За мостом разбил лагерь отряд воинов, по меньшей мере пятьсот или шестьсот мечей, которых, по мнению Овейна, было достаточно, чтобы сдержать любой удар изнутри крепости. Остальная часть воинства стояла лагерем у подножия холма, черная масса с этого расстояния, которая распространилась по всему Гавану и окружающим лугам.

Вдалеке, на юге, за войском Овейна, на горизонте что-то двигалось, темное пятно медленно приближалось.

Далгар.

Она чувствовала напряжение, надежду, пробивающуюся сквозь стены. Затем она вспомнила слова Эданы-Бренин хотел, чтобы конные воины были готовы оказать помощь сыну Пендатрана. Она повернулась и побежала обратно в конюшню, чтобы найти Гара, организующего там хаос, в то время как бесчисленные воины готовились к битве. Пендатран выкрикивал непрерывный шквал оскорблений в адрес тех, кто, по его мнению, двигался не слишком быстро.

Она нырнула внутрь и помогла оседлать лошадей, подтянуть подпруги, привязать копья к упряжи и множество других вещей, пока внезапно всадники не загрохотали прочь к Стоунгейту, подняв облако пыли от их прохода.

Она не остановилась, чтобы перевести дух, а направилась прямо к стенам, протискиваясь сквозь толпу, пока снова не увидела землю внизу.

Отряд Далгара был теперь гораздо ближе, достаточно близко, чтобы различить крошечных отдельных всадников, волну бесчисленных наконечников копий. Тем не менее, когда они приблизились, Сайвен поразилась тому, как мало их было по сравнению с войском Овейна. Король Нарвона, должно быть, опустошил свои владения, чтобы устроить такое сборище. У Далгара была, возможно, четверть того, что было направлено против него. В крепости их были тысячи, но они должны были пересечь мост, который был достаточно широк, чтобы вместить десять или двенадцать всадников в ряд. А еще была проблема с лошадьми. Большинство лошадей были выставлены пастись вокруг Хавана, так как в стенах Дан Каррега не было достаточно места.

Внизу Далгар и его воины уже атаковали поспешно выстроенные ряды Овейна. С такого расстояния невозможно было понять, что происходит, но Сайвен видела, как вокруг меньшего отряда сомкнулись фланги воинов Овейна, словно огромный кулак.

Корбан присоединился к ней, с тревогой глядя на сражение далеко внизу. ‘Значит, ты не присоединишься к тем, кто во дворе?- сказала она Корбану.

- Что? - Нет, - сказал он, качая головой. - Только проверенные воины, по приказу Пендатрана.’

‘Ты доказал свое, - сказала она, защищаясь, но затем почувствовала, как облегчение пересилило ее раздражение. Ей не хотелось бы видеть в этом Корбана.

Голос Пендатрана прозвучал во дворе позади, выкрикивая приказы, и ворота со скрипом распахнулись, поток всадников хлынул через них на мост.

Воины Овейна были готовы к нападению, их ждали копья в густых зарослях.

Раздался страшный грохот, когда всадники врезались в эту стену копий, дерево раскололось, лошади визжали, плоть рвалась, а тела подбрасывало в воздух. Конец моста превратился в бурлящую массу лошадиной плоти, крови и железа.

Еще больше воинов Овейна столпилось позади первых рядов его копейщиков. Сам мост был переполнен людьми Пендатрана, и узкое место мертвых и умирающих образовалось между двумя лагерями, где мост соединялся с землей.

Сайвен увидел, как Пендатран на своем огромном боевом коне ныряет и встает на дыбы, а вождь сражается вокруг него своим длинным мечом. Он разрубил древки копий надвое, отрубил головы от шей и отрубил хватательные руки, когда они потянулись, чтобы стащить его вниз. Медленно, но верно вражеская линия отступала перед ним. Он продолжал наступать, становясь наконечником стрелы, когда воины Ардана собрались позади него.

Затем копье вонзилось в грудь коня Пендатрана, и его крик на мгновение перекрыл шум битвы. Он врезался в окружавшие его ряды, воины в красных плащах рванулись вперед, и Пендатран исчез под водой, как утопающий.

Громкий рев поднялся от воинов Ардана, когда они пытались прорубить себе путь к своему вождю, но все было хаосом, мост превратился в кипящую массу конечностей, кожи, железа и крови.

Затем Корбан указал-Пендатран снова был там, его огромное тело было центром водоворота, когда он лежал вокруг него с мечом. Он отступил и погрузился в строй своих воинов, и некоторое время два отряда сражались, люди умирали с обеих сторон, но ни один из них не получил никакого преимущества. В конце концов, медленно, шаг за шагом, люди Ардана были оттеснены назад через мост, обратно в тень Стоунгейта. Воины сверху швыряли камни и копья в людей Нарвона, когда те оказывались в пределах досягаемости. Когда Пендатран и его уцелевшие воины отступили, между ними образовалась брешь, а затем ворота снова захлопнулись.

Сайвен подбежала к другой стороне стены и, выглянув во двор, увидела Пендатрана, сидящего с бледным лицом, обхватив голову руками.

Битва на равнине внизу все еще бушевала, конфликт кипел ближе к крепости, пока Далгар отчаянно пытался прорваться к Дан Каррегу.

Но они были почти полностью окружены, или так казалось, и пока Сайвен наблюдала, дрожь прошла через битву, напоминая животное в момент перед смертью. Почти сразу же после этого воины начали отрываться от основного потока битвы, двигаясь назад по усеянным трупами лугам. Сначала это был ручеек из единиц и двоек, но вскоре он превратился в ровный поток, так как отряд Далгара был окончательно разбит и разгромлен. Тех, кто бежал, преследовали отряды конных воинов. Сбежал ли кто-нибудь из них, Сайвен сказать не могла.

Через некоторое время к крепости подъехала группа воинов, около двух десятков с Овейном во главе. Добравшись до моста, он окинул взглядом крепостную стену, увидел наверху Пендатрана и усмехнулся. Он натянул поводья, когда добрался до места кровавой битвы на мосту, и воины позади него потянули вперед лошадь с телом, лежащим на спине. Овейн бросил его на землю и уехал.

Пендатран приказал открыть ворота и направился через мост. Здесь он остановился, но многочисленные воины Нарвона не двигались, не издавали ни звука. Он наклонился, поднял брошенный труп на руки и перенес тело Далгара, своего сына, обратно через мост.