На пути честолюбивых замыслов чешского князя оказалась, однако, Империя. В результате двухлетней борьбы с германскими феодалами Бржестислав I, принявший в 1035 г. Чехию в качестве имперского лена105, вынужден был отказаться от своих широких замыслов в отношении Польши и признать себя “новь вассалом императора 106. За Чехией сохранилась только Моравия и Оилезия с Вроцлавом.
В отличие от событий 1031 г., нет никаких оснований полагать, что польский поход чешского князя в 1038— 1039 гг. мог быть в какой-либо степени поддержан Киевской Русью. Союз вернувшегося около этого времени в Польшу Казимира с Ярославом Мудрым и русская помощь IB восстановлении государственного единства Польши в 40-е годы XI в. исключают даже возможность такой постановки вопроса.
Более вероятно, что Бржетислав мог координировать свои действия с Венгрией 107 и Маславом Мазовецким, которого поддерживали поморяне и пруссы 108, может быть, ятвяги. К сожалению, в этом случае пойти дальше простого предположения нет никакой возможности.
Итак, далеко перешагнувшая за рамки этнографически польских земель раннефеодальная монархия Боле слава Храброго оказалась довольно эфемерным и недолговечным образованием. Пользуясь внутренним ослаблением Древ'непольского государства, Чехия и Русь легко вернули себе захваченные польскими феодалами земли — Моравию и Червенские города. В этом случае (1031 г.) они выступали против Польши как союзники, координируя свои действия с Империей.
Социально-политический кризис Древнепольского государства, приведший в конце 30-х годов к его распаду и ознаменовавшийся взрывом широкого антифеодального движения в стране, привел к такому изменению расстановки политических сил в Центральной и Восточной Европе, при котором чеа!ский князь Бржетислав I попытался даже восстановить в прежних, конца X в , границах монархию Пшемыслидов и воскресить планы Болеслава II учредить архиепископию в Праге Возможно, что Бржетислав рассчитывал при этом на заинтересованность Империи в подавлении крестьянского восстания в Польше, проходившего под языческими лозунгами, ставил ставку “а интерес папства и Империи к организации восточной миссии и даже действовал в контакте с некоторыми группами польской знати, представлявшими собой центробежные силы в раннефеодальной Польше.
Однако усиление Чехии, как это показали уже события 1031 г, отнюдь не устраивало германских феодалов Тем более не могли устроить их планы создания большого западнославянского государства. Вмешавшись в восточные дела, Империя не допустила осуществления государственных и церковных замыслов Бржетислава I. Восточная политика германских феодалов, преследовавшая цель подчинения Империи всего западного славянства, сводилась поэтому к тому, чтобы сохранять известное равновесие сил между Польшей и Чехией, поддерживая таким образом истощающее обе страны соперничество Пястов и Пшемыслидов.
Польская политика Бржетислава I не встретила, однако, сочувствия и при дворе великого князя киевского Этому были, впрочем, особые причины, о чем пойдет речь в следующей главе настоящего исследования.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. РУССКО-ПОЛЬСКИЙ СОЮЗ 40-х годов XI в. И МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ВОСТОЧНОЙ И ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЕВРОПЕ
Антифеодальное крестьянское восстание 1037—1038 гг., как уже отмечалось в предыдущей главе, до основания потрясло раннефеодальную польскую государственность. Древнепольское государство как единый политический организм перестало существовать. Вторжение Бржетисла>ва I, казалось, должно было нанести последний удар монархии Пястов, способствуя укреплению в ней центробежных тенденций, приведших уже к отрыву Поморья и Мазовии. Последняя, если судить по словам Галла Анонима1, представляла собой большую силу. Важное значение имело и то обстоятельство, что Маслав Мазовецкий мог опираться на союз с поморянами, пруссами, ятвягами 2 и, может быть, даже Чехией Бржетислава I При таких условиях положение Казимира, бежавшего сначала в Венгрию, а затем укрывшегося в Германии3, могло действительно считаться отчаянным. Но тут вступили в силу новые факторы как внутреннего, так и внешнего порядка, которые совершенно изменили дальнейшее развитие событий.
Дело в том, что перед лицом мощного антифеодального движения, охватившего огромную территорию, должны были временно умолкнуть те противоречия, которые разъедали господствующий класс, особенно в Малой “ Великой Польше. Потрясенные выступлением крестьянства светские и духовные'землевладельцы, естественно, торопились объединить сваи силы, чтобы подавить восстание. Политическое подавление свободного м зависимого непосредственного производителя-общин-иика было 'В тех условиях необходимой предпосылкой для окончательного торжества