Из кандидатов на высший пост в стране Клавдину особенно запомнился один с суровым выражением лица. Никите показалось, что после своего выступления на дебатах этот претендент не садился в машину и даже не пошел пешком. Он просто исчез, словно испарился в воздухе.«Переутомился я, что ли?» – подумал Никита Клавдин и огляделся по сторонам.Посередине проезжей части шла живая овца, за ней двигался осёл, потом гиена, неведомо как появившаяся в Москве, а за гиеной шел, переваливаясь на четырех лапах, крокодил. Замыкала же шествие обезьяна. Все они растворились в огнях вечернего города и, как показалось Клавдину, сгорели в нем.Никита пошел за ними. Источника света видно не было: было какое-то пламя, которое не сжигало. В центре этого огня в золотом кресле восседал кандидат в президенты с суровым лицом. Вокруг него стояли те животные, которых Никита только что видел на улице. Клавдин ненароком взглянул в глаза своего соперника – и сразу же отвел взгляд. В глазах сурового претендента сверкали злые огни-молнии. Он устремил свой невыносимый взгляд прямо перед собой, и огонь, окружавший пространство, приняв форму змеи с мордой льва, обвился вокруг сурового господина.– Саклас! Саклас! Саклас! – трижды донеслось из пространства, а восседавший в золотом кресле сказал:– Слушайте меня, дети Эстепис-Ух-Эпиптоэ. После этой ночи, которую я так долго ждал, все может принадлежать нам. Но здесь человек, единственный в мире, который способен помешать моим планам, и тогда мы все погибнем.Молнии снова сверкнули в его глазах, и он спросил Клавдина со злой усмешкой:– Значит, вы, молодой человек, хотите спасти человечество?– Я надеюсь принести пользу миру и прежде всего своей стране, – ответил Никита.– Как вы думаете, кто я? – спросил суровый субъект.– Вы кандидат в президенты России, – сказал Клавдин.Его собеседник захохотал, и смех его был подобен грому.– Вы в Бога верите, молодой человек?– Верую.– Так вот я и есть Господь Бог, создавший этот мир.Никита не знал, что ответить.– Смотрите же! – в руках у собеседника Клавдина появилась книга внушительных размеров и раскрылась сама собой. Текста в книге не было – были цветные рисунки очень хорошего качества.– Вот мир, еще не населенный, пустой, а вот, – книга показала новый рисунок, – мужчина и женщина, мои создания, от них и пошло все зло мира.Только теперь Никита заметил, что рисунки в книге были наделены способностью двигаться и были как бы живые. Вот только говорить они не могли.А владелец книги продолжал:– Вот они первый раз ослушались меня, и я проклял их.Через минуту другой рисунок: по бескрайнему морю плывет огромный корабль.– Они снова вызвали мой гнев, и я, – книга показала еще одну страницу, на ней вся земля была охвачена пламенем, – снова наказал их. Они поклонялись другим богам, а не мне, и я за это топил в воде и сжигал в огне их города. И все же нет покорности в их сердцах. В эту ночь все должно измениться, – и опять в голосе прозвучали раскаты грома, а в глазах сверкнули молнии. – На месте этого мира ничего и никого не останется, а в новом, который я создам, все будут славить меня, и поклоняться только мне, и никому другому, кроме меня, служить никогда не будут!