Сумур помолчал, опустив глаза. На нем появились две тонкие красные линии-одна вдоль предплечья, другая на груди. Это были неглубокие порезы, не имевшие никакого значения, но они показывали, кто быстрее, на самую малую долю.

Корбан понял, что затаил дыхание, загипнотизированный интенсивностью и мастерством состязания, которое он наблюдал. Ничто из того, что он когда-либо видел, не шло ни в какое сравнение: двор мечей между Таллом и Моркантом, казавшийся неуклюжим ребенком перед этим смертоносным, порочным приношением. Он огляделся и увидел, что все, кто был с ним, в равной степени поглощены танцем жизни и смерти. На мгновение все мысли о битве, все еще бушевавшей за дверями зала, были забыты.

Лязг железа снова привлек его внимание, двое мужчин кружились и кружились, как языки пламени. Какое-то мгновение Корбан не мог понять, кто есть кто.

Затем один отступил, пятясь к фигуре на полу: труп его отца, понял Корбан. Узнав Его, Он невольно застонал, а Буддай все еще продолжал стоять на страже. Нога воина задела руку Таннона, а челюсти Буддая щелкнули и впились в ботинок. На мгновение, меньше чем на удар сердца, на трепетание век, этот человек потерял равновесие. Меч его противника выскользнул из ножен и нанес ему глубокую рану на плече, после чего человек отскочил в сторону, оказавшись вне пределов досягаемости. Он остановился, чтобы пощупать раненое плечо, и Корбан ахнул. Это был Гар.

Внезапно Корбан испугался за жизнь Гара. Его уверенность, уверенность в способностях Гара иссякли. Гар использовал двуручный клинок, использовал обе руки, нуждался в обеих руках, чтобы владеть им должным образом. Это было состязание, где малейшее изменение равновесия могло склонить чашу весов, и оба мужчины знали это.

Гар нахмурился и повел плечами, бросив мимолетный взгляд на Корбана. - Иди, - беззвучно прошептал он, и Сумур улыбнулась в предвкушении.

Гар медленно отступил в сторону главных дверей зала, подальше от Корбана, но не успел он сделать и нескольких шагов, как Сумур рванулся вперед.

Последовала еще одна серия ударов мечом и парирований, на этот раз Гар неуклонно отступал, блокируя, даже не пытаясь нанести ответный удар. Пот блестел на его лбу, когда атака Сумура превратилась в размытое пятно, воин почувствовал близость своей победы.

Затем в открытые двери хлынули люди-дерущаяся толпа, как красная, так и серая. Они врезались в Гара и Сумура, сметая их в разные стороны.

- Гар!- Закричала Гвенит. ‘Сейчас. Сейчас иди.’

Корбан присоединил свой голос к ее, хотя Гар и Сумур уже скрылись из виду. Может быть, Гар услышал их, может быть, он все-таки принял решение, но когда те, кто окружал Корбана, готовились к новой битве, Гар появился перед ними.

‘Нам нужно уходить. - Сейчас, - сказал он. Конюший был измучен, из его плеча все еще текла кровь, но в выражении его лица было что-то такое, что не терпело возражений.

Корбан кивнул. ‘Все мы, - добавил он, взглянув на Халиона и остальных. Гар только пожал плечами.

Битва снова поглотила зал. Сумур, Натаир и Эвнис были скрыты от глаз волной красных плащей, сцепившихся в схватке с серыми.

Они стояли в дальнем конце зала, Халион и его небольшая группа выживших окружили Эдану, словно защищая ее. До сих пор возобновившаяся Битва их не коснулась.

- Мы должны вытащить Эдану отсюда, - сказал Халион, услышав их разговор и с любопытством глядя на Гара, словно видел его впервые.

‘Да, - сказал Корбан. ‘Но как?’

‘Через него нет пути, - указал Халион, кивнув на сражение в зале, и оглянулся на дверь, ведущую в замок.

‘И никакой тропы дальше, - добавил Маррок. - Большая часть крепости между этим местом и Стоунгейтом такая же. А Овейн держит ворота и мост.’

Все поняли, что это значит. Существовал только один известный маршрут в Дан-Каррег или из него.

‘Я знаю способ, - выпалил Корбан, внезапно вспомнив туннели под крепостью.

‘Ты уверен?- Спросил Халион.

‘Да. Тайный путь.’

‘Я предлагаю пойти и посмотреть, - сказал Маррок, - а не стоять здесь и обсуждать вероятность этого.’

Халион кивнул и привел их в действие. Он отдал приказ своим оставшимся бойцам, поспешил к двери в дальнем конце зала и провел небольшую группу внутрь.

Гвенит помедлила в дверях, оглядываясь на Таннона. Затем выражение ее лица изменилось. - Сайвен.’

Корбан попытался вспомнить, когда в последний раз видел свою сестру. Где же она была?

‘Мы должны найти Сайвен, - сказала мама.

Гар положил руку ей на плечо. ‘Мы должны доставить Бана в безопасное место и надеяться, что по пути найдем Сайвен. Если мы этого не сделаем, я вернусь и найду ее, как только Бан будет в безопасности. Я тебе обещаю.’

‘Но . . .’

- Она смелая, находчивая. Если кто-то и может выжить, так это она. Гар выдержал ее взгляд. - Мы не можем рисковать запретом – жертва уже была так велика . . .’

Гвенит уставилась на него. ‘Ты вернешься за ней?’

- Клянусь, как только Бан уйдет отсюда.’

Она коротко кивнула.

Дат внезапно вырвался и побежал обратно в зал, где его отец стоял на коленях в трауре. Корбан немного помедлил, затем последовал за ним, а Гар и Фаррелл последовали за ним.

Они догнали Дата, когда он подошел к своему отцу, все еще склонившемуся над безжизненным телом Бетан, лежащей на руках Вонна.

- Давай, папа, быстрее, - выдохнул Дат. ‘Мы должны уйти.’

Мордвир поднял на него глаза. Дат осторожно обнял отца и попытался приподнять его. Корбан пошел помогать, передавая молот Фарреллу.

- Оставьте меня здесь, - пробормотал Мордвир, когда его подняли, - мне больше не для чего жить.’

- Живи для меня, папа, - взмолился Дат, - а если нет, то живи, чтобы отомстить за Бетан.’

Вонн посмотрел на него и поморщился.

Мордвир позволил Дату и Корбану отвести его обратно к двери, Вонн молча последовал за ними. Халион и остальные ждали их в темном коридоре за дверью. Корбан и Гар вошли в дверь последними, Буря протиснулась мимо него. Он оглянулся назад, в холл.

- Па, - прошептал он. Гар склонил голову.

Корбан уже собирался отвернуться, когда его внимание привлекло какое-то движение. Натаир и Сумур оттаскивали труп Бренина в сторону. Двое мужчин смотрели прямо на Корбана. Корбан на мгновение застыл, уставившись на Натаира. Гар дернул его назад и захлопнул дверь, подтащив к ней длинную скамью. - Пора скорбеть придет, когда мы уйдем с этой скалы, - сказал он.

Корбан кивнул,и они вместе побежали по коридору, Буря бежала позади.