Спускаясь по лестнице, я вытираю лицо ладонями, но это мало чем помогает я сейчас вся красная, моя туш потекла и если честно, то я и не особо хочу всё это исправлять. В холле на меня смотрят, мягко говоря, удивлённо, мне предлагают вызвать машину, но я отказываюсь, нужно освежиться, привести голову и мысли в порядок, может, свежий воздух и прохладный ветер мне в этом помогу.

Меня раздражает это платье, раздражают эти идиотски каблуки, я выгляжу как шлюха, особенно сейчас, когда время уже перевалило за десять, и Манхеттен погрузился во мрак. Я иду по хорошо освещённой улице и здесь много людей, поэтому мне ни капли не страшно, но мне противно. Противно от самой себя, противно от того как на меня смотрят проходящие мимо люди. Парни посвистывают, девушки закатывают глаза и шепчут друг другу, что я шлюха. При других обстоятельствах я бы повыдирала им все волосы, но сейчас мне искренне на них плевать, пусть думают что хотят, мне всё равно.

Я иду в ателье, к счастью оно находиться не далеко от квартиры Джека, поэтому я дохожу достаточно быстро. Остановившись у стеклянной двери, я вытаскиваю из дверной щели письмо, но решаю открыть его чуть позже.

Осталось найти ключ, если память мне не изменяет, то один запасной комплект Розмари прятала под каким-то камнем, осталось только узнать под каким именно. Перевернув пару камней и вызвав ещё большее возмущение у окружающих я, наконец, нахожу ключ.

-Эй! - кричит кто-то я и оборачиваюсь. - Иди отсюда, проститутка. Сейчас полицию вызову! - ворчит какая-то бабка в нескольких метрах от меня.

Я лишь усмехаюсь и, покачав головой, открываю дверь дрожащей рукой и прячусь внутри. Удивительно как время и внешний вид меняют не то чтобы человека, а мнение о нём. Люди готовы осуждать и вешать ярлыки, даже не разбираясь в причинах и обстоятельствах, думаю это одна из худших человеческих черт.

Нащупав выключатель на стене, включаю свет, ателье освещается жёлтым светом, и я застываю на месте. Я так давно здесь не была... всё кажется чужим и одновременно очень родным. Здесь полно мусора, хлама и просто разбросанных вещей. Я ничего не разбирала после сорванного показа, я не могла начать всё это убирать, не могла принять тот факт, что всё провалилось.

Откинув письмо на стол и сняв сумку, которая всё это время болталась у меня на плече, я отодвигаю к стене передвижные вешалки с одеждой, завёрнутой в полиэтиленовый мешок, оттаскиваю коробки в свой кабинет, откидываю разбросанную ткань, вещи и мелкие детали в сторону, освобождая свой жутко не удобный, но уже очень родной диван.

Подхожу к окнам и опускаю плотные белые жалюзи и наконец, снимаю это платье и переодеваюсь в первую попавшуюся мне под руку футболку. Я не смываю макияж, не принимаю душ, я просто выключаю свет, ложусь на этот старый диван и, укрывшись пледом, утыкаюсь лицом в подушку.

Я даже не пытаюсь уснуть, знаю, что это практически невозможно, но я хочу перестать жалеть себя, я хочу перестать плакать. Я знаю, что поступила правильно, знаю, что если бы я не согласилась, могли произойти ужасные-ужасные вещи и я просто хочу верить в то, что и Джек это поймёт и попытается простить меня.

После нескольких часов пустых попыток уснуть я решаю больше не мучить себя. Я не могу выкинуть из головы вопрос: откуда Джек узнал, как он узнал всё так быстро?

В кромешной тьме опираясь лишь на свою интуицию, прохожу в свой кабинет и сев за рабочий стол включаю лампу. Думаю, мой ответ кроется в сети, скорее всего Аманда или её заказчик выложил видео в интернет или персонально переслал Джеку. Для меня лучше будет второй вариант, если об этом знает только Джек или только те, чьи секреты я разболтала, возможно, ещё не всё потеряно, но если это видео вышло в сеть, всё намного хуже, чем я думаю.

Включив ноутбук и чувствуя дрожь в руках, я захожу на свою страничку на Facebook, и взгляд сразу же падает на ячейку "сообщения" с красивой цифрой 303. Я давно не просматривала свою почту здесь, но что-то мне подсказывает, что это не просто накопленный временем спам, а именно ответ на мой вопрос.

