* * *

Весной ко мне сватался парень один.Твердил он: – Безмерно люблю, мол. –А я говорю: – Ненавижу мужчин! –И впрямь ненавижу, он думал…Вот дурень, что так он подумал!Сказал он, что ранен огнем моих глаз,Что смерть его силы подточит.А я говорю: пусть умрет хоть сейчас,Умрет, за кого только хочет,За Джинни умрет, если хочет.Усадьбу, где полный хозяин он сам,И свадьбу – хоть завтра – сулил он.Но думаю: виду ему не подам,Что дурочку сразу прельстил он,Усадьбой и свадьбой прельстил он.И что бы вы думали? Вдруг он исчез.А вскоре нашел он дорожкуК моей же сестрице двоюродной – Бэсс.Терпеть не могу эту кошку,Глухую, поджарую кошку!Хоть зла я была, но пошла погулятьВ Дальгарнок – там день был базарный.И вдруг предо мною явился опять,Как призрак, дружок мой коварный,Все тот же мой парень коварный.Ответив негодному легким кивком,Пройти поспешила я мимо.Но он, ошалев, словно был под хмельком.Назвал меня милой, любимой,Своей дорогой и любимой.А я, между прочим, вопрос задала,Глуха ли, как прежде, сестрицаИ где по ноге она обувь нашла…О боже, как стал он браниться,Как яростно стал он браниться!Молил он скорее венчаться пойти,А то он погибнет напрасно.И я, чтоб от гибели парня спасти,Сказала в ответ: – Я согласна.Хоть завтра венчаться согласна!

Кузнецу

Устал в полете конь Пегас,Скакун крылатый Феба,И должен был на краткий часСойти на землю с неба.Крылатый конь – плохой ходок!Скользя по мерзлым склонам,Он захромал и сбился с ногПод богом Аполлоном.Пришлось наезднику сойтиИ жеребца хромогоК Вулкану в кузницу вести,Чтоб заказать подковы.Колпак и куртку снял кузней,Работая до пота.И заплатил ему певецСонетом за работу.Вулкан сегодняшнего дня,Твой труд ценю я выше.Не подкуешь ли мне коняЗа пять четверостиший?

Ода шотландскому пудингу "Хаггис"

В тебе я славлю командира Всех пудингов горячих мира, –Могучий Хаггис, полный жираИ требухи.Строчу, пока мне служит лира,Тебе стихи.Дородный, плотный, крутобокий,Ты высишься, как холм далекий,А под тобой поднос широкийЧуть не трещит.Но как твои ласкают сокиНаш аппетит!С полей вернувшись, землеробы,Сойдясь вокруг твоей особы,Тебя проворно режут, чтобыВесь жар и пылТвоей дымящейся утробыНа миг не стыл.Теперь доносится до слухаСтук ложек, звякающих глухо.Когда ж плотнее станет брюхо,Чем барабан,Старик, молясь, гудит, как муха,От пищи пьян.Кто обожает стол французский –Рагу и всякие закуски(Хотя от этакой нагрузкиИ свиньям вред),С презреньем щурит глаз свой узкийНа наш обед.Но – бедный шут! – от пищи жалкойЕго нога не толще палки,А вместо мускулов – мочалки,Кулак – орех.В бою, в горячей перепалкеОн сзади всех.А тот, кому ты служишь пищей,Согнет подкову в кулачище.Когда ж в такой руке засвищетСтальной клинок, –Врага уносят на кладбищеБез рук, без ног.Молю я Промысел небесный:И в будний день, и в день воскресныйНам не давай похлебки пресной,Яви нам благостьИ ниспошли родной, чудесный,Горячий Хаггис!

Овсянка

Раз – овсянка,Два – овсянкаИ овсянка в третий раз.А на лишнюю овсянкуГде мне взять крупы для вас?Одиноким, неженатымНе житье, а сущий рай.А женился, так ребятамТрижды в день овсянки дай.Век живет со мной забота.Не могу ее прогнать.Чуть запрешь за ней ворота,Тут как тут она опять.Раз – овсянка,Два – овсянкаИ овсянка в третий раз.А на лишнюю овсянкуГде мне взять крупы для вас?