Было понятно, почему Чамо редко бывала в главном храме. Она не дала бы людям в храме спокойно заниматься делом.

Чамо направилась к тренировочному полю, как ей и сказала Мора. Она извинилась перед наемниками. Хоть это звучало и скомкано, она все же сделала все правильно. Похоже, Мору Чамо слушалась.

Но ее поведение все равно настораживало. Вейлин и Асурей были выше Чамо и могли на нее повлиять, а остальные Святые старались с ней не пересекаться.

Но ругать Чамо точно могла только Мора. Для Кьема-мышки это казалось странным. Почему Чамо боялась Мору? Точно не из-за силы. Даже две Моры в бою не сравнились бы с Чамо. Асурей была сильнее Моры, но Чамо ее совсем не боялась.

Почему-то Чамо боялась только Мору.

Кьема-мышка продолжал неустанно следовать за Чамо.

Следующим утром поведение Чамо не изменилось. Во время утренней службы она лежала в кровати в пижаме. Монахини выстроились у кровати с гребешками, обувью и одеждой, но Чамо даже не смотрела на них.

- Эм... Чамо-сама, время службы.

- Чамо никуда не пойдет. Если надо будет молиться, Святая Одного цветка сама придет к Чамо.

Монахини скривились. Одна из них что-то вытащила из-за пазухи.

- Чамо-сама, посмотрите, пожалуйста, на это.

Монахиня из стопки бумаг выбрала записку и передала Чамо. Кьема-мышка с потолка чуть передвинулся и прочитал содержимое.

В записке было: «Если не пойдешь на службу, Мора тебя накажет».

Чамо какое-то время потрясенно смотрела на записку.

- К-к-как это?

- Мора-сама сказала нам утром, что, если будут проблемы, нужно показать это Чамо-сама.

- И бабуля накажет...

- Так она сказала...

Чамо какое-то время молчали. Она выбралась из кровати и переоделась. Хоть Чамо и опоздала, но пришла на службу. После службы Вейлин отправила Чамо на тренировочное поле. Ленель пошла с Чамо.

На тренировке сегодня были Чамо, Ленель и наемники.

Две Святые шли на поле бок о бок. Чамо по пути сказала Ленель:

- Чамо не хочет видеть вчерашних людей.

- Говори, что хочешь... но так сказала Вейлин.

- Все равно. Чамо туда не пойдет.

Чамо остановилась. Ленель потянула Чамо за рукав, но та не двигалась. И Ленель вытащила записку из кармана.

- Чамо-чан, Мора-сан утром дала мне это.

Ленель дала Чамо записку, похожую на ту, что дала ей монахиня. Кьема-мышка не мог прочитать со своего места, что там написано.

«Если не будешь слушаться на тренировке, Мора тебя накажет».

Ленель смотрела на нее. Чамо молчала какое-то время, а потом медленно пошла. Тренировка в этот день прошла, как планировалось. Насколько Кьема-мышка видел, результат был значительным. Чамо становилась сильнее. Чамо не хотела, чтобы ее ругали и наказывали.

Так прошло десять дней. Если Чамо делала что-то не так, тут же появлялась записка. Когда она срывалась на тренировке или пыталась лениться, капитан доставал записку: «Веди себя правильно, или Мора тебя накажет». Когда Чамо в плохом настроении махала кулаками, в записке значилось: «За срывание злости Мора тебя накажет». Монахини защищались так от сложных отношений с Чамо.

Кьема-мышка был восхищен Морой. Она точно предсказала поведение Чамо и приняла меры. Больше Чамо не создавала проблем. Однако настроение ее становилось все хуже.

Как-то ночью Чамо читала письмо. Кьема-мышка смотрел на него с потолка. Письмо прислала мать Чамо из Храма Болот.

«Наша дорогая Чамо, как жизнь в храме? Надеюсь, все хорошо?»

- Не хорошо, а кошмарно, - пробормотала Чамо, читая письмо. Содержимое больше напоминало отчет о состоянии храма. Родители и монахини из храма жили без особых перемен. Мама Чамо писала, что беспокоилась за нее.

«Боюсь, тебя могут не понимать и вести себя с тобой жестоко. Но помни, что мама с папой всегда на твоей стороне. Я всегда думаю о тебе и молюсь, чтобы с тобой все было в порядке. Помолись и ты за нас с папой, Чамо. Береги себя, наша дорогая Чамо».

