, не раздражай меня. Это хорошая игра, я сам

придумал.

Эцо покорился. Ничего другого всё равно не оставалось. Он увидел на экране,

естественно, монстров. Пять зеленых и пять красных. Они были похожи на клякс со

звериным оскалом.

- За каких будешь играть?

- Да мне всё равно. Покажи сначала.

Красные ушли куда-то по лабиринту, зеленые остались.

- Хитрые твари, - усмехнулся Костр, - они могут меняться… вот, смотри.

– 416 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

Зеленые кляксы стали приобретать гуманоидные формы. Получилось четыре мужчины и

одна женщина. Красотка вышла чересчур выразительная, как из порнофильмов, красивая и с

таким же глупеньким выражением лица, как у Илис.

- Хороша, - усмехнулся Костр, - за такой в ядерный реактор полезешь!

- Да? - удивился Эцо, вкусы были разные.

Потом он понял, что игра будет тоже порнографическая. Кажется, все пятеро собрались

заняться сексом.

- Полезешь в реактор, - хмуро продолжил актер, - а увидишь вот такое…

На экране всё вышло не слишком безобразно, даже на том этапе, когда еще мелькали из

общей кучи конечности и задницы, все пятеро слились в один буро-зеленый шар, потом

превратились в одну большую кляксу с толстыми чмокающими губами.

Если бедный впечатлительный актер видел эту мясорубку в реальности собственными

глазами, ему можно было посочувствовать. Тем более, что к женщине он был явно

неравнодушен. Что же до Эцо, то он не узнал ничего нового, просто получил подтверждение

тому, что все Стратеги - Оборотни.

- Хитрые кляксы, - сказал он, - покажи-ка мне самую главную.

Самая главная оказалась мужчиной, крупным, белобрысым и надменным. Они все были

белобрысы и надменны, похожи друг на друга как братья, но этот выделялся однозначно. Его

почему-то сразу хотелось убить.

- Живучая тварь, - сказал Костр с ненавистью, - в плазме не плавится. Стреляй в него

сколько хочешь - ноль очков.

- Постой…

Эцо вообще-то удивился. Насколько он понял, Костр стрелял в Тенанамета, а

Верховного Стратега то бишь Императора звали Нанатанат. Можно было, конечно,

запутаться в их монотонных именах, но не настолько.

- Это же не главная клякса. Это только тень главной!

- Главная, - ответил Костр, - самая что ни на есть… дрянь ползучая, ничем нее не

выведешь…

- А Нанатанат? - уже напрямую спросил Эцо, видя ненависть на его обвисшем лице.

- А Нанатанат, - сказали ему, - вообще не клякса. Обычный дебил инкубаторский.

************************

Кадм прилепил камеру ко лбу и снимал невероятные красоты Белой Тишины.

Голубовато-белый, покрытый льдами спутник переливался как граненый алмаз в свете

голубой горячей звезды и в тени своей огромной в полнеба буро-красной планеты. На

планете различались моря и горы и даже свет городов. Она висела в небе гигантским блином

и загадочно поблескивала.

Сами они стояли под прозрачным куполом верхотуры дворца, в помещении, где были

только энергоблоки, пульты управления и всякий технический хлам. Герц отдыхал от прыжка,

а красота его мало волновала.

- Кончай снимать всякую муть. Отцу нужна конкретная информация.

- Это для Таис, - сказал Кадм, - ей понравится.

- Да-а? Тогда сними меня. На фоне вон той горы… Это для Эи.

Он гордо расправил плечи и широко улыбнулся.

- А теперь я тебя. Вставай, пусть Таис на тебя полюбуется!

- В виде Льюиса Оорла? - усмехнулся Кадм.

- Да ладно, - Герц отмахнулся, - мне уж всё равно, в каком ты виде. Можешь поменяться.

Кадм собирался меняться, но он собирался быть кем угодно: охранником, Стратегом,

роботом-официантом, стайкой мышей… но не мужем Таис Колледис.

