— Тогда мы немедленно вытащим её, само собой, — ответил Даледжем. — Без промедления.

Ревик снова помрачнел.

Даледжем тоже нахмурился.

— Брат, — сказал он, схватив его за руку. — Поверь моим словам: ни я, ни кто-либо другой из моих людей не допустим, чтобы с твоей женой что-то случилось. Мы сделаем абсолютно что угодно, чтобы никто ей не навредил. Ты меня понимаешь? Мы готовы умереть, чтобы защитить её. Я не врал ей, когда говорил, что моя верность целиком и полностью принадлежит ей… и только через неё — тебе.

Ревик кивнул. Он постарался успокоиться, услышать слова другого мужчины, но не мог ослабить этот жёсткий узел в своей груди.

Он доверял Даледжему.

И Кали он тоже доверял.

Но этого оказалось недостаточно, чтобы подавить импульс в его свете, которому хотелось прямо сейчас врезать Даледжему по лицу. Не только за то, что он отдал Элли. И даже не за то, что с тем мерзким подобием видящего в доке он говорил о ней так, будто она была дорогим чайником.

Даледжем лапал своими бл*дскими руками его жену.

Он запустил в неё свой свет достаточно глубоко, чтобы возбудить её… а она притягивала его своими чёртовыми структурами Лао Ху.

Ревик понимал их мотивы. Он знал, что Элли должна была сыграть свою роль, и они почти не оставили ей вариантов. Но ему это не нравилось. Он знал, что это иррационально, и его реакции как минимум частично вызваны той проблемой с их светом.

Ему было всё равно.

— Надо было позволить мне сделать это самому, — сказал он, не переводя взгляд.

— Ты бы не справился.

В ответ на злой взгляд Ревика Даледжем поднял ладонь в примирительном жесте.

— …Не так, как это надо было сделать, — пояснил Даледжем. — Я не хочу оскорбить тебя, брат мой, поверь мне. К этому времени я достаточно имел дела с этими торговцами, чтобы понимать их мотивы и знать, как проще всего отвлечь их от ситуации, которая стремительно становилась ожесточённой и могла привести к нашей гибели, если бы мы сказали что-то не то. Я стал свидетелем того, как изменялось их восприятие братьев и сестёр… как минимум, тех братьев и сестёр, которых они считают «иностранцами». Поверь мне, я был настолько деликатен, насколько это было возможно, не вызывая подозрений.

Подумав над его словами, Ревик кивнул.

Однако он не мог заставить себя прочувствовать это.

Натужно выдохнув, он провёл пальцами по волосам, снова стараясь взять свет под контроль. При этом он отошёл на шаг от Даледжема, ощущая, что мужчина реагирует на боль в его свете.

Правда заключалась в том, что из-за отсутствия физической близости с женой Ревик почти паниковал.

Осознав это в следующие несколько секунд, он постарался как-то преодолеть это. Какая-то его часть постоянно хотела поискать её в Барьере. Он подавил этот импульс вместе с желанием угрожать жизни Даледжема за то, что он сделал с Элли.

— Ладно. Где это? — он перевёл взгляд, чтобы посмотреть на свет приближающегося поезда. — Где тот чёртов аукцион?

— Мы прямо сейчас направляемся туда, — заверил его Даледжем. — У меня и в мыслях не было другого. Этот поезд останавливается в пешей доступности от нужного места, а там надо будет пройти всего несколько минут. Здесь аукцион начинается рано. Несколько наших людей разместится в аудитории сразу после открытия дверей, и они будут готовы вступить в контакт с покупателем, если Донтан там появится.

Ревик кивнул, по-прежнему наблюдая за приближением поезда.

Он вздрогнул, во второй раз почувствовав, как другой видящий реагирует на боль в его свете, и отошёл ещё на полшага. Они оба не смотрели друг на друга, но Ревик ощутил в другом мужчине нечто похожее на сожаление.

Выбросив это из головы, он по возможности прикрыл свои мысли, хотя бы для того, чтобы внешне более соответствовать стратегии, которую они выстроили для действий внутри конструкции. Он знал, что Барьерная охрана не обратит внимания на спор, но вот если он станет слишком зацикливаться на своей жене, это могут уловить, особенно если заметят, что он думает об аукционе, о видящих из Списка, или о любой другой комбинации ключевых слов, которые они, возможно, уже отслеживали.

Он почти сумел затолкать всё это глубже в свой свет к тому времени, когда услышал шум переднего вагона. Пока поезд приближался, ветер принёс песок с дюн, который колол его кожу и усыпал одежду. Он ощутил очередной порыв жаркого пустынного воздуха, который даже посреди ночи пах почти жжёным стеклом.

Уставившись на высокие здания в форме пирамид и гигантских парусов, Ревик покрепче затянул плащ на своём свете, сумев приглушить самые напряжённые мысли. Он по-прежнему ощущал тошноту и чувствовал себя выбитым из колеи, но его разум начал успокаиваться.

Он вновь ощутил в своём свете Даледжема и стиснул зубы.

Он знал, почему Элли среагировала на другого видящего.

Он понимал её ревность, что бы он ни говорил ей в попытках минимизировать её реакции. Она знала, почему она не доверяла Даледжему и разозлилась, когда Ревик не придал значения поведению мужчины.

