Вещи она бросила у самого порога, а сама кинулась искать свечи. Быстро набежали тучи, и в доме стало слишком темно. Несколько пожелтевших свечей и крошечное огниво нашлись в одном из кухонных ящиков. Трясущимися руками Клер зажгла свечу и вчиталась в алые строки.

«Дорогой Бионор, прости, Байрон, я теперь даже не знаю, как тебя лучше называть. Ты уехал, ушел из нашей жизни и все пошло прахом. Твой орден, дело твоей жизни, едва не рухнул. Люди начинают что-то подозревать. Я смогла их успокоить, все вернулось в привычное русло. Но теперь заговоры плетутся за моей спиной.

Всем нам очень тебя не хватает. Илиана в ярости. Ты прекрасно знаешь, что в гневе она может быть хуже любого из твоих магов. Я боюсь за всех нас.

Бунтовщики собираются свергнуть короля и распространить знания за пределы наших пещер. Это, безусловно, прекрасно, но не такими жертвами! Мне нужна твоя помощь, она нужна всем нам. Я надеюсь, что ты не оставишь меня наедине со всеми этими проблемами. Я буду ждать тебя дома.

Кларисса прочитала письмо несколько раз, внимательно вчитываясь в каждое слово, но так и не смогла осознать. У нее в голове не укладывалось, как ее отец может быть в этом замешан.

Она еще раз перечитала письмо. Эта самая Мелисса упоминала заговор, так же как и Элиот. И эта девушка. Илиана. Она также замешана во всем этом.

Письмо только добавило вопросов.

Через несколько часов в дверь постучали. Задремавшая за столом Клер подскочила как ошпаренная. Она подошла к окну и осторожно выглянула.

— Клер, это всего лишь я, — за дверью стоял Элиот. Уже не такой спокойный и уверенный, сейчас он волновался и оглядывался. Он очень боялся, что его увидят здесь.

Девушка осторожно открыла дверь ключом изнутри.

— У меня есть новости, — гость закрыл дверь и остался стоять у порога. — Я был у короля.

— Я за тебя очень рада. Но у меня все еще остались к тебе вопросы.

— Слушаю, — Элиот покорно склонил голову, приготовившись слушать. Он знал, что никуда не сбежит от них, но совсем не хотел отвечать.

— Кто такая Илиана? — Клер решила не ходить вокруг да около, а спросить напрямик.

Когда Элиот услышал это имя, то сразу изменился в лице. Он испугался. Он не хотел, чтобы Клер встречалась с Илианой.

— Когда ты успела узнать это имя?

— Кто она? — настойчиво повторила девушка. Решив, что она не сможет относиться к Элиоту как к другу, пока не разберется во всем происходящем. Перед ней стоял совсем чужой человек.

— Что она тебе сделала? — нахмурился Элиот. Он отлично знал характер этой девицы, про нее вспоминают лишь тогда, когда она что-то натворила. Ни от кого, даже от ее матери, он не слышал ничего хорошо об Илиане.

— Это неважно! — разозлилась Клер. Она не хотела рассказывать. Не хотела открываться. — Просто скажи, где ее можно найти?

— Она этого не стоит, — Элиот старался говорить как можно спокойней, он прекрасно видел, что Клер очень зла на Илиану. Он понимал, что Илиана успела натворить что-то. Он постарался подойти к Клер, но она лишь волком смотрела на него, ожидая ответа. — Просто послушай меня, — Элиот подошел совсем близко, и, не встретив сопротивления, обнял девушку. — Она не стоит этого, не стоит ничего из того, что ты собираешься делать.

Вновь ощутив человеческое тепло, Кларисса размякла. Вся ее злость куда-то подевалась.

— Она разрушила мою жизнь, — едва слышно забормотала девушка. — Она убила мою маму, убила друзей, пыталась убить меня, — дрожащим голосом продолжила говорить Клер. — Ты не можешь мне говорить, что она не стоит мести, что она не заслужила мести, — с каждым словом к ней вновь возвращалась уверенность. Клер отстранилась, смахнула предательскую слезу и вновь спросила. — Ты скажешь мне кто она?

— Нет. Это было бы самой большой моей глупостью. Я никогда не скажу тебе ни кто она, ни где ее найти, — уверенно сказал Элиот.

