Неожиданно по полу под ногами прошла вибрация, будто при землетрясении. Айван догадался, что это вступил в схватку с магуем Мурра или кто-то из магов, кто не оказался под завалом. Ему следовало поторопиться, чтобы добыть Сердце Дракона и вернуться вовремя.

Вдруг где-то впереди послышался звук, словно скрипнула половица. Юноша замер, затаив дыхание. Он не видел, как ледяной луч попал в огромную летучую мышь, но зато услышал истошный вопль и успел заметить, как она проламывает своим телом крышу особняка. Азул точно должен быть мертв, а дерево всегда скрепит и трещит даже в новых домах.

Сделав еще несколько шагов, Айван вновь услышал скрип. Запутанные коридоры не позволяли определить направление звука, но он точно оказался ближе первого. Тихо ступая по полу, молодой маг медленно дотянулся до ручки ближайшей двери с торчащим в замке ключом и аккуратно ее отворил. Лишь оказавшись по сторону, он смог набрать в легкие свежий воздух.

Это оказалась довольно простая тесная комнатушка. Посреди нее стояла кровать, сокрытая балдахином, у изголовья прикроватная тумбочка, справа, прямо у входа, находился бельевой шкаф, а в противоположном углу стоял секретер с откидным столом и одинокой оплавленной свечкой на нем. И ни намека на окно или запасной выход.

Приседая на корточки, Айван едва не подскочил от резкого звука, и даже не сразу сообразил, что это хрустнула его коленка. Успокоив дыхание, он прислонил ухо к двери, прислушиваясь к любому шороху. В доме стояла гробовая тишина. Каменные стены здания не пропускали звуков с улицы, но повторения тряски не было. Юноша надеялся, что Мурра с Нандином уже справились с врагом и скоро придут ему на помощь.

Опустив взгляд, Айван скорчил гримасу, осознав, что свет от лампы может просочиться под дверью, а в темноте особняка это сразу бросится в глаза. Несмотря на это, он боялся даже пошевелиться, не говоря уже о возможности поднять стекло лампы и задуть фитиль.

Спустя пару минут он все же решился выглянуть за дверь. Если вставать во весь рост, колено может вновь хрустнуть, поэтому Айван тихо поставил лампу на пол и аккуратно опустился на колени. Взявшись за ручку, он медленно ее повернул и потянул дверь на себя, заглядывая в образовавшуюся щель.

Страшная морда огромной летучей мыши предстала прямо перед его взором. Авайн не успел закричать он испуга, как створка с силой ударила его по лбу, отбрасывая назад. Лампа отлетела под кровать, и тут же сделалось темно, будто весь мир ослеп. И когда в комнату вошел Азул, во тьме отчетливо сиял тусклым красным светом Архетелос, зажатый в его ладони.

Азул выглядел кошмарно. От левой руки ничего не осталось, будто ее вырвали с корнем, левая часть тела оказалась синюшно-красной, словно он пролежал на морозе целый час. Обморожение покрывало все ребра и даже заходило на шею.

-- И что это за навозный жук возится в моей пещере? -- осклабился начальник стражи. Айван отполз в самый дальний угол, уткнувшись спиной в секретер, и дрожал, как от лютой стужи. Он даже забыл о ноже, находящемся в ножнах на его поясе. Ему казалось, что перед ним стоит не метаморф-химера, а самая настоящая смерть.

Дико осклабившись, Азул направил на парня Архетелос, но вдруг замер, принюхиваясь. Айван и сам почувствовал запах гари, но на грани смерти забыл обратить на это внимание. Переведя взгляд, он увидел, как под кроватью разгорается красное зарево.

-- Так даже лучше, -- усмехнулся Азул и попятился назад. Айван еще не успел осознать происходящее, как послышался звук поворачивающегося в замочной скважине ключа.

Он бросился к двери, и даже зная результат, начал с силой дергать за ручку. Безрезультатно. Достав кинжал, он изо всех сил ударил по дереву, но оно было таким толстым, что тут не помог бы и топор.

Тем временем пламя за спиной продолжало разгораться. Огонь перебросился на тонкий балдахин, мгновенно сжигая его без следа. Стены затрещали от жара. Удушливый дым начал скапливаться под потолком. В горле запершило, но слезы текли не только от едкой гари.