На её месте Ревик почувствовал бы то же самое, правда.

Надо было решить проблему с Даледжемом, и проблему с Джейденом тоже — желательно до того, как Ревик свернёт шею этому человечишке. Он уже попросил Элли поговорить с Джейденом. Он поднял эту тему несколько дней назад, во время одного из их поздних разговоров после секса, которые случались всё чаще и чаще.

Она ещё этого не сделала, но обещала, что поговорит с ним, как только они вернутся с операции.

С тех пор Ревик осознал, что хочет, чтобы она поговорила ещё и с Джорагом.

Но прежде ему нужно было услышать от неё, что она прояснила ситуацию со своим бывшим бойфрендом. Ревик фактически сказал ей, что если она не поговорит с Джейденом, он сам это сделает… и они оба понимали, что добром это не закончится.

Чувствуя свет Даледжема, пока они вместе стояли на вокзале возле Дубая, Ревик осознал, что ему тоже надо поговорить с Даледжемом.

Однако сейчас не время для этого.

— Я сожалею, брат, — сказал Даледжем.

Ревик наградил его прищуренным взглядом. Увидев эмоции на лице другого мужчины, он вздрогнул, затем подавил волну злости.

Это что, бл*дь, такое? Чувство вины? Серьёзно? После целых недель странного дерьма, которое он чувствовал в свете Даледжема?

Ревик продолжал всматриваться в лицо видящего, понимая, что в итоге-то ему почти нечего сказать Даледжему. Даледжем уже знал. Просто по каким-то непонятным Ревику причинам другой мужчина, похоже, не мог контролировать свой свет.

Может, это даже не имело никакого отношения к самому Ревику.

Может, Даледжему просто давно пора перепихнуться.

Если так, Ревик, бл*дь, сам ему всё оплатит, как только они выберутся из этого бардака. Что угодно, лишь Даледжем перестал, и Элли вновь смогла ему доверять. Сейчас ему совсем не нужно это дерьмо. Ему не нужно, чтобы что-то опять заставило его жену слететь с катушек после всего того, через что они прошли за последние недели.

Только не после прошлого года, когда он считал, что она мертва.

Он отвезёт Элли на бл*дский тропический остров, если придётся — чтобы наладить их брак вдали от всех остальных. Его плечи напряглись, пока он продолжал обдумывать это и смотреть на другого видящего.

Теперь Даледжем вообще на него не смотрел.

— Почему? — спросил Ревик наконец.

Даледжем медленно повернулся, награждая его изумлённым взглядом.

— Почему? — произнёс он. — Ты только что спросил «почему»? Ты действительно задаёшь мне этот вопрос, брат?

Ревик нахмурился.

— Конечно, задаю. А почему бы и нет? Прошло тридцать бл*дских лет, Джем.

— Не называй меня так, мать твою! — рявкнул Даледжем.

Ревик удивлённо моргнул.

На мгновение он задался вопросом, вдруг он неправильно понял видящего — вдруг Даледжем имел в виду, что Ревик должен использовать его псевдоним для операции, а не настоящее имя, даже если вокруг не было активного наблюдения. Ощутив очередной импульс из света старшего видящего, Ревик осознал, что это не так.

Он правильно его понял.

Даледжем по личным причинам возмутился тем, что Ревик использовал сокращённую версию его имени.

Как будто они всё ещё встречались.

— Чего ты от меня хочешь? — спросил Ревик. — Серьёзно. Ты должен понимать, что это бесит мою жену. И меня это тоже начинает бесить, брат.

— Не думаю, что ты можешь винить меня или кого-то другого в том, что твоя жена тебе не доверяет, брат… — пробормотал Даледжем. Заметив холодный взгляд Ревика, Даледжем покачал головой и прищёлкнул языком, а его красиво очерченные губы хмуро поджались. — Ты правда хочешь обсудить это сейчас? Серьёзно?

— Нет, — холодно ответил Ревик. — На самом деле, не хочу. Но ты не упрощаешь задачу. Так что или поговори со мной об этом, или отъе*ись от меня своим светом, брат, — он наградил видящего жёстким взглядом, ощутив, как из его aleimi змеится угроза, и он не успел её подавить. — … И если тебе не ясно, бл*дь, это также означает «держись подальше от света моей жены».

Воцарилась продолжительная пауза.

Ревик видел, как его собеседник стиснул зубы.

Зелёные глаза Даледжема сделались холоднее. Он нарочно держал свой свет поближе к телу, так что Ревик едва его ощущал. Ревик помнил, что когда-то давно он начинал служить в Адипане, ещё до того, как уехал с Кали в Южную Америку и присоединился к Детям Моста. Когда Ревик только познакомился с ним, он вообще едва-едва мог почувствовать свет старшего видящего, если только Даледжем сам этого не хотел.

Но это воспоминание лишь заставило Ревика нахмуриться ещё сильнее.

Учитывая это, он задавался вопросом, почему в последнее время он так много чувствовал в свете Даледжема.

Очевидно, другой видящий хотел, чтобы он это почувствовал. Или же происходило нечто другое, из-за чего Даледжем контролировал свой свет хуже обычного. Вспомнив, как он прикоснулся к нему в ту первую ночь, в будке охраны в Макао, Ревик ощутил, как его лицо ещё сильнее напряглось.