Открывая ячейку, я вижу колонну сообщений от неизвестных мне людей, к каждому сообщение прикреплено видео и само сообщение. Нажимаю на первое сообщение, которое отпаривала незнакомая мне девушка.

"Обалдеть! Ну ты и сука!"

Включив прикреплённое видео, я теряю свою уверенность в том, что всё образуется. Я была права, это оно, это то видео, вот только... голос Аманды за кадром вырезан. Умно.

Теперь мне понятно, Аманда или, как я уже думала, её заказчик загрузили видео в интернет, скорее всего на популярную страницу и об этом моментально узнала половина Манхеттена. Все те, кто знали, о ком я говорю в видео, переслали его им в сообщения и заодно отправили и мне.

Я не особо удивленна, но теперь меня мучает другой вопрос: кто этот чёртов заказчик? Мне всё ещё трудно понять, кому хотели насолить больше мне или тем, чьи секреты я рассказала? Думаю, если Аманда сама мне не расскажет, то на этот вопрос мне ответит только время. Посмотрим, кому придётся хуже мне или им, но кажется, я уже сейчас подозреваю, что мне. А это значит, что заказ был сделан непосредственно на меня, ведь кто-то хотел, чтобы именно я всё рассказала, чтобы это было снято на видео и значит, этот кто-то хотел, чтобы я хорошенько пострадала, помучилась... но кому я перешла дорогу? Кому так сильно навредила или испортила жизнь, что он или она решили испортить её мне?

Закрыв ноутбук, я откидываюсь на спинку стула и, закрыв глаза, закрываю лицо руками. Всё оказалось намного сложнее, чем я думала и намного хуже.

Мне удалось поспать пару часов, прежде чем прозвенел мой будильник. Драмы, проблемы, слёзы, снова драма, а учёбу пропускать нельзя и прежде всего, потому что завтра начинаются экзамены и сегодня будет что-то вроде ознакомления и конечной подготовки. Но я так стремлюсь идти в университет не потому что так переживаю из-за экзаменов или потому что я хочу быть готова на все сто процентов, а потому что я хочу увидеться с подругой. Джессика точно знает про видео, я звонила ей вчера посреди ночи, но она не ответила. Мне остаётся только надеется на то, что она придёт сегодня, я надеюсь, что она будет не так вспыльчива, как Джек, надеюсь, она будет не так зла как он и надеюсь, что она меня поймёт, а главное поверит мне.

Я собираю волосы в высокий хвост, умываюсь, надеваю чёрные джинсы, которые мне немного велики и чёрную толстовку, вообще без понятия, откуда здесь эти вещи, потому что они явно не мои. Мне плевать на то, что я выгляжу просто ужасно и отвратительно, и одежда здесь играет не самую важную роль. Я не наношу ни капли макияжа, и меня не заботят ни мои мешки, ни синяки под глазами, ни опухшее от слёз лицо, сейчас мне важно только одно - вернуть то, что я потеряла за считанные минуты, вернуть свою подругу.

На улице хорошая погода, светит солнце, но из-за иногда проносящегося ветра я не чуть не жалею что надела толстовку. Подходя к университету, я понимаю, что нервничаю и даже боюсь, что Джессика не станет меня слушать. Не знаю, что я буду делать, если она мне не поверит.

В университете на меня часто косо смотрят, думаю это именно те, кто пересылал мне видео со своими идиотскими комментариями. Сегодня у меня пар нет, только лекция и поэтому я всерьёз сомневаюсь, что Джессики здесь может и не быть.

Я не нахожу свою подругу, но решаю остаться на лекцию и даже здесь я замечаю осуждающие взгляды и я чувствую даже не унижение, а... одиночество. Я снова чувствую себя одинокой.

-Эй, Клэр! - зовёт меня Фред уже, наверное, минуты две, но я не собираюсь оборачиваться и я так прекрасно знаю, что он скажет, он просто начнёт издеваться надо мной. - Умно ты придумала! – смеясь, шепчет он. - А я уж и вправду думал, что ты влюблена в Фостера. Классный ход!

-Заткнись! - безразлично говорю ему я, даже не оборачиваясь.

Раздаётся звонок и я, как можно быстрее покидаю аудиторию, зря я пришла сюда, нужно идти к Джессике домой, там у нас куда больше шансов поговорит... если её родители меня кончено впустят, в чём я немного сомневаюсь.