Обуянный паникой, Айван бросился на пол, прижавшись губами к щели под дверью. В надежде хоть немного расширить узкую прорезь, он просунул в нее кинжал, но тщетно.

Пламя разгоралось все сильнее, и Айван уже чувствовал, как за спиной к нему подступает Бездна.

Глава 8: Опасные ответы

Нандин очнулся рывком, будто кто-то выплеснул ему на лицо ведерко холодной воды. Ночь и правда стояла стужая, земля одеревенела и после дождя пахла влажной грязью.

Перевернувшись на живот, берсеркер поджал ноги и сел на колени, оглядываясь, и тут же обнаружил стоящего в четырех шагах от себя Мора.

-- Никогда до этого не встречался с берсеркерами, -- усмехнулся тот. -- Похоже, вы и в самом деле такие крепкие, как о вас говорят. А что будет, если ты впадешь в ярость? Говорят, что берсеркеры в этом состоянии не чувствуют боли. Я хочу это проверить, ты не против?

-- Тебя разве не учили, что не следует тыкать палкой в спящего медведя?

-- Моя палка не так проста, -- вновь усмехнулся посак, демонстрируя конфигар, -- да и ты больше похож на облезлую крысу, чем на медведя.

Неожиданно Нандин увидел за спиной Горриндола какое-то движение. Вглядевшись в темноту, он узнал в силуэте Мурру. Он-то разберется с этим магуем. Берсеркер решил отвлечь Мора и потянуть время, пока травник не воспользуется своими фокусами.

-- Где Айван? -- спросил он, оглядываясь в поисках мальчишки. Горриндол вновь по-ребячески ухмыльнулся, дернув своими оттопыренными ушами.

-- Он как увидел, что ты лежишь без движения, так сразу деру дал. Спрятался в особняке Азула. Ничего, мой приятель радушно его примет. Что ж, а теперь повесели меня. Я даже позволю тебе взять свой новый меч, если ты так на него надеешься.

Мурра саженях в десяти за спиной посака коснулся конфигаром земли, тихо читая заклинание. От кончика палочки по земле молнией поползла ледяная змея, направляемая травником. Мор ничего не мог видеть, но зато почувствовал, когда морозь начала медленно подниматься по его ногам.

-- Отродье Бездны, -- выругался он, когда заметил, что его ноги крепко приморожены к земле. Он оглянулся и увидел сидящего на корточках Мурру, продолжающего посылать в заклинание энергию.

Нандин, не теряя времени даром, вскочил и бросился к своему мечу. Мор едва на него взглянул, сконцентрировав все внимание на новом, куда более опасном противнике.

-- Субпота зерра! -- выкрикнул он, направляя конфигар под ноги Мурре. В землю словно попало пушечное ядро. Твердь сотряслась от клокотавшей в ней магии. Взрыв оказался столь силен, что клочья почвы долетели даже до Нандина, успевшего добраться до меча. Но он знал, что с Муррой все в порядке, иначе и быть не может.

-- Оставляю его на тебя, -- крикнул берсеркер в темноту, где грязевой фонтан выделил в воздухе невидимый барьер. Нандин уже вбегал в проем в стене, оставленный упавшей башней, а потому не успел увидеть, как Горриндол попытался сделать в его сторону шаг, но нога его вдруг хрустнула и отломилась. Потеряв равновесие, он с криком повалился на землю, а две его промороженные насквозь ноги продолжили стоять на земле. Он завопил, дрыгая замершими культями, но не выпустил конфигар из рук.

Первый этаж особняка оказался застроен пересекающимися между собой лестницами, словно специально созданных запутать посетителя. Нандин побежал вперед, забравшись на лестничную площадку в центре, от которой во все стороны отходили другие лестницы, ведущие вниз и наверх. С площадки было прекрасно видно почти весь этаж, но никого не заметив, берсеркер интуитивно выбрал один из путей на второй этаж.

Он оказался не менее странным, но куда более темным. Множество поворотов дезориентировали и путали чувство направления. Кромешная темнота не позволяла видеть хотя бы очертания предметов даже берсеркеру. Касаясь одной рукой стен, Нандин двинулся вперед, вслушиваясь и всматриваясь вперед. Ему казалось, что он что-то слышит, но путанные каменные коридоры глушили и меняли направление звуков.