Чамо дочитала письмо и какое-то время сидела с подавленным видом. Она сложила письмо и спрятала в шкатулку.

Потом, что странно, она села и принялась молиться статуэтке Святой Одного цветка в комнате. Наверное, молилась о родителях, как и было написано в письме. Помолившись, Чамо забралась в кровать. На ее лице долго оставалось подавленное выражение.

- Хочу вернуться... - тихо сказала Чамо. - Тут Чамо так одинока, - Чамо пробормотала это и перевернулась. - Зачем думать о Чамо вдали, если Чамо хочет видеть вас здесь? - в ее голосе звучало жуткое одиночество.

Кьема-мышка не покидал Храм Всех небес, так что не знал, какая ситуация в семье Чамо.

Прошло еще несколько дней.

Утром Чамо, что удивительно, проснулась раньше, чем пришли монахини. Она увидела записку на кровати.

На рассвете, до того, как приходили монахини, Чамо выпустила из себя Джума. Тот куда-то ушел, а потом вернулся с запиской на лбу. Кьема-мышка подозревал, что Джума украл эту записку у кого-то неподалеку.

- Бабуля неплохо справляется, - сказала Чамо, прочитав записку. Она улыбнулась.

- Чамо, пора идти на службу.

- Угу, иду, - бодро сказала Чамо. Она спрятала записку под кроватью. Она переоделась в одеяние храма и направилась на службу.

Еще вчера она ворчала и жаловалась, но сегодня выглядела веселой. Монахини переживали из-за перемены в поведении Чамо. После службы Вейлин сказала Чамо, что для тренировки готово еще не все, и придется немного подождать. Чамо улыбнулась, услышав это.

Чамо гуляла по улицам, пока ее не позвали на тренировку. Кьема-мышка преследовал ее.

- Кстати, бабуля сегодня весь день будет в подвале, да? - спросила Чамо у монахини, что шла за ней.

- Да, святой нужно заниматься духовно, укреплять свой дух, чтобы быть единой с богом. А еще в этот день нельзя ни с кем говорить.

- Ясно. Понятно, - Чамо взбодрилась еще сильнее, а монахиня встревожилась.

В городе было много наемников и воинов. Но глубже в городе были обычные жители, торговцы и фермеры. Чамо подходила ближе к таким людям. Почему-то она слушала их разговоры. Чамо остановилась рядом со стирающими женщинами. Они не замечали ее и продолжали разговор.

- Я тут недавно ходила к Грассу-саме...

Кьема-мышка вспомнил, что Грасс правил землей рядом с Главным храмом. Он выделял людей для тренировок, и его имя порой произносили Мора и Вейлин.

Похоже, эти женщины тоже пришли от Грасса на земли храма.

- Непросто стало. Недавно повысили налоги, и мужу теперь приходится убирать в поместье.

- Эй-эй-эй, - Чамо вдруг вмешалась в разговор женщин. Они и монахиня одновременно испуганно вздрогнули. - Этот Грасс плохой. Его управление всех раздражает. Ладно, с этим будет покончено, - сказала Чамо.

- Что? Как? Эта кроха?

Женщины растерялись. Чамо уже не слушала их, она повернулась к монахине.

- Чамо разберется с Грассом. Тренировка Чамо сегодня не нужна.

- Прошу, погодите. Чамо-сама. Мора-сама...

Чамо сказала женщине, пытавшейся вытащить записку из-за пазухи:

- Простите, но... это больше не сработает.

- А?

Чамо улыбнулась, показав на записку.

- Чамо знает, там написано, что Мора будет ругаться за невыполнение обязанностей Святой.

- К-когда вы успели прочитать...

Монахиня побледнела.

- Но восстановление мира - обязанность Святой, и помощь в беде - тоже.

- Д-да.

- Тогда Чамо нужно помочь людям. Если Чамо этого не сделает, бабуля разозлится!

Чамо сунула палец в рот, извергла Джума. Она забралась на него, и Джума понесся быстрее лошади. Кьема-мышка на полной скорости бежал следом.

Но Чамо покинула город и исчезла вдали. Кьема-мышка замер у барьера и дальше не пошел. Монахиня с воплями бежала по улице.

Новость о побеге Чамо наделала шуму.