— Ты не можешь решать за меня!

Эта ссора могла стать еще более ожесточенной, если бы не стук в дверь, заставший врасплох обоих спорщиков. Раздались три быстрых удара, затем, через некоторое время еще один, а потом еще три. Элиот облегченно выдохнул, он уже было подумал, что его раскрыли, про этот дом не знал ни один человек из его нынешней жизни. Клер потянулась к своей сумке, а Элиот смело открыл дверь. Он подобрал конверт с порога и закрыл дверь обратно.

— Чудесно. А вот и приглашение, — он открыл конверт и достал оттуда две тончайшие металлические пластинки и обычную бумажную записку. Записку он сразу же спрятал в карман, а одну из пластинок протянул Клер.

— Графиня Кларисса Готьер, приглашаем вас на бал в честь двадцатого дня рождения принца Аарона Карского, — прочитав вслух надпись, выгравированную на металле.

Девушка непонимающе уставилась на Элиота.

— Ты при…

— Я поняла, не надо повторять, — прервала его Клер. — Но как они узнали, что я жива, и что я здесь? — Клер внимательно следила за гостем, ловя каждый взгляд и каждый жест. Она старалась найти там фальшь. И Элиот прекрасно это понимал.

— Я уже говорил, я приближенный короля. И ты нужна мне на этом балу.

Элиот замолчал, ожидая вопросов, но Клер тоже молчала, она ждала продолжения.

— До меня дошли слухи, что на принца готовится покушение. Но Мелисса любит работать тихо, она не хочет задеть кого-то еще. Она обставит все как несчастный случай, — пояснил Элиот.

— Но ведь есть охрана!

— Аарон и слышать не хочет про заговор и не подпускает к себе охрану, надеется на свои силы.

— А если она и меня убьет? — Клер покосилась на письмо, из которого ясно можно было понять, что ее отец связан с орденом и близко знаком с этой Мелиссой. Также Клер прекрасно помнила слова тех мужчин, что Мелисса не позволит Бионору вернуться. Письмо было ловушкой.

— С чего вдруг ей тебя убивать?

— Из-за… неважно. Случайно. Если она не обратит внимания, что рядом с твоим Аароном кто-то есть, или захочет убрать свидетелей?

Клер совершенно не хотелось рассказывать Элиоту про отца. В доме воцарилась тишина. Она витала в воздухе, мешая дышать.

— Ты можешь не ходить туда, но тебе стоит развеяться. Нельзя сидеть целыми днями на одном месте и думать о мести. У меня много дел, но я успею заскочить к портному, и к вечеру у тебя будет платье.

Элиот ушел, оставив на столе немного денег.

Кларисса осталась в доме. Тишина угнетала. Решив, что если она будет сидеть на месте, то никогда ничего не решит, девушка закрыла дом и направилась на поиски Сандра. Но он будто и вовсе сбежал из города.

— Сандр! Не думаю что это хорошая идея! — Касьян в очередной раз попытался отобрать у друга кружку со спиртным. Он даже не помнил, что там было налито. Ведь как только кружка становилась пустой, к барду подбегала миловидная девушка и за монетку наполняла ее еще раз, каждый раз разным. Это могло бы продолжаться вечно, ведь раз за разом Сандр протягивает девушке одну и ту же монетку, которую магией воровал из ее кармана.

— А что хорошая? Прав был Арчи, когда просил не ездить сюда. Надо было и Клер отговорить. — Сандр залил в себя очередную порцию спиртного.

— Арчи?

— Долгая история, — отмахнулся Саша. И еще раз махнул девушке с кувшином. Та мигом подбежала.

— Я нашел для тебя работу.

— Мне сейчас не до этого.

— Сколько ты собираешься тут напиваться? — Касьян попытался отобрать кружку, но они лишь расплескали содержимое.

— Пока не напьюсь до беспамятства.

— Ты не можешь, — мягко повторил Касьян, все же отобрав кружку.

— Я хотя бы пытаюсь, — попытался возмутиться бард, пожав плечами.

Затянулась пауза, Саша хмуро смотрел куда-то в угол стола, а Касьян внимательно смотрел на друга. Он хотел ему помочь, хотел, чтобы все было как раньше, но Сандр отстранился и не хотел ни с кем делиться тем, что творится в его душе.