- Еще успею, - сказал он, - давай подождем.

Пока они отдыхали под техническим колпаком, его подуровни разбежались по дворцу,

разведывая обстановку. Эцо тоже успел кое-что сообщить. Кое-что, от чего даже у него

пропал дар речи.

– 417 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 4 – Праздник Возрождения

Каждый лаклот носил в себе Оборотня! Кадм даже не мог представить, что это за

уровень внедрен в гуманоида, какого объема, и как он там распределен. В Анапатене даже

при близком рассмотрении он ничего не увидел, он даже поцеловал ее и ничего не

почувствовал.

Были и нормальные нхои - Стратеги. Объединялись в пятерки. Что ж, вселенная та же,

законы те же. Вот тут удивляться было нечему. Наверняка они и в нечто большее

периодически объединяются. У них нет стационарной части - Лаорма, но перемешиваться

они всё равно регулярно должны.

А еще, как выяснилось, были и нормальные лаклоты, жалкие, в основном уродливые

остатки, родившиеся естественным путем. Их не уничтожали за способность к творчеству, за

склонность хоть как-то раскачивать эту мгновенно окостеневающую жесткую систему.

Герц, как только восстановился, тут же захотел действовать. Ждать он не умел, да и три

дня в грузовом отсеке корабля его буквально истомили. Кадм развлекал его историями из

своей жизни, но и это уже не помогало. Прыгун хотел двигаться и совершать подвиги.

- Может, лучше я погляжу, как у них там? Когда еще твои тритоны вернутся!

- Жди, - строго взглянул на него Кадм, - любуйся на пейзаж.

- Да повидал я всяких пейзажей!

Об этом они уже тоже переговорили. Прыгунам, конечно, можно было позавидовать.

Видели они действительно много. Они были малы во времени, но велики в пространстве.

Когда «тритоны» вернулись, Герц от скуки задремал. Как сидел, так и уснул, уронив

рыжую голову на грудь. Кадм не стал его будить, радуясь, что у него есть время переварить

информацию без помех.

Он увидел дворец Стратегов изнутри, как будто сам прошелся по коридорам и залам.

Холодный был дворец, белизна и серебристый металл присутствовали в отделке стен и

дверей. Внешние стены все были прозрачны и тоже показывали сплошную белизну снегов.

Вся прислуга была на одно лицо - мелкие, круглолицые человечки с дежурными улыбками и

в беленьких (естественно!) костюмчиках. Охрана же была рослая, в черно-сером, лица

квадратные, хмурые и не выражающие больше ничего.

Каждый Стратег занимал свою часть дворца, и это здание было столь огромным, что

имело свой внутренний транспорт. Лифты были не только вертикальные, но и

горизонтальные. Это для прислуги. А для хозяев существовали каналы телепортации

напрямую из зала в зал. Коды доступа знали только они, но парочку кодов его крошки все же

подсмотрели.

Подсмотрели они и еще кое-что. Ох, лучше было этого не видеть и не слышать!

- Они обнаружены, - говорил один лаклот другому, - сидят в пятом энергоблоке. Я же

говорил, что их цель - дворец!

И Кадм увидел на множестве экранов себя и Герца примерно полчаса назад,

любующимися на красоты планеты-спутника.

Один лаклот был, видимо, Стратегом - одет роскошно, во всё переливающееся, а сам

белокурый, бледный как покойник и надменный до отвращения. Второй стоял спиной.

Высокий, черноволосый, в синем костюме земного покроя. И оба поднимали ладони к

экранам. Оба были нхои!

- Узнаешь их? - спросил Стратег.

- Первый - Льюис Оорл, как я и говорил. Этот сильный и глупый. Ничего страшного.

- А второй кто?

- Второй… со вторым нам просто повезло. Еще сильнее и еще глупее. Но главное - что

это сын Леция. Надо же, собственного сына послал. Я думал, он умнее.