Полная темнота.

Никаких огней. Никакого свечения монитора. Даже светодиоды на лабораторном оборудовании.

“Ладно, успокойся, - говорю я. “Сохраняй спокойствие.”

“Почему бы не успокоиться, вопрос?” - спрашивает Рокки.

Ну, конечно, он не заметил, как погас свет. У него нет глаз. - Корабль только что закрылся. Все перестало работать.”

Рокки немного пробирается в свой туннель. - Теперь ты веди себя тихо. Мое оборудование все еще работает.”

- Ваше оборудование получает электричество от вашего генератора. Мой питается от моего корабля. Все огни выключены. Там вообще ничего не работает!”

“Это плохо, вопрос?”

“Да, это плохо! Среди прочих проблем я не вижу!”

“Почему корабль выключен, вопрос?”

“Не знаю, - отвечаю я. - У тебя есть огонек? Что-то, что ты можешь просвечивать сквозь ксенонит в мою сторону?”

"Нет. Зачем мне свет, вопрос?”

Я бреду в темноте, нащупывая дорогу по лаборатории. - Где лестница в рубку управления?”

“Налево. Еще осталось. Продолжайте...да...протяните руку вперед…”

Я кладу руку на ступеньку. “Спасибо.”

- Поразительно. Люди беспомощны без света.”

“Да, - говорю я. - Пойдем в рубку управления.

” Я слышу, как он несется по своему туннелю.

Я поднимаюсь наверх, и там так же темно. Вся диспетчерская мертва. Мониторы выключены. Даже окно шлюза не приносит облегчения—эта часть корабля в данный момент обращена в сторону от Тау Кита.

“В диспетчерской тоже нет света, вопрос?” —говорит голос Рокки-вероятно, из его лампочки на потолке.

“Ничего—подожди…Я что-то вижу ... ”

В одном углу одной панели есть маленький красный светодиод. Определенно светящийся, хотя и не очень яркий. Я сажусь в кресло пилота и, прищурившись, смотрю на панель управления. Сиденье слегка покачивается. Моя ремонтная работа на нем была некачественной, но, по крайней мере, он снова прикреплен к полу.

Вместо обычных плоских дисплеев, разбросанных по всей диспетчерской, в этой маленькой секции есть физические кнопки и ЖК-дисплей рядом. Свет исходит от кнопки.

Очевидно, я настаиваю на этом. Что еще мне оставалось делать?

Оживает жидкокристаллический дисплей. Появляется текст с высокой пикселизацией, в котором говорится: ОСНОВНОЙ ГЕНЕРАТОР: АВТОНОМНЫЙ. ВТОРИЧНЫЙ ГЕНЕРАТОР: АВТОНОМНЫЙ. АВАРИЙНЫЕ БАТАРЕИ: 100%.

“Хорошо, как мне использовать батареи...?” - бормочу я.

“Прогресс, вопрос?”

- Подожди, - я вглядываюсь в ЖК-панель, пока, наконец, не замечаю ее. Маленький выключатель, прикрытый пластиковым защитным щитком. На нем надпись “Бэтт.” Придется обойтись этим. Я поднимаю щит и щелкаю им.

Тусклые светодиоды освещают диспетчерскую—далеко не так хорошо, как обычные лампы. Самый маленький экран управления—и только этот экран—оживает. Патч миссии " Аве Мария “отображается в центре экрана, а внизу появляются слова” Загрузка операционной системы...".

“Частичный успех,” говорю я. “Мой аварийный аккумулятор включен. Но мои генераторы отключены.”

“Почему нет работы, вопрос?”

“Я не знаю.”

- С воздухом все в порядке, вопрос? Ни электричества, ни жизнеобеспечения. Люди превращают кислород в углекислый газ. Вы будете использовать весь кислород и пострадаете, вопрос?”

- Все в порядке,” говорю я. - Корабль довольно большой. Потребуется много времени, чтобы воздух стал проблемой. Гораздо важнее, чтобы я нашел причину этой неудачи.”

“Машины ломаются. Покажи мне. -

На самом деле неплохая идея. Рокки, кажется, способен практически на все. Либо он одарен, либо все эридианцы такие. В любом случае, мне невероятно повезло. И все же...насколько хорошо он справится с работой над человеческими технологиями?

- Может быть. Но сначала мне нужно выяснить, почему два генератора умрут одновременно.”

- Хороший вопрос. Более важно: можете ли вы управлять кораблем без питания, вопрос?”

"Нет. Мне нужна сила, чтобы что-то сделать.”

- Тогда, самое важное: сколько времени до распада орбиты, вопрос?”

Я моргаю пару раз. “Я...не знаю.”

- Работай быстро.”

- Ага, - я указываю на экран. “Сначала я должен подождать, пока мой компьютер проснется”.

”

- Хорошо, я подожду быстрее.”

- Сарказм.”

Компьютер завершает процесс загрузки и выводит экран, который я никогда раньше не видел. Я могу сказать, что это означает неприятности, потому что слово “НЕПРИЯТНОСТИ” написано крупным шрифтом сверху.

Исчезли приятные кнопки пользовательского интерфейса и виджеты до отключения. Этот экран представляет собой всего три колонки белого текста на черном фоне. Слева-все китайские иероглифы, посередине-русские, а справа - английские.

Я предполагаю, что при нормальной работе корабль меняет язык в зависимости от того, кто читает экран. И этот экран, эквивалентный “безопасной загрузке”, не знает, кто будет его читать, поэтому он на всех наших языках.

“Что случилось, вопрос?”

“На этом экране появилась информация.”

“Что случилось, вопрос?”

- Дай мне почитать!”

Рокки может быть настоящей занозой в заднице, когда он волнуется. Я прочитал отчет о состоянии дел.

АВАРИЙНОЕ ПИТАНИЕ: ОНЛАЙН

БАТАРЕЯ: 100%

РАСЧЕТНОЕ ОСТАВШЕЕСЯ ВРЕМЯ: 04D, 16H, 17M

СИСТЕМА ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ SABATIER: АВТОНОМНО

ХИМИЧЕСКОЕ ПОГЛОЩЕНИЕ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЕ: ОНЛАЙН. !!!ОГРАНИЧЕННЫЙ СРОК ДЕЙСТВИЯ, НЕВОЗОБНОВЛЯЕМЫЙ!!!

КОНТРОЛЬ ТЕМПЕРАТУРЫ: АВТОНОМНЫЙ

ТЕМПЕРАТУРА: 22°C

ДАВЛЕНИЕ: 40 071 ПА

“Корабль поддерживает мою жизнь, но сейчас больше ничего не делает.”

- Дай мне генератор. Я исправляю.”

“Сначала мне нужно найти его, - говорю я.

Рокки резко падает. “Вы не знаете, где находятся детали вашего корабля, вопрос?!”

- В компьютере есть вся эта информация! Я не могу всего этого вспомнить!”

“Человеческий мозг бесполезен!”

“О, заткнись!”

Я спускаюсь по лестнице в лабораторию. Здесь тоже горит аварийное освещение. Рокки следует за ним по своему туннелю.

Я наклоняюсь, хватаю сумку с инструментами и продолжаю идти к следующей лестнице. Он продолжает следовать за мной.

“Куда ты идешь, вопрос?”

- В хранилище. Это единственное место, которое я не обыскал полностью. И это самое дно отсека экипажа. Если генератор доступен экипажу, то именно там он и будет находиться.”

Оказавшись в общежитии, я заползаю в кладовку. У меня болит рука. Я поднимаюсь, чтобы осмотреть переборку с топливным отсеком. Моя рука болит сильнее.

В этот момент моя рука просто всегда болит, поэтому я стараюсь не обращать на это внимания. Но больше никаких обезболивающих. Они просто делают меня слишком глупой. Я ложусь обратно в отсек для хранения и позволяю боли немного утихнуть. Здесь должны быть панели доступа, верно? Я не могу вспомнить точную планировку корабля, но критическое оборудование, вероятно, находится внутри герметичной зоны. Именно по этой причине. Верно?

Но как мне его найти? Мне нужно рентгеновское зрение, чтобы знать, где ... о, привет!

“Рокки! Здесь есть какие-нибудь двери?”

С минуту он молчит. Он несколько раз стучит по стене. “Шесть маленьких дверей.”

“Шесть?! Тьфу. Скажи мне, где первый, - я положил руку на потолок купе.

“Переместите руку к ногам и влево…”

Я следую его указаниям до первой двери. Блин, их трудно разглядеть. Аварийное освещение в общежитии с самого начала скудное, и небольшое количество, попадающее в купе, вызывает уныние.

Панель крепится простым винтом с плоской головкой, который управляет защелкой. Я поворачиваю его отверткой из своего набора инструментов. Панель распахивается, открывая трубу с клапаном на ней. На этикетке написано "ПЕРВИЧНОЕ ОТКЛЮЧЕНИЕ КИСЛОРОДА". Определенно не хочу с этим связываться. Я закрываю шкафчик.

- По соседству.”

Одну за другой он подводит меня к каждой двери, и я проверяю, что за ней. Я знаю, что он может улавливать сонаром очертания за дверями, но это никуда не годится. Я бы предпочел просто посмотреть на то, что там есть, чем заставлять его описывать то, что он чувствует, на нашем ограниченном общем языке.

За четвертой дверью я нахожу его.

Он намного меньше, чем я ожидал. Вся каморка составляет около 1 кубического фута. Сам генератор находится в черном корпусе неправильной формы, и я знаю, что это генератор, только потому, что он помечен как таковой. Я вижу две толстые трубы с запорными клапанами на них, а также несколько довольно нормальных на вид электрических проводов.

- Нашел, - говорю я.

“Хорошо,” доносится голос Рокки из спальни. “Достань и отдай мне

”. “Я хочу сначала взглянуть на него.”

- У тебя плохо получается. Я исправляю.”

“Генератор может не выжить в вашей среде!”

“Ммм,” ворчит он.

“Если я не смогу починить его, вы можете поговорить со мной об этом

”. “Ммм.”

Две трубы с запорными клапанами, должно быть, являются линиями питания астрофагов. Я заглядываю немного глубже в каморку и нахожу этикетки. Один из них - “топливо”, а другой - “отходы".” Достаточно ясно.

Я использую гаечный ключ, чтобы отвинтить нагрудник шланга на линии “отходов”. Как только он отрывается, из него вытекает темная жидкость. Не так уж много—только то, что было между запорным клапаном и моим концом шланга. Должно быть, это какая-то жидкость, которую мы используем, чтобы унести мертвого астрофага. У меня есть немного на руке—она скользкая. Может быть, это нефть. На самом деле это хорошая идея. Подойдет любая жидкость, масло легче воды, и оно не разъест трубы.

Затем я откручиваю “топливную” линию. Он тоже выплескивает коричневую жидкость. Но на этот раз пахнет ужасно.

Я вздрагиваю и прячу лицо в руку. “Фу! Боже!”

“В чем проблема, вопрос?” - окликает Рокки снизу.

“Топливо плохо пахнет,” говорю я. У эриданцев нет обоняния. Но в то время как потребовалось много времени, чтобы объяснить Рокки зрение, обоняние было легким. Потому что у эриданцев действительно есть чувство вкуса. Когда вы приступаете к делу, запах-это просто дегустация на расстоянии.