* * *Сосны иголками гладят небо, солнце в ветвях тая,Старый солидный крот под корнями учит другого рыть…Вот на земле лежит оболочка. Господи, это я.Я не умею молиться, просто не с кем поговорить.Здравствуй! Прекрасна твоя обитель, радостна и чиста,Как же мне хочется влиться в благость ласковую твою…Господи, что у меня внутри? Лишь вязкая пустота,Несколько слов без веса и смысла в ней обрели приют.Знаешь, я днем весела, как птица, если в большом кругуДобрых знакомых. А вот под вечер что-то теснит в груди.Господи, я по ночам не плакать, кажется, не могу.Быть одиноким вдвойне сложнее, если ты не один……нужно о добром, о главном, вечном - я же о ерунде…Как я смогу служить тебе, если даже язык мой враг?Господи, что тебе мой кораблик, пущенный по воде?Я и водой-то назвать не вправе этот сырой овраг…Он и поплыть-то не может толком, тычется носом в ил,Мачты не делают из непрочных тоненьких хворостин.Господи, я прошу, помоги ему, дай ему, Боже, сил.Мне же не помогай, а только - ради него - прости.* * *Ночным захлебнувшись соком,Бессонница бьет в висок мойВопросами о высокомПо классике - например:Бывает ли жизнь на Марсе?На шею ко мне комар селИ пьет мою биомассуНахально, без всяких мер.Грузиться, пожалуй, хватит.И лучше заснуть в кровати,Проснуться в рассветной вате,С улыбкою до бедра.Ведь утро еще не скоро.И с пола глядит с укоромЛюбимой чашки осколок,Уроненный из ведра.А может, мне сон приснится,Где в небе блестят зарницы,Где флюгер поет синицей, -Казалось, простая жесть.И будет вокруг красиво,И буду кричать: «Спасибо!»Не хмуриться что есть силыИ взглядом траву не жечь.

Нет, не будет нынче сна, роль моя уже ясна, и опасна, и трудна, и, конечно, не видна. Не с бутылкою вина напиваться допьяна, не плясать потом, чтоб в тучу от стыда ушла луна. Ночь нежна, а я одна.

Я рассказываю сказки старому креслу, скоро оно замурлыкает и полезет обниматься со мною всеми своими четырьмя ногами.

А еще жила однажды в аквариуме рыба. Не золотая, а темно-синяя, только лицо у нее было зеленое и печальное. Печальное - потому что рыба хотела стать птицей, а в аквариуме было не разбежаться и не взлететь. Но однажды, хозяева взяли рыбу с собой на море. На Черное. И наклонили аквариум случайно. А рыба разбежалась и выпрыгнула, чтобы в полете превратиться в птицу.

А жизнь счастливая штука, так что она и правда превратилась.

В пингвина.

И обнаружила, что жарко и хочется кушать. А если кушать, то рыбу. А рыбу она есть не могла из сострадания. И умерла от огорчения.

А потом ученый нашел этого пингвина, доказал, что в Черном море они водятся, и получил большую премию и жил долго и счастливо.

А в мире творится осень, время плохое,А я становлюсь колючей, как каланхоэ.Сухие листья и даже вино - сухое.* * *Понимаете, автобусы не летают,И троллейбусы не летают,И даже желтые измученные асфальтовые катки не летают.Потому что они железные,Тяжелые, как земной шар. Они перебирают колесами.Грустно перебирают колесамиИли даже ползут, выдавливая в земле ямки колесами,Ночами в темные норы лезут,Днем по делам спешат.А над городом летают куртки,Красиво летают куртки,Когда ветер - всегда летают разноцветные куртки,Их так тяжело удержать -Не выходит ни у кого.Джинсовые куртки выглядят, как грозовые тучи,А теплые куртки - как снежные белые тучи,А капроновые куртки - они летучие,Шуршат шаловливо на виражах,Держат курс рукавом.А троллейбус задирает к небу рога,Иногда даже слишком задирает к небу рога,И пассажиры его видят в нем своего врага -Поскольку он тормозит,А им пора в институт.А автобус даже не может поднять лицо,Он угрюм, он даже не может поднять лицо,А каток полирует асфальт - какое уж тут лицо,А куртки - совсем вблизи,Летают, дразнятся тут…А автобус уже проехал половину пути,И троллейбус уставший не может больше идти,А куртки - как стаи цветных и крикливых птиц,А ветер вдруг встрепенулся, всхлипнул и стих…Воздух стал студенисто-плотным, словно желе,Да какое летать - о прошлом только жалеть,А автобусу что? Ну, ехать чуть тяжелей…* * *Ходят катера по Малой Невке,Дышит сонным воздухом Израиль…Летку-енку пляшет девка ЕвкаСразу после выхода из рая.Ева пляшет. За забором прятась,Ангелы глазеют через щелку,Как она со лба рукой горячейМокрую откидывает челку,Как она, шальная и живая,Все смеется, пятками топочет,Как кипят листками-кружевамиТополиные сухие почки.Рушатся и возникают замки,Прорубает царь окно в Европу…И Адам над хвороста вязанкойЗамер, иногда вздыхая робкоИ шепча: «Пойдем, темно уже ведь,Да и что скажу потом отцу, и…»Ева пляшет. Не мешайте Еве -Мир живет, пока